с одного гриба, вяжущим порошком из коры, острыми, как перец, семенами паразитной лианы), ёмкости с очищенной водой и консервированными базовыми ингредиентами.

Это была не его земная кухня, с кучей нового, удобного, современного оборудования. Это была полевая лаборатория кулинара-выживальщика. Воздух здесь пах не свежей зеленью и мукой, а озоном, древесной смолой и сладковатой гнильцой консервантов. Но принцип оставался тем же: порядок, чистота, готовность. Его царство. Единственное место на всём Бастофане-4, где он чувствовал не иллюзорный, а абсолютный контроль.

Он подошёл к стеллажу, где в специальном охлаждающем контейнере (по сути, ящике с кусками медленно тающего «вечного» льда из верхних ярусов) лежало мясо. Это была вырезка грам-груфа - местного тяжеловоза, существа с бронированной шкурой и мышцами, способными дробить камень. Мясо было тёмно-багровым, с тончайшими серебристыми прожилками, не жира, а чего-то вроде проводящих волокон. На ощупь, плотное, упругое, почти каменное. Сырое, его мог разгрызть разве что другой грам-груф. Но после правильной обработки…

[Око Шефа III] выдало справку:

> Грам-груф, вырезка (спинная часть). Качество: отличное. Потенциал: высокий. Ключевые свойства: грубая физическая сила, устойчивость тканей к деформации, высокое содержание адаптогенных ксенобелков. Рекомендации по обработке: длительный маринад в щелочном растворе для расщепления волокон, шоковая термообработка для «запечатывания» соков, томление на низких температурах для активации адаптогенов. Побочный эффект при неправильном приготовлении: временное окостенение суставов, тяжесть в желудке.

Марк кивнул, доставая увесистый кусок. Время начинать. Его пальцы уже потянулись к шеф-ножу/скальпелю.

Марк положил кусок грам-груфа на панель-стол. Мясо лежало, как отполированный булыжник. Он не стал сразу резать. Сначала - маринад. В керамической миске (ещё одна находка, разбитый изолятор, который он склеил смолой) он смешал дистиллированную воду с толчёными кристаллами кислотного гриба. Жидкость зашипела, приобретя мутный, желтоватый оттенок и резкий, чистый запах, напоминающий уксус и горелый кремний. В этот раствор он погрузил мясо. Под действием щёлочи плотные волокна начнут расщепляться, становясь восприимчивыми к теплу и специям. Он поставил миску в прохладную нишу у стены. Тридцать минут. Не больше, иначе структура расползётся в кашу.

Пока мясо отдыхало, Марк занялся гарниром и основой для соуса. Здесь не было картофеля или риса. Его «гарниром» был корнеплод, похожий на чёрную репу с шипами — «шипень». [Око Шефа III] отмечало его высокую энергетическую ценность и способность нейтрализовать токсины. Марк очистил его специальным ножом-скребком, снимая кожуру вместе с ядовитыми шипами, и нарезал ровными, толстыми ломтями. Они пойдут на угли, чтобы впитать дым и дать нужную текстуру.

Для соуса требовалась основа. Тратить осколки на покупку сливок и не вина – было нерационально. Он взял склянку с густым, маслянистым отваром из местного мха-поглотителя, который после многочасового выпаривания давал глубокий, почти грибной «умами»-вкус и работал как природный усилитель вкусовых рецепторов. В небольшую сковороду-ковшик, стоявшую на краю плазменной горелки, он налил этот отвар, добавил щепотку золотистой пыльцы ветроопыляемого цветка (заменитель шафрана, дающий цвет и лёгкую горчинку) и начал медленно, помешивая костяной лопаткой, уваривать состав до состояния густого сиропа.

