его могущественное тело заваливалось на спину, исчезая за горами. Но Улла чётко услышала каждое слово:

– И вот пришёл мой конец! Но не наступит конец делам моим, пока есть тот, кто никогда не отступится от мира. Кто мудрее меня будет, преданнее и честнее. Кто жизнью пожертвует, как сделал и я, ради будущего всех Девяти Миров. Бери же копьё Гунгнир, твоё оно по праву! Бери с ним и трон Асгарда! И власть над всеми мирами, но правь достойно!

Глава 49

Щит Бьёрна закрывал Скалля, пока Торгни, расчищая путь сквозь толпу мертвецов, уводил их прочь от Нагльфара. Войско из берсерков, людей, эйнхериев и валькирий пробиралось к ним извне. В глазах рябило от ярких цветов, смешивающихся с мрачными тенями.

– Довольно же играть словно дети! – голос Локи взвился над льдом.

Скалль услышал его совсем рядом. И тут же чья-то мощная сила отбросила Бьёрна прочь, оголяя спину конунга. Берсерки, навалившиеся на подоспевшего Локи, были откинуты им в разные стороны. Торгни перегородил дорогу. Секира встретилась с мечом бога, руки Торгни согнулись от давящей на них силы. Локи хитро и быстро нырнул под руку эйнхерия, подсёк его ноги и опрокинул на спину.

– Теперь же погибнет бессмертный! – захохотал Локи, надвигаясь.

– Я вернул солнце и месяц! – Скалль выставил топоры вперёд. – Весна наступит, и не важно, буду ли я жить!

– Вот и проверим, – усмехнулся рыжий бог. – Вы, люди, так мало знаете о силе, на которой держатся Девять Миров…

Один склонился к горизонту, а Локи, будто ощутив лопатками смерть Всеотца, захохотал пуще прежнего.

– Вот и всё! Всё! Отмщён я, отомщены мои дети, что были сосланы Одином прочь!

Он замахнулся. Скалль без раздумий кинулся под меч, превращая его в пыль. Локи зарычал от досады, откинув прочь гарду.

– Одина нет, кому теперь направлена ваша вера? – Он поднял руку и вновь щёлкнул пальцами.

Скалль метнул взгляд к Хель, но та уже отпустила стрелу.

Он знал этот миг очень хорошо. Когда оружие летит к нему, а сердце падает в пятки, возникала лишь одна мысль: что, если сейчас не сработает? Скалль оцепенел, глядя на быструю точку стрелы, и вдруг возникла иная мысль: не сработает.

И только он это понял, как Бальдр, оказавшийся рядом, толкнул его назад, спасая от омеловой стрелы. Но та не просвистела мимо. Скалль видел, как Торгни взмахнул острым копьём и пригвоздил стрелу ко льду, рассекая её пополам.

– Ты-ы-ы! – взвыл Локи, хватаясь за рыжие волосы, будто собираясь оторвать. – И после смерти старик не оставит меня в покое!

Торгни взмахнул излучающим яркий свет копьём Гунгнир и пронзил Локи насквозь в один миг. Тот завыл, Хель беззвучно закричала, а Фенрир кинулся с самого горизонта на защиту отца. Но было поздно. Скрючившись, Локи осел на лёд, а когда копьё выскользнуло из его груди, прижал руки к ране и повалился на спину. Его лицо застыло в гримасе ненависти.

Бальдр с благоговением смотрел, как оружие его отца Одина поражает его убийцу. Душа его засветилась от счастья. Он протянул руку Скаллю, помогая подняться. Конунг неотрывно следил за Торгни.

– Он – наследник Одина, – мелодичным голосом пояснил Бальдр. – Самый достойный из всех людей.

– Нет никого достойнее, – выдохнул Скалль. А когда Торгни обернулся, упал на колени.

– Поднимись, глупый ты мальчишка, – Торгни дернул его за шиворот, заставляя встать на ноги.

Он поднял омеловую стрелу, а Бальдр и Скалль одновременно отшатнулись от неё подальше. Торгни разломил прут пополам, потом сложил и разломил ещё раз. И так, пока не остались только щепки, осыпавшиеся на лёд.

– Теперь ты в безопасности, брат, – улыбнулся Торгни.

Он, покрепче сжав копьё, ударил им по льду. Трещины разошлись в разные стороны. Он ударил ещё раз, и прорубь разошлась сильнее, а Нагльфар дрогнул. Третий удар, и корабль с протяжным стоном накренился носом вниз, зачерпывая воду.

Хель кинулась прочь с палубы, а мертвецы, будто влекомые её цепями, отшатнулись следом.

Медленно Нагльфар начал тонуть. Мертвецы в ужасе кинулись прочь, словно по мосту перебегая через корабль на другой берег, к своей хозяйке.

Только Фенрир с рёвом пересекал ледяную равнину, устремившись к ним. Он промчался мимо бегущих прочь мертвецов, а когда перепрыгнул рот и ворвался в толпу продолжающих сражаться, смёл лапами не одного берсерка и воина Борре. Он топтал, яростно хватал клыками, а люди кидались врассыпную.

– Волк – мой! – прокричал Скалль, перекрывая даже рёв чудовища.

С топорами в руках он бросился навстречу. Ярость застилала глаза, а Торгни, стоявший за спиной, будь он хоть эйнхерием, хоть наследником Одина, хоть обычным человеком, его братом, придавал Скаллю сил.

Первый удар – Фенрир отпрянул, пропуская топоры мимо.

Второй удар – Скалль вонзил лезвие в лапу.

Волк взревел, а конунг, поддавшись странному бесстрашному порыву, прыгнул ему в открытую пасть. Зубы сомкнулись вокруг тела, но не смогли раздавить. Скалль, зажатый между клыками, чувствовал, как горячее дыхание чудовища обжигает лицо.

Фенрир сдавливал челюсти, но никак не мог проткнуть бессмертного.

Он затряс головой, завозил мордой по льду, но Скалль вонзил топор в верхнее нёбо, надёжно держась. Вторым топором он бил в язык. Кровь залила пасть.

Завывая и трясясь, Фенрир пятился. Под его лапами разломился треснувший лёд.

Торгни смотрел, сжимая копьё и готовясь в любой момент кинуться на помощь. Бальдр уверенно следил за своим наследником, ничуть не сомневаясь в его победе.

– Мы правда будем просто наблюдать? – Бьёрн переступал с ноги на ногу, осматриваясь по сторонам. Мертвецы кинулись прочь, а битва постепенно стихала.

– Он справится, – мягким голосом уверил берсерка Бальдр.

Лапы волка соскользнули в воду, потащив массивное тело. Передние лапы скребли по льду, а челюсти клацали, пытаясь разжевать Скалля. Кровь булькала в глотке волка.

Глаза его сверкнули гневом, он плотнее сжал пасть, а потом отпустил лёд и позволил морю поглотить его.

Скалль ощутил, как холодная вода обступила со всех сторон. Лёд сомкнулся над головой, погрузив во тьму. Морская вода смешалась с кровью в пасти волка.

То, чего он так боялся. Скалль бился в тесной ловушке из плоти и зубов, крепко сжимая топоры. Глаза, широко раскрытые, видели только мутную черноту.

Вонзив топор между зубов волка, Скалль надавил из последних сил и, заставив волка приоткрыть пасть, выскользнул.

Тёмное пятно Фенрира продолжило опускаться, лапы едва двигались, но тело смирилось. Он знал, что погибнет. Как предсказано: от рук мстящего.

Скалль метнулся вверх, но всюду была только тьма и сплошная толща льда над головой. Его главный страх заставлял метаться в панике, скребя зажатыми в руках топорами по непреодолимой преграде. Он утонет, он точно утонет… Но вдруг яркий свет вспыхнул слева от него.

Золотой луч пронзил воду будто путеводная звезда.

Лёгкие жгло, но Скалль стал быстрее двигаться.

Пальцы вытянулись вперёд и обхватили горячий металл копья. Торгни рванул вверх, вытаскивая друга из