Леопольдовна действительно поджидала Елизавету, стоя у ворот, а меня смерила неодобрительным взглядом. Зато Елизавета шепнула на прощание, что чрезвычайно благодарна за прогулку и надеется, что мы ещё увидимся.

При иных обстоятельствах я, услышав это, просиял бы, а сейчас просто раскланялся и поспешил уйти.

Голова была занята другим. Как пройдёт встреча Захребетника с Хозяйкой? Захребетник, конечно, сущность исключительно могучая, но Хозяйка, если я правильно понял, принадлежит к иному ведомству — если можно так выразиться. И запросто навязать этой строптивой даме свою волю у Захребетника не факт, что получится. Видимо, поэтому он и не стремится с ней встречаться.

Дома я быстро поужинал, а у себя в комнате, не раздеваясь, лёг на кровать. Ясно было, что отправляться в шахту сейчас, пока мои соседи и жители посёлка ещё не спят, означает вызвать массу ненужных вопросов. Надо подождать до ночи.

Я решил, что выспаться впрок лишним не будет, и заснул. А проснувшись, увидел, что стою перед входом в шахту. Вокруг было темно и сыро. Я зажёг магический огонёк.

«Я думал, что разговаривать со своей старой подругой ты будешь без меня».

«Я поначалу тоже так думал, — проворчал Захребетник. — А теперь думаю, что лучше тебе увидеть всё своими глазами, чем потом пересказы слушать…»

— Эй! Открывай, сова! Медведь пришёл! — крикнул он вслух.

И с этим странным приветствием устремился в подземный коридор. Руку Захребетник вытянул и повёл ладонью по стене. Пальцы оставляли позади себя зелёные светящиеся дорожки.

— Давненько мы с тобой не виделись, Хозяюшка! Я соскучился. А ты?

Лязг!

С потолка коридора вдруг обрушилась тяжёлая металлическая решётка. Нижние концы толстых проржавевших прутьев были заточены наподобие пик. В каменистую землю под ногами они вонзились на изрядную глубину.

Я представил, что могло бы произойти, если бы Захребетник в последнее мгновение не сделал шаг назад…

Н-да, хорошо, что телом управляю не я. У меня бы после такого руки-ноги долго бы дрожали. А Захребетник рассмеялся.

— Капризничаешь, — ласково сказал он.

И провёл ладонью по решётке. Та рассыпалась в прах, а Захребетник зашагал дальше.

«А ты уверен, что тебе стоит разговаривать с Хозяйкой? — попытался вмешаться я. — Я, возможно, чего-то не понимаю, но мне почему-то кажется, что она не очень хочет тебя видеть».

«Хочет, — уверенно объявил Захребетник. — Кобенится просто. Вредная баба, говорю же…»

— Хозяюшка! — снова вслух позвал он. — Веди себя прилично, я не один.

В ответ с потолка обрушился водопад. И снова Захребетник успел остановиться за мгновение до того, как мощный водяной поток сбил меня с ног.

Глядя на плотную стену воды, преградившую дорогу, Захребетник покачал головой.

— Это ещё зачем? Неужто думаешь, что я к такой красавице в гости неумытым пришёл? Обидно, право слово.

Он вытянул руки вперёд. Водяной поток разделился на два. Захребетник раздвинул их, словно двери, и пошёл дальше.

— Покажись, Хозяюшка! — снова позвал он. — Али боишься, что я от красоты твоей ослепну? Так я на этот случай тёмные очки прихватил.

Он вынул из кармана очки, в которых я работал в лаборатории, и принялся крутить на пальце.

Очки вспыхнули зелёным огнём. Захребетник, отряхнув с пальцев пепел, вздохнул.

— Казённое имущество, между прочим! — пожаловался он в пустоту. — Мне за эти окуляры, между прочим, отчитываться.

— Тебе? — прозвенел позади Захребетника негодующий женский голос. — Когда это ты кому-то отчёт отдавал?

Захребетник обернулся.

Глава 5

Каменный цветок

Часть каменной стены как будто ожила, и из неё вышла дивной красоты женщина. Белоснежная кожа, тёмные волосы, яркие губы и необыкновенного изумрудного цвета глаза.

Я никогда не слышал о существовании живого камня, но подумал, что если бы он существовал, то выглядел бы так. Женщина казалась живой и неживой одновременно. Шаги её были лёгкими, а сама она — изящной и подвижной, но состояла словно из текучего камня. Даже её великолепное зелёное платье и длинная коса были будто не отдельными предметами, а сработанными из той же текучей глыбы.

Женщина остановилась перед Захребетником. Тот поклонился в пояс.

— Здравствуй, Хозяюшка.

— И ты здравствуй, коли не шутишь. Зачем пришёл?

— С тобой повидаться. Соскучился.

Хозяйка фыркнула.

— Месяц, как в наших краях, а соскучился только нынче?

— Ничего-то от тебя не скроешь! — восхитился Захребетник. — Всё такая же умница. А уж красавица какая!

Он поймал руку Хозяйки и поднёс к губам. Та снова недовольно фыркнула, но руку не отобрала. Я понял, что комплимент ей приятен.

— Столько лет не видались, а ты даже в хоромы не пригласишь дорогого гостя? — вкрадчиво спросил Захребетник. — Так и будешь на пороге держать?

Хозяйка хлопнула в ладоши. И в тот же миг сырой подземный коридор исчез.

Мы находились в богато изукрашенном зале. Пол был выложен малахитовыми плитами с замысловатым узором, вдоль стен выстроились резные колонны из яшмы, повсюду сверкали золото и драгоценные камни. И стало светло как днём — хотя источника света я не видел.

— Ну вот, другое дело! — одобрил Захребетник.

Он, не дожидаясь приглашения, уселся в золотое кресло и закинул ногу на ногу. Хозяйка присела в такое же кресло напротив него.

Она внимательно посмотрела на меня. Каким-то образом я понял, что сейчас Хозяйка разглядывает именно меня, а не Захребетника.

— Добрый юноша, — оценила она.

— Других не держим. — Захребетник довольно потянулся.

— На что он тебе?

— У меня тут свои заботы. — Захребетник доверительно наклонился к Хозяйке. — А у тебя свои. Рассказывай, кто тебя огорчил?

Хозяйка надменно фыркнула.

— Не родился ещё тот, кто меня огорчить сможет! Или думаешь, за то время, что мы с тобой не виделись, я могущества лишилась?

— Да разве же я могу такое подумать? Вижу, что ты по-прежнему сильна. А только огорчения от силы не зависят. Ежели медведю в ухо муравей заползёт, то сколько б силы у медведя ни было — избавиться от этой малости не поможет. Рассказывай, кто тебе досаждает? Неужто всё ещё на Полоза сердишься?

Хозяйка вскинула голову.

— Много чести — на него сердиться! Признавайся: это ты у него любимые игрушки отобрал? Девиц в хрустальных коробах оживил да из подземелья вывел?

— Был грех, — не стал скрывать Захребетник.

— Ай-яй-яй, — Хозяйка с притворным неодобрением покачала головой. — Пошто ты Полоза обидел?