Через полчаса он вынул мясо из маринада. Оно изменило цвет с багрового на тёмно-рубиновый, поверхность стала матовой, чуть липкой. Марк промокнул его грубым полотном из растительных волокон и взял тяжёлый, плоский камень с отполированным краем - его импровизированный молоток для отбивания. Удары были методичными, точными. Он не ломал волокна, а лишь утончал и разравнивал пласт, делая его равномерным. [Верная Рука II] направляла каждый удар так, чтобы не повредить те самые серебристые прожилки-проводники внутри, в них была заключена основная сила ингредиента.

Разожжённый уголь в баллоне уже давал ровный, раскалённый жар. Марк бросил на него ломти «шипня». Они зашипели, начав выделять сладковатый, дымный аромат. Над жаровней он установил решётку из сплетённой жаропрочной проволоки. Время главного действа.

Он смазал отбивную тонким слоем вытопленного из подкожного сала грам-груфа жира - он плавился при высокой температуре, создавая идеальную корочку. Затем уложил мясо на решётку прямо над углями.

Шшш-кхх!

Резкий, сочный звук, знакомый любому повару во всех мирах. Мясо встретило жар. Марк не сводил с него глаз, [Око Шефа III] в реальном времени давало обратную связь:

> Температура поверхности: 180 градусов. Образование корочки: оптимально. Внутренние волокна: начинают уплотняться. Адаптогены: переход в активную фазу.

Через девяносто секунд, ровно, он перевернул отбивную. Другая сторона уже была покрыта красивой, тёмно-золотистой решёткой. Теперь нужно было «запечатать» соки. Он быстро снял решётку с отбивной и переместил её на верхний ярус, дальше от прямого жара, где температура была чуть ниже. Здесь мясо будет медленно «доходить», пока серебристые прожилки не начнут равномерно светиться изнутри мягким, тусклым светом - признак полной активации их свойств.

Вернувшись к соусу, он снял его с огня в тот момент, когда консистенция стала похожа на жидкий мёд. Добавил последний штрих, щепотку растёртых в пыль сушёных листьев «железной полыни», дающей освежающий, холодный финал, который должен был сбалансировать тяжесть мяса.

И вот оно готово. Марк снял отбивную с огня, дал ей отдохнуть минуту на тёплом камне, а затем перенёс на грубую керамическую пластину. Рядом выложил куски запечённого «шипня», теперь мягкие и дымные внутри, с хрустящей корочкой снаружи. Сверху щедро полил всё тёмным, блестящим соусом.

Блюдо лежало перед ним, и [Око Шефа III] наконец вывело финальную оценку:

> [Стейк «Грам-груфский багратион»]

> Идеально прожаренный «медиум» кусок вырезки грам-груфа, где сочность и нежность активированных волокон служат идеальным проводником и стабилизатором для скрытой, грубой энергии. Копчёный «шипень» создаёт текстурный и вкусовой фундамент, а соус на основе мха-поглотителя с золотой пыльцой и железной полынью образует сложную, благородную гармонию, полностью маскирующую чуждое, дикое происхождение ключевого компонента.

> Эффект (при правильном усвоении): +3 к Телосложению на 4 часа. Временное повышение устойчивости к физическим воздействиям (удары, давление).

Марк отрезал небольшой кусочек, отложил его в сторону, контрольный образец для теста. Остальное он аккуратно, с помощью щипцов, разложил на широких, плоских листьях, заменявших тарелки. Одна порция - готово. Впереди была ещё дюжина таких же. Его воинам понадобится каждый грамм этой силы. Он взглянул на угли, оценивая их запас, и потянулся за следующим куском мяса. Конвейер работал.

***

Последний стейк «Грам-груфский багратион» был упакован и отправлен в подпространственный карман. Грум погрузился в редкую, почти звенящую тишину. Даже хуарру-уборщики, закончив свои дела, удалились, оставив Марка наедине с потрескивающими углями и запахами его мастерской: дым, специи, кровь и сила.

Время основной, стратегической работы было закончено. Теперь наступало время личных исследований. Время нарушить табу.

Марк затушил угли, оставив лишь тлеющую сердцевину для слабого, рассеянного света. Он