Я бы, к примеру, не знала даже, с чего начать.

– Не в обиду будет сказано, дорогая, но ты – не я.

Нушка одарила его долгим взглядом и залпом допила бокал.

– Короче говоря, мне пора домой.

– Ох, извини, я совсем не то хотел сказать!

Она встала и подхватила со стула куртку.

– Зря я вообще сюда приперлась.

– Нушка, я же не то имел в виду! Просто… просто у меня больше поставлено на карту, вот и переживаю. – Он растерянно смотрел, как она одевается. – Ну прости меня!

– Все в порядке, – сухо произнесла она, глядя на него сверху вниз.

– Нушка!

– Нет-нет, я не обиделась. Но подобные высказывания слишком часто слетают у тебя с языка.

– Знаю, знаю… и стараюсь работать над собой.

Он и правда никогда не стал бы хорошим отцом и примером для Томми и Тэбби, по крайней мере, в собственном понимании. Слишком часто прежняя отталкивающая натура напоминала о себе.

Нушка взяла свою сумочку.

– Ты же знаешь Виджая. Если до него дойдет, что я тут выпиваю с другим мужчиной, разразится скандал.

– Подумаешь, рюмочка после работы со старым приятелем.

– Для Виджая такого понятия не существует.

– Я думал, вы расстались.

– Он не думает, что навсегда, и пусть лучше узнает правду как-нибудь иначе… – Она двинулась к двери. – Ищи светлую сторону, Дэвид! Может, эта запись и послужит ниточкой, за которую ухватится полиция и спасет Джоди Мартиндейл. Значит, ты старался не напрасно.

– Нушка, постой, не уходи! – Он вновь пододвинул ей стул. – Я не смогу взяться за это дело в одиночку.

Ее глаза округлились.

– Ты шутишь?

– С чего бы вдруг? Ты хороший репортер…

– Сейчас я хороший менеджер в «Теско» с приличным жалованьем.

– Разве ты не мечтала всегда о журналистских расследованиях?

– Как ты только что заметил, я теперь одна и должна сама о себе заботиться.

– А в свободное время не можешь помочь?

Нушка вздохнула, вновь усаживаясь за столик.

– Все это в прошлом, Дэвид. Смотри, «Экзаминер» закрыли через четыре года после твоего увольнения, и скандал с делом Мартиндейлов тут ни при чем. Провинциальная журналистика умирает на глазах. Все теперь считают себя журналистами, все в интернете… и работают бесплатно!

– И через жопу!

– От этого еще больнее, но тут уж ничего не попишешь.

– У меня были мысли по этому поводу. – Он допил содержимое своего бокала и махнул бармену, чтобы тот налил еще. – «Эссекс Инквайерер» – местный новостной сайт, там я буду выкладывать всякие сенсации, но доказательно и грамотно!

– И ты не будешь там перемывать косточки звездам? – усмехнулась она.

– К сожалению, мне тоже надо заботиться о себе… Но если идея выстрелит, желтую прессу брошу. Шансы есть, можешь мне поверить!

– А сотрудникам своего нового предприятия платить станешь?

– Ну когда заработаем на рекламе…

– Ясненько. Интересно, как ты справишься, особенно без отдела рекламы. А персонал, надо понимать, – это ты и я? Причем я на неполный день?

– Еще Норман. Если захочет.

– Серьезно?

– Ну да. Ты же помнишь, какие дела мы вместе раскрывали тогда, в отделе криминальной хроники.

– Погоди… – Нушка с подозрением прищурилась. – Так ты для этого со мной встретился?

– В смысле?

Она вскочила со стула.

– Вот же наглый засранец!

– Да что такое?

– Хотел, чтобы я уговорила Нормана! А я-то гадала, с чего ты вдруг начал с меня, недоучки.

– Ничего подобного!

– Ну и свинья же ты, Дэвид Келман! – фыркнула она, снова хватая сумочку.

– Нушка! Ты мне тоже очень нужна!

Она стояла, прожигая его взглядом. Возможно, раненая гордость не давала уйти, и в душе теплилась слабая надежда, что в его словах есть хоть доля правды.

– Когда «Экзаминер» закрылся, у меня даже испытательный срок еще не закончился. Зачем я тебе могла понадобиться?

– Нушка, ты просто создана для нашей работы!

– Ага, как же!

– Ты сама напросилась в криминальную хронику, мы тебя не звали. Была стажеркой, но рвалась в самое пекло – и справлялась отлично!

Она с сомнением покачала головой.

– Не врешь?

– Нисколько.

– Не так уж долго я у вас и пробыла, а когда тебя уволили, вернулась в общий отдел и работала там, пока не разогнали всех. Откуда тебе знать, что я создана для расследований?

– Ты мыслишь правильно, на нашей волне – я сразу понял.

Промолчав, Нушка положила сумочку на стол.

– Только мне нужна полная команда, – продолжал Дэвид, – а значит, и Норман тоже.

– Ну, удачи, – хмыкнула она.

– Кстати, он, как и ты, пришел к нам из новостей сам и работал с удовольствием.

– Я не о работе, Дэвид, причина в тебе.

– Да брось, столько лет прошло!

– Какая разница, сколько лет! У Нормана была успешная карьера, он писал обо всем, что когда-либо происходило у нас в графстве. Все его знали и любили – и тут вдруг эта история с Мартиндейлами…

– Черт возьми, да он-то тут при чем? Во всем виноват я один, и выгнали одного меня!

– Возможно, ты удивишься, Дэвид, но «общность вины» – вполне реальное явление. Ладно, так или иначе, Норман на пенсии и, похоже, счастлив. Одним из первых ушел, когда начались сокращения, причем добровольно.

Дэвид вздохнул.

– Боже мой, на пенсию в шестьдесят один!

– Зато пишет книгу.

– Да ну, ерунда, старые истории перекраивает. Неужто актуальные дела не интереснее? Сама-то как считаешь?

– А я при чем? Ему виднее.

– Вот и спросим его.

– Сам и спрашивай! – Вновь подхватив сумочку, она развернулась к выходу.

– Нушка, мне очень надо! – Дэвид изо всех сил старался, чтобы в голосе не слышалась мольба. – Понимаю, звучит эгоистично, но это все, что у меня осталось.

– Выходит, спасать нужно не Джоди Мартиндейл, а тебя?

– Ну если совсем честно… Хотя разве плохо, если спасем и ее заодно?

Глава 12

В ряду трехэтажных двухквартирных таунхаусов возле Лексденского парка Дэвид взглядом выхватил второй. Маленький ухоженный сад, расположенный сразу за калиткой, пылал красными розами, а на парадной двери висело рукописное объявление:

ВХОД СО ДВОРА

Усмехнувшись, Дэвид вернулся на тротуар и завернул за угол в узкий проход между домами. На заднем дворике он и впрямь разглядел высокого и стройного Нормана Харрингтона в мешковатых шортах, свободной гавайской рубашке и шлепанцах. Хозяин дома развалился в удобном кресле под зонтом от солнца. Перед ним был столик с ноутбуком и открытым альбомом с замусоленными газетными вырезками, хотя сейчас, похоже, Нормана больше занимала пинаколада, которую он посасывал через соломинку.

Как и всегда, он выглядел образцово здоровым человеком: подтянутый, с бронзовой кожей, аккуратно подстриженными белыми, как мел, волосами и почти неправдоподобно красивым лицом. Норман так расслабился, что даже не заметил приближения гостя.

Шагах в