словах? Честный купец всегда показывает вексели и выписки, иначе невозможно работать! Доверия недостаточно, должны быть и документы!

В словах Хильды одновременно сквозили и слова купца Мордела и слова госпожи Сев Мордел, настолько крепко они вбили свою науку в голову единственной дочери. Так что, мне не осталось ничего другого, как согласиться взглянуть на записи самостоятельно. Хильда быстро провела меня за прилавок, в небольшую комнатку-контору, вход в который прятался за одним из стеллажей. Там я кое-как устроился за столом и приготовился делать умный вид. Все равно, точно проверить эти записи могла лишь Эрен, о чем я и сообщил купеческой дочери.

— Но учти, записи надо будет показать и миледи, — строго посмотрел я на Хильду. — Я помню только приблизительный порядок чисел, а строгим учетом занимается баронесса.

— Конечно же, милорд Гросс, — тут же присела в поклоне молодая жена Ларса. — Я с радостью принесу все документы в ваши комнаты, если миледи Эрен будет согласна меня принять.

— Будет, — кивнул я. — Это лучшее решение…

Едва я опустил голову к записям, из лавки донесся разочарованный крик:

— Где он⁈ Неужели опоздал⁈ Говорили же, что барон пришел уже сегодня!

Мы с Хильдой переглянулись, а я вообще замер, словно сурок. Потому что голос звучал уж очень разочарованно и почти агрессивно.

Я чуть качнул головой в сторону, давая Хильде знак сходить и проверить, кого там нелегкая принесла, а сам же попытался сосредоточиться на записях.

— Ох! Уважаемая госпожа Мордел, свет моего сердца, скажите, что барон Гросс просто отлучился на минутку! — тут же донеслось из зала, едва Хильда покинула комнатку. — Или может он тут⁈

— Господин Фарнир! Стойте!.. — услышал я вскрик Хильды.

А через мгновение в дверном проеме уже появилась голова наглеца, который, совершенно игнорируя крики Хильды, видимо перемахнул через прилавок и сейчас с интересом пялился на мою скрючившуюся за столом фигуру.

— Барон Гросс! — воскликнул господин Фарнир. — Очень рад, что застал вас в лавке!

— Вы вломились за прилавок, — холодно сообщил я. — И я работаю.

— Может, вам нужна помощь? — тут же залебезил Фарнир, а лицо мужчины расплылось в улыбке. — Я очень хорош в счете! Что тут у вас? Торговая книга?

Совершенно не стесняясь вторжения в чужие помещения, Фарнир уже подошел к столу, чтобы заглянуть в записи, но я с силой захлопнул книгу прямо перед носом этого мужчины.

Да, знакомство у нас определенно не задалось, хотя я планировал развести этого транжиру на пару-другую сотню серебряных фунтов, чтобы расширить производство и поставки консервов…

— Давайте выйдем, — спокойно предложил я, вставая со своего места.

В комнате стоял полумрак, свет давала только одна лампа, так что толком рассмотреть, как на мое предложение отреагировал этот господин Фарнир, у меня не получилось. Но мой жест рукой, которой я указал на дверь, мужчина понял безошибочно — смирно вышел из подсобки, а я проследовал вслед за ним.

За прилавком стояла бледная Хильда, которая не знала, куда ей деваться и что делать. Бежать за стражей? Или остаться здесь, чтобы чуть что, поднять крик на всю улицу? Или дождаться Ларса? Все же я был уверен, что мой бывший заместитель где-то здесь припрятал меч или копье — не мог опытный солдат, да еще такой умелый мечник, как Ларс, оставить себя безоружным на собственной территории. Это по Патрино он не имел права разгуливать с перевязью, а вот держать оружие дома или в лавке, тем более наградное — а ведь новый меч ему на свадьбу подарил лично я, а всех жители Херцкальта были свидетелями этому — было вполне допустимо. Все же, Ларс вышел из воинского сословия.

Не успел я открыть рот, господин Фарнир уже оказался по ту сторону прилавка, ловко проскользнув через едва приподнятую перегородку, и уже приносил свои извинения Хильде:

— Госпожа Мордел! Прошу простить меня! Демоны дернули, право-слово! Я уже было подумал, что разминулся со столь видным человеком и не смог сдержать свой порыв!

Фарнир снова оскалился, а я наконец-то смог нормально рассмотреть незнакомца, ведь в торговом зале было намного светлее.

Довольно высок и крепок, минимум метр восемьдесят с хвостиком, для местных это внушительные габариты. А может, и все метр восемьдесят пять, если сапоги мужчины были без каблука. Острые черты лица, темные вьющиеся волосы до плеч, бледная кожа. Но вот к чему я не был готов, так это к глазам мужчины. Слишком мне были они знакомы — точно такие же, сверкающие сталью, как у Эрен. На секунду мне показалось, что они с моей женой похожи как родственники, но присмотревшись, я осознал, что это не так. У господина Фарнира был совершенно другой нос и челюсть, форма лица и посадка глаз. Из общего — только темные кудри да цвет глаз. А по таким признакам всех голубоглазых блондинов можно было бы записывать в одно семейство, что являлось бы огромной глупостью.

Словно чувствуя исходящий от меня интерес, господин Фарнир резко повернул голову сторону и уставился мне прямо в глаза, будто мы внезапно стали играть в гляделки. А, так вот что имела в виду Эрен, когда говорила, что он совершенно не чувствует приличий! Нет, тут господин Фарнир давал фору даже мне — неотесанному по местным меркам варвару, ведь за такой взгляд в упор на другого мужчину можно было получить по шее даже в моем родном мире. А здесь это вообще воспринималось как оскорбительное пренебрежение и вызов. Особенно, учитывая, что сам господин Фарнир заявлял, будто бы он простолюдин.

Вот только я четко уяснил: в Халдоне, да и вообще, во всем этом мире, каждый человек знал свое место и что было разрешено ему сословной системой. Как бы не была полезна мне Хильда или как бы я не доверял Ларсу, при моем появлении оба опускали взгляд и склоняли головы. Да, потом Ларс мог расплыться в улыбке и начать похлопывать меня по плечу, потому что мы были в доверительных отношениях и многое прошли вместе, потом Хильда могла подбочениться и начать поучать меня, что Эрен не проверила книги и вообще, мы не умеем вести дела. Но все это взаимодействие все равно начиналось с опущенного в пол взгляда и легкого поклона.

Потому что я был аристократом, бароном и лордом надела, а они — семейством купцов, которые к тому же дали мне присягу. Так работал