Я кивнула и достала из сумки принадлежности для ритуала — маленькие сосуды для даров стихий, книгу с описанием воззвания и нож для капли крови.

Стараясь действовать быстро и точно, я начала подготовку. Сначала набрала морской воды с края террасы, где волны разбивались о скалу, и добавила каплю своей крови. Затем собрала немного земли из трещины в камне, где каким-то чудом рос крошечный цветок. С огнем было сложнее — нужен был источник ”чистого” пламени.

— Бастиан! — позвала я. — Мне нужен огонь от чистого источника. У тебя есть кристалл, который может сфокусировать лунный свет?

Бастиан, не отрывая взгляда от входа, где все еще слышались звуки борьбы, порылся в кармане и протянул мне небольшой прозрачный кристалл.

— Он должен подойти. Только поторопись!

Я взяла кристалл и направила его на маленькую свечу, которую установила в западном углублении алтаря. Лунный свет, проходя через кристалл, фокусировался в тонкий луч, который через несколько мгновений зажег фитиль. Пламя было слабым, но чистым — именно таким, как требовалось для ритуала.

Последним даром было перо — бережно хранимое в маленькой коробочке. Я достала его и аккуратно положила в южное углубление алтаря.

— Все готово, — объявила я, выпрямляясь. — Теперь я должна...

Громкий взрыв прервал мои слова. Из арочного входа вылетело тело Элдрика, безвольно упавшее на каменный пол террасы. Следом появился Хранитель Глубин, его белые глаза сияли гневом, а вокруг тела клубились потоки воды, готовые снова атаковать.

— Учитель! — Бастиан бросился к Элдрику, но был отброшен мощным ударом водяного кнута.

Я застыла между алтарем и приближающимся Хранителем, не зная, что делать. Бежать? Сражаться? Продолжить ритуал?

— Наивные глупцы, — презрительно произнес Хранитель. — Вы действительно думали, что можете противостоять силе Глубинных?

Он сделал еще шаг вперед, и вода вокруг него начала формировать новые смертоносные щупальца.

— Ты пойдешь со мной, Ключ, — прошипел он. — Мой господин с нетерпением ждет встречи с тобой.

Я лихорадочно огляделась. Элдрик лежал неподвижно, