или брахмана, но даже бога. От накопленных религиозных заслуг может зависеть в будущем не только статус человека, но и его внешность, и характер, и судьба. Скажем, уже в древнеиндийских текстах можно обнаружить идею о том, что преждевременная смерть супруга объясняется прегрешениями его жены в прошлых рождениях. Ими же объясняются изъяны во внешности женщины.

В конечном итоге, именно выход из цикла перерождений, освобождение, и есть конечная цель в разных религиозных учениях Индии. В классическом индуизме это состояние называется мокша («освобождение», «избавление»). Тем же понятием пользуется учение джайнизма. Джайнизм же иногда обозначает это состояние словом, используемым и буддистами: нирвана («прекращение»).

Постепенно оформляется идея ахимсы – непричинения вреда живым существам. Именно она в конечном итоге привела к постепенному отказу в большей части направлений индуизма (но не во всех!) от кровавых жертвоприношений ведийской эпохи. На смену яджне (принесении жертвы богам) приходит пуджа – почитание богов через подношение даров (воды, цветов, пищи, благовоний и т. п.), сопровождаемое музыкой, произнесением молитв или бесконечными повторениями имени бога (джапа), иногда танцем. Те же идеи ахимсы характерны и для буддийской традиции, хотя прямого запрета на убийство животных это учение в древности не знало, рассматривая его как неизбежное зло. Жестко придерживаться этого принципа обязаны были только буддийские монахи. В то же время, крайнюю форму концепция ахимсы обретает в религии джайнизма. Выражение это находит, среди прочего, в полном запрете для джайна заниматься не только охотой, рыболовством и скотоводством, но даже и земледелием (при вспашке земли неизменно гибнут живые существа), а также в требовании процеживать воду для питья (микроорганизмы тоже рассматриваются джайнами как живые существа), в предписаниях носить на лице марлевую повязку, чтобы избежать проглатывание живых существ и т. п.

Идеи ахимсы повлияли на постепенное формирование в Индии традиций вегетарианства, обязательных для некоторых социальных групп (брахманы) и представителей определенных религиозных учений (джайны).

Происхождение ахимсы связано, с одной стороны, с анимистическими представлениями – т. е. с идеями одушевленности всей природы. Собственно, этот взгляд на ситуацию предлагал еще Марко Поло (CLXXVII): «…никакой твари они не убивают, ни животного, ни мух, ни блох, ни свиней, ни червей. У всех них, говорят они, есть душа, и есть их потому грешно. Не едят они ничего зеленого, пока не высохнет, ни травы, ни корней; душа во всем зеленом[8]…».

С другой стороны, концепция ахимсы обусловлена представлениями о переселении душ: любое насекомое может оказаться твоим предком и потому не должно убиваться.

В то же время, ожидаемо возникающие в сознании современного человека ассоциации с движением Greenpeace, в корне неверны: ни экологические, ни гуманистические соображения с идеей ахимсы никак не связаны.

К концу ведийской эпохи (к середине I тыс. до н. э.) многие, прежде главные, боги постепенно отходят на второй план: утрачивают свои «лидирующие позиции» Индра, Агни и Сома. Вместо них на первый план выдвигаются божества, которые прежде будто бы не играли существенной роли. Именно тогда начинает постепенно складываться концепция тримурти – верховной триады индуистских богов – Брахмы, Вишну и Шивы.

Религиозные воззрения, оформившиеся на базе поздневедийских верований и оказавшие впоследствии сильнейшее влияние на индуизм, в науке принято называть брахманизмом. Само наименование происходит от название жреческого сословия (варны) брахманов, – представителей социума, наделенных максимальной степенью сакральности, и потому обладавших наивысшим авторитетом во всех сферах жизни. Время становления брахманизма относится ко второй половине I тыс. до н. э. Главным центром развития индийской цивилизации в эти века оказывается междуречье Ганги и Ямуны. Распространение ведийской культуры с северо-запада Индии на восток приводит ко все более регулярным и тесным контактам с неарийским (аборигенным) населением. Потому и поздневедийская религия (в отличие от верований эпохи Ригведы), и брахманизм, а затем и индуизм обнаруживают гораздо более сильное влияние аборигенных культов и традиций. Синтез поздневедийской религии и аборигенных верований постепенно привел к оформлению классического индуизма, адептами которого в настоящее время является безусловное большинство населения Республики Индия, а также часть жителей Непала, Бангладеш, Шри Ланки и даже Юго-Восточной Азии (Сингапур, Индонезия, Малайзия).

Часть вторая

Индуизм

С точки зрения религиоведа индуизм трудно назвать единой религией в привычном смысле этого слова. В нем нет ни общей для всех системы верований, ни общей догматики, ни как такового религиозного канона, ни единой церковной иерархии, ни единого для всех адептов пантеона. Индуизм целиком состоит из бесчисленного количества сект (при этом слово «секта», в отличие от одноименного явления в европейской истории, не имеет отрицательных коннотаций) и направлений, представители которых значительно отличаются друг от друга в вопросах своих верований и культовой практики. В то же время границы между разными направлениями индуизма, равно как и границы между индуизмом и т. н. «племенными верованиями» часто весьма условны. Одновременно гибкость системы позволяет при необходимости адаптировать разные идеи и образы в рамках этого мировоззрения.

Сам термин «индуизм» неиндийского происхождения. Первоначально он, скорее, имел этнографо-географический смысл. Словом hindu жители Западной Азии, а затем и европейцы в эпоху Древности называли тех, кто жил по ту сторону реки Инд (персидский вариант названия реки – Синдху). Лишь в относительно недавнем прошлом его стали использовать для обозначения религиозных воззрений жителей региона – не мусульман, не христиан, не буддистов и не джайнов. В священном для индусов языке, санскрите, как такового термина для обозначения индуизма не было. Впрочем, некоторые индуисты используют словосочетание «Вечная дхарма» (Sanātana Dharma), где слово «дхарма» правильнее всего переводить как «порядок», «правила поведения».

Одновременно целый ряд черт оказывается общим для всех приверженцев индуизма. Ядром чрезвычайно пестрого пантеона является верховная триада богов (тримурти) – Брахма, Вишну и Шива. Культ первого из них не получил серьезного развития и в настоящее время имеет наименьшее значение. Большая часть приверженцев индуизма почитают в качестве главного бога либо Вишну, либо Шиву и таким образом подразделяются на вишнуитов и шиваитов. Впрочем, хотя образы Вишну и Шивы существенно отличаются друг от друга, часто выступая как полные противоположности, в некоторых направлениях индуизма сформировались своего рода синкретические культы, в которых черты обоих богов слиты воедино.

Помимо этого, всеми направлениями индуизма признается переселение душ и идея воздаяния за поступки (карма), определяющая каждое следующее воплощение человека (да и любого иного существа) в круге перерождений (сансара). Равным образом, для всех направлений индуизма актуальными оказываются анимистические верования (представления об одушевленности всей природы). Последние два обстоятельства крайне важной делают для многих (но не для всех!) индусов идею непричинения вреда живым существам (ахимса).

Наконец, все индусы имеют место в кастовой иерархии, которое и определяет