читающей публики полномасштабные романы в стилистике Мифов Ктулху. Кому-то они удались с поразительным успехом, кто-то не может похвастаться столь радужными результатами. Удивительно, но одно из слабейших произведений – «Дом жабы» [500](1993) того самого Ричарда Тирни, который в кратком эссе 1972 года изобличил Мифы Дерлета. По прошествии двадцати лет Тирни и сам попытался сочинить что-то на тему Мифов – результат оказался катастрофическим.

Герой роман – Джеймс Керрик, искатель древних артефактов, которому в джунглях Мексики попадаются таинственные полусферы бронзового цвета. Керрик продает их (нелегально) Корнелиусу Вассерману, богатому коллекционеру и оккультисту из штата Иллинойс. Керрика одолевают сны – в них он будто бы участвует в ритуальном жертвоприношении богу по имени Гханта. Вассерман, живущий в огромном особняке в форме пятиконечной звезды близ городка Ривертон, сообщает нашему герою, что он собирает такие шары со всех концов мира и что такие предметы обнаруживаются практически во всех древних цивилизациях. Вассерман – автор труда «Фундаменты оккультизма», который дает представление об умонастроениях автора:

Страдания наделенных сознанием существ – роскошный пир для богов. По этой единственной причине Первородные [Primal Ones] создали вселенную и природные законы, которые управляют ей, а именно – чтобы густые облака стихий могли бы сжаться в звезды и планеты и, с течением веков, постепенно превратиться в создания все большей и большей сложности, существ, наделенных все большей и большей способностью к страданию. Нервная система – котел, порождающий боль, а боль – энергия, что питает Первородных (15).

Мы узнаем, что Первородные выжидают «Великого мора, что скоро наступит» – и в час поветрия они «насытятся этой землей как никогда прежде» (16).

Эта тема сама по себе представляет определенный интерес, так как она будто бы связана с весьма любопытной склонностью к мизантропии, что ощущается в других произведениях Тирни, в особенности – в его поэзии. Возьмем несколько строф из стихотворения «Водородная бомба»[501]:

                 O ядерный гриб, разворачивающийся над миром,

                 Не вызываешь ты в моей душе никакого ужаса.

                 В груди моей скрывается страшная ненависть,

                 Куда более едкая, чем твой атомный огонь…

                 В белизне твоего пламенного нутра

                 Я вижу зарождение более ясного века,

                 Когда, в крещендо непрекращающейся Войны,

                 Все человечество соберется вокруг тебя[502].

Однако в «Доме жабы» Тирни, внемля традиции, занимает сторону бравого человечества в войне против негодных Первородных. Печально наблюдать за скорбными результатами происходящего. Вскоре становится очевидно, что Вассерман, будучи приспешником Первородных, через различные ритуалы пытается поскорее навлечь на мир Великий мор – и даже полагает, что Керрик согласится примкнуть к его миссии. Но не тревожьтесь! У человечества имеются союзники, в частности Ральф Данкан, профессор орнитологии из местного университета (его специализация оказывается как нельзя кстати, ибо Вассерман в своих злодейских планах прибегает к помощи сов и летучих мышей как лазутчиков), и Билл Холгрейв, представитель загадочной квазиправительственной организации, нацеленной на воспрепятствование Первородным. Более того, Холгрейву все известно об идеях Лавкрафта и других писателей, описывающих в своих произведениях подобных существ. Из уст героя мы слышим, что Лавкрафт думал на их счет:

Он писал о Великих древних [Great Old Ones], которые кроются за пределами космоса, извечно предполагая вырываться из других измерений в тот момент, когда «звезды выстроятся в правильном порядке», чтобы захватить нашу Вселенную. А также о том, что отдельные чувствительные сновидцы – художники, безумцы и прочие в том роде – могут ощущать в кошмарах надвигающийся «прорыв» этих злых [sic!] созданий (151).

Как низко пали возвышенные умы! Ведь это тот самый критик, который в «Мифах Дерлета» третировал того за измышление конфликта между Древними и Древними богами, обращаемого в «борьбу между „добром“ и „злом“ с антропоморфной точки зрения» («Мифы Дерлета», 52). И вот Тирни повторяет все то же самое в собственных художественных произведениях! Более всего поражает то, что Тирни теперь занимает позицию «мы всем рады» по отношению к Мифам, которая прослеживается у таких авторов, как Лин Картер и Роберт Прайс. Тирни прямо прописывает, что Лавкрафт «повлиял на последующее поколение литераторов, чья врожденная чуткость предопределила их склонность продолжать исследование мрачных палат, которые он открыл. В особенности здесь выделяются Дерлет [!], Лонг, Блох, Кэмпбелл, Ламли [!!], Клайн, Лиготти» (151).

Дна мы достигаем, когда Холгрейв и прочие герои используют печально известные звездные камни в качестве оберегов. Не может быть! Но вот мы читаем черным по белому: «Предмет, появившийся из-под воротника ее рубашки, представлял собой темно-зеленоватый камень, высеченный в форме пятиконечной звезды. В центре сверкал зелено-желтый самоцвет, по форме напоминавший пламя свечи» (181). Неважно, что Тирни не вводит самих Древних богов в сюжет как полноценных персонажей. Каким иным образом звездные камни могли обладать приписываемой им мощью, если бы они не были плодом творчества некоей противопоставленной «злу» «доброй» силы? Разумеется, амулеты оказываются очень кстати в насыщенной кульминационной сцене, где Керрик и его сторонники прерывают церемонию, при помощи которой Вассерман собирался, по всей видимости, призвать в мир бога Гханта. Автор предупредительно сообщает нам, что это точный аналог Гатанотоа из «Вне времени». И действительно, Бог таки появляется: «Смутная, подвижная чернота, прорезаемая светом глаз, горевших тьмой тусклых, мстительных лампад» (234). Но нашей звездной команде удается совершить побег и прострочить Вассермана из удачно подвернувшегося под руку «узи». Итак, угроза миру предотвращена (пока что).

«Дом жабы» – провал по всем статьям. Если откровенно, это работа не писателя-профессионала, а любителя, фаната. Персонажи одномерны и механистичны, действие топорно и предсказуемо, текст неуклюж и лишен вдохновения, а попытки придать философскую значимость всем этим аляповатым приключениям катастрофически несуразны. И то, что Тирни встает на сторону «Мифов Дерлета», – наименьшая из проблем «Жабы».

Следующий роман Тирни – «Барабаны Хаоса» [503](2008) – содержит некоторые лавкрафтовские элементы, но, в сущности, это весьма затянутая историческая новелла о сверхъестественных приключениях в древнем мире с участием некоего Саймона из Гитты и других героев. Лавкрафтовские веяния в целом утоплены в затянутом и чрезмерно замысловатом повествовании, которое скорее рассеивает, а не удерживает внимания читателя.

Мы оказываемся в кардинально иных ипостасях в случае «Чудовищного резюме» [504](1995) авторства Уильяма Браунинга Спенсера (г. р. 1946) – это одно из самых новаторских произведений во всем лавкрафтовском каноне. Сюжет у этого длинного и значительного романа крайне сложный, поэтому для того, чтобы представить все достоинства истории, придется обсудить его в деталях. Основное внимание в произведении уделяется Филипу Кинану, 45-летнему наборщику из Остина, штат Техас. Герой полагает, что был проклят Древними, особенно в течение многолетней службы в компании