пяти Дэвид остановился и робко подал голос:

– Привет… это я.

– Знаю, что ты, – ответил хозяин, не оглядываясь.

– М-м… ну ладно. Наверное, это покажется глупым…

– Не покажется. Это и есть глупо.

– В смысле?

Харрингтон вновь присосался к коктейлю.

– Нушка мне звонила. Сказала, что ты явишься. И сказала зачем.

– Да? Ну и что ты думаешь?

– О чем? – Норман наконец обернулся. – О твоей попытке реабилитироваться, полагаясь на неизвестно чей голос в записи из вторых рук? Ничего хорошего.

– Ну мне не кажется, что голос неизвестно чей.

– Будь он известно чей, Нушка бы так и сказала.

– Все не так однозначно. На одном из сайтов, которые занимаются поисками Джоди Мартиндейл, – неофициальных, конечно, – размещена видеозапись с ее голосом. Качество оставляет желать лучшего, но некоторое сходство имеется.

– Некоторое? Ну-ну. – Норман снова отвел взгляд. – Очень убедительно. Впрочем, это не важно. Нушка сказала, что телефон уже в руках у копов, и, в отличие от нее, я не считаю, что твое стремление спасти репутацию настолько важно, чтобы пытаться их обойти.

– А она так считает? – удивился Дэвид.

– В целом. Она тебя жалеет… Да и ей самой, думаю, не слишком интересно присматривать за кассами в супермаркете.

Дэвид помолчал.

– Что ж, хотя бы Нушка в команде.

– Ты правда ее позвал? – обернулся Норман с деланым недоумением. – Бросить работу ради твоей фантастической газетки?

– Она могла бы заниматься «газеткой» в свободное время.

– Вот же чертов Наполеон! Ради своей личной славы готов пожертвовать кем угодно.

– Да какая там слава…

– Вспомни, зачем ты вообще полез в ту дурацкую историю с Мартиндейлами!

Дэвид молчал.

– Нам крупно повезло с Лэмпвик-Лейн, – продолжал Норман, – вернее, тебе, и ты не мог остановиться, пока еще раз не добьешься успеха, так?

– Полагаешь, история с похищением не заслуживала внимания?

– Я не собираюсь продолжать тот спор, но твое поведение было за гранью безответственности! – Норман ткнул в него пальцем. – Я предупреждал, что, если ты продолжишь ходить по лезвию ножа, пострадаем мы все. Мы все, заметь! Так и вышло: потом и я попал под горячую руку. Впрочем… – Он пожал плечами. – Не то чтобы теперь это имело значение. Все уже в прошлом.

– Я надеялся, что ты так скажешь…

– И останется в прошлом! Короче, на меня не рассчитывай.

Несмотря на сказанное минутой ранее, старый приятель решительно сжал челюсть, и Дэвид понял, что боль и обида никуда не делись.

– Знаешь, Дэвид, – продолжал Норман, вдруг смягчившись, – я не хочу с тобой враждовать, мы слишком долго дружили. И мне жаль, что все так вышло у вас с Карен. Видит бог, я никому не пожелаю одиночества… Сам знаю, что это такое. – Он всю жизнь был холостяком, и у тех, кто был с ним знаком лишь поверхностно, не раз возникали вопросы о его сексуальной ориентации. Приятель лишь изредка упоминал о каких-то отношениях, и каждый раз длились они недолго. По словам самого Нормана, у него были слишком высокие стандарты. – Но нет, после того, что вышло в прошлый раз, я с тобой больше не работаю.

Дэвид снова помолчал.

– Нушка говорит, ты вышел на пенсию досрочно.

– И что?

– Ты и раньше собирался, или тот случай так тебя расстроил?

– Какая разница? – Норман посмотрел в сторону, но щеки его порозовели. – Все в прошлом, – повторил он.

– В прошлом мы с тобой делали большие дела. Наша криминальная хроника была невероятной.

– Да, помню. Ты мечтал вывести ее на национальный уровень.

– А если бы у меня получилось, вместе с тобой, ты бы расстроился?

Он не ответил.

– Послушай, Норман… дело ведь не только в личных амбициях. Мы отлично работали вместе. Не только разоблачили банду с Лэмпвик-Лейн, ты вспомни! Год спустя мы раскрыли албанскую группировку, которая продавала героин из заброшенного грузового контейнера по пять фунтов за пакетик, да еще выяснили, почему так дешево – они разбавляли его негашеной известью.

– В тот раз мы сначала пошли в полицию.

– Только потому, что нуждались в защите. И мы все равно получили право первой публикации. История тут же разлетелась по сети, нам каждый день звонили из газет, телевидение Восточной Англии стучалось в нашу дверь. А потом… потом я все испортил. – Дэвид виновато переступил с ноги на ногу. – Я не собираюсь ничего отрицать, просто спрашиваю, насколько большой потерей это стало для тебя?

– Зачем тебе знать? Надеешься что-то исправить?

– Просто… Если тебе нечем заняться…

Норман приложился к бокалу.

– Как видишь, я пишу книгу.

– Мемуары о том, как брал интервью у лидеров мнений?

– А что не так?

– Тогда ты только и мечтал от них избавиться. Рвался разоблачать со мной бандитов.

Норман молча смотрел в сторону.

– А если я найду новые улики, поубедительнее? – спросил Дэвид.

Приятель покачал головой.

– Брось это, Дэвид. Не порти себе жизнь.

– Неужто не заинтересуешься? – Ответом было молчание.

Дэвид развернулся и пошел к выходу.

– Смотря каким способом ты их добудешь, – послышалось за спиной.

Дэвид оглянулся. Норман аккуратно поставил бокал на стол.

– Знаешь, после того скандала я три года только и делал, что забивал боковые панели всякой ерундой из пресс-релизов. – В ярких голубых глазах Нормана плескалась обида. – Ярмарки, садовые вечеринки, рождественские постановки… Не то чтобы Стэн мне не доверял, просто боялся связывать мое имя с серьезными новостями. В том числе я упустил историю, которую один был в состоянии как следует осветить.

– Знаю, – кивнул Дэвид. – Извини.

– Вот и ответ на твой вопрос о преждевременной пенсии.

– Я только хотел…

– Так что если ты еще раз напортачишь и мое имя будет с этим связано, – причем заметь, мы будем уже не журналистами, а просто самозванцами, – что меня ждет? Как минимум, придется попрощаться со своей книгой.

– Зато прикинь, какую книгу ты напишешь, если мы спасем Джоди Мартиндейл!

– Джоди Мартиндейл спасут полицейские. – Норман повертел в руке бокал. – Если ее еще можно спасти. Бог знает, во что она превратилась, даже если осталась жива. Лучше уж публикуй грязные сплетни, Дэвид, это не так болезненно.

Глава 13

Однажды Дэвид взял пространное интервью у старого следователя по особо важным делам. Он расспросил о сотнях убийств, изнасилований и ограблений, с которыми тот сталкивался по работе. Один из ключевых вопросов Дэвид задал так: «Должно быть, очень тяжело каждый день иметь дело с людьми, над которыми так чудовищно надругались. Вы, наверное, постоянно об этом думаете. Как вы это выдерживаете?» Ответ был прост: «Я не думаю. Нельзя позволить себе утонуть в мыслях об этом, иначе не сможешь заниматься своим делом».

По дороге домой Дэвид задумался, не слишком ли хорошо он усвоил этот урок. В