— Думаю, однажды именно ты пошатнешь мой трон. — Предчувствие Сэнкэ, высказанное год назад, удивительно быстро воплотилось в жизнь.

— Ох, если бы я только не напортачила с латте-артом! Едва подумала, что на кону победа, и у меня затряслись руки. — Ямамура с досадой опустила подбородок на стойку. В финальном этапе она допустила досадную ошибку, испортив часть рисунка. В результате Сэнкэ снова получил чемпионский титул.

Он улыбнулся, но ничего не сказал. Девушка верила, что почти сравнялась с ним в мастерстве. Но лишь один Сэнкэ знал, что на самом деле это не так. Победив в прошлый раз, он почувствовал, что ажиотаж вокруг КБК слегка поутих. Когда появляется один победитель, то место, где он работает, разумеется, процветает. Ближайшие кофейни и заведения со схожей атмосферой тоже иногда получают от этого выгоду. Другими словами, для изначальной цели конкурса — развития индустрии — желательным результатом было не господство непобедимого чемпиона, а рождение новых звезд. Однако на втором турнире Сэнкэ не только разрушил эти надежды, но и продемонстрировал мастерство, с которым не могли соперничать другие бариста. Неудивительно, что некоторые потеряли к соревнованиям интерес. Фактически на третьем КБК число участников уменьшилось, а уровень их мастерства снизился. Из-за этого финалисты первого чемпионата даже снова вернулись в финал.

Как действующий чемпион, Сэнкэ автоматически участвовал в финале третьего KБК. Однако он задумался о том, что его время пришло, и как-то пытался отказаться от участия. Но Уэока предупредила его, что выиграть и сбежать — нечестно, это только ослабит интерес зрителей, поэтому он решил продолжить соревнование. В финале он планировал незаметно сбавить обороты и уступить победу другому талантливому бариста.

…Но вышло как вышло.

— Эм, Сэнкэ-сан, у меня что-то на лице?

Наверное, он слишком пристально смотрел на Ямамуру, но после недоуменного вопроса очнулся и поспешил отвести взгляд.

— Нет, ничего.

Когда они впервые встретились, ее черты лица и одежда казались детскими, но за последние два года она очень повзрослела. Вероятно, это было связано и с ростом ее профессионализма. Хотя она называла себя ученицей Сэнкэ и восхищалась им, но со временем естественным образом начала общаться с ним на равных. И Сэнкэ никак не ожидал, что в финале третьего KБК именно Ямамура Аска, а не кто-либо другой станет наиболее упорно атаковать чемпиона, слегка сбавившего обороты. Они виделись регулярно, но, поскольку девушка всегда сама навещала Сэнкэ, он не замечал, насколько она выросла в мастерстве. Ямамура оказалась даже более талантливой, чем он ожидал.

Если бы все пошло по плану, следовало уступить победу ей, а не какому-то нестоящему бариста. Тем не менее в финальном раунде Сэнкэ приложил все силы, чтобы помешать триумфу Ямамуры: сымпровизировал и добавил к запланированному латте-арту мелкие детали. В тот момент его переполняли странные эмоции, которые даже он сам не до конца понимал. Гордость и упрямство, вызванные ее обожанием; чувство вины, которое, вероятно, возникло бы, если бы он поддался ей: нежелательная смутная страсть, зародившаяся в общении с девушкой, — в нем переплелись все эти чувства.

— Но все же я не могу соперничать с вами, Сэнкэ-сан. Вы блестяще действуете в решающий момент. Чувствуется, что мы с вами на совершенно разных уровнях, мне просто повезло поймать волну во время выступления. — Улыбка Ямамуры выражала облегчение. Решение Сэнкэ победить ее, безусловно, было правильным.

И все же, не в силах смириться с этим, он ответил:

— Да брось ты.

— Э-э-эм-м-м, я всегда хотела спросить вас кое о чем. — Внезапно Ямамура облокотилась на стойку и подалась вперед.

— О чем?

— Сэнкэ-сан, как вам удалось отточить свои навыки бариста до такого совершенства? — Вероятно, она просто поддерживала разговор, не вкладывая в вопрос особого смысла. Однако Сэнкэ был застигнут врасплох.

Но колебание было недолгим. Их с Ямамурой двухлетнее знакомство дало ему необходимый толчок:

— Я очень этого хотел. Всегда хотел.

Возможно, почувствовав, что вот-вот начнется неприятный разговор, девушка напряглась.

— Мои родители рано погибли в автокатастрофе. С начальной школы меня воспитывали родственники. Не особенно богатые, но они дали мне возможность отучиться в старшей школе и относились ко мне с любовью. И все же я чувствовал себя чужим. Желая больше не доставлять неудобств, я решил после школы устроиться на работу и обеспечивать себя сам. Так я начал работать в кофейне. Дедушка-владелец был очень добрым человеком. Он не только взял меня на работу, узнав о моей ситуации, но и любил меня даже сильнее, чем мои родственники, относился ко мне как к собственному внуку. Я хотел как можно скорее стать независимым и приносить пользу кофейне, поэтому усердно учился всему, от обслуживания клиентов до управления. Но…

Сэнкэ невольно глубоко вздохнул.

— Через какое-то время на меня все начало давить. Дело в том, что владелец кофейни любил меня слишком сильно. — Ямамура выглядела растерянной. Сэнкэ и сам, вспоминая прошлое, осознавал абсурд ситуации. — Мои родители давно умерли, поэтому я не привык к безусловной любви. Мое недоумение по поводу доброты владельца росло день ото дня, и в конце концов я не выдержал. Я давно собирался открыть собственную кофейню на скопленные деньги. Владелец был опечален, но поддержал меня и даже предложил помочь с деньгами. Я категорически отказался. 

Несколько лет назад владелец той кофейни внезапно скончался от болезни. И во время рассказа в сердце Сэнкэ то и дело возникало сожаление, подобно пузырькам, которые лопались и появлялись снова.

— Я очень хотел открыть свою кофейню в Киото, городе, где культура кофеен глубоко укоренилась. Но я был ограничен в средствах и мог открыть заведение только на окраине, куда люди не заходили бы без конкретной цели. Поэтому единственный способ привлечь клиентов — это повысить уровень обслуживания. Я работал усерднее, чем когда-либо, чтобы улучшить свои навыки и подавать вкусный кофе.

К счастью, результаты не заставили себя ждать. На кофейню обратил внимание журналист одного издательства и представил ее как «скрытую жемчужину». Это увеличило число клиентов. Позже, благодаря рекламному эффекту КБК, поклонниками кофейни Сэнкэ становились люди из самых разных слоев общества, включая юристов, университетских профессоров и директоров больниц, не говоря уже о журналистах.

— Однако когда кофейня только открылась, выручка была невелика, и в итоге я погряз в долгах. Учитывая, что мне необходимо их погасить, я едва свожу концы с концами. Похоже, что дела будут идти тяжело, пока все не выплачу. Если хочешь подавать высококачественный кофе, неизбежно приходится жертвовать прибылью.

Сэнкэ закончил свой рассказ, и Ямамура вздохнула:

— Значит, вам пришлось выкладываться на полную, чтобы выжить. Я чувствую себя немного виноватой. Я ведь просто так сказала, что, возможно, смогу вас победить, Сэнкэ-сан. Мои родители еще живы, и у меня нет собственной кофейни.

Сэнкэ покачал головой. Даже если обстоятельства у нее не были столь тяжелыми, она все равно загнала его в угол на третьем КБК. Ее профессиональный рост без давящей необходимости говорил о стойкости и изобретательности девушки.

— В следующем году я хочу сразиться с вами лицом к лицу как достойный соперник. Я буду работать еще усерднее, чтобы стать той, кем смогу по-настоящему гордиться!

— Нет… Я не буду участвовать в следующем конкурсе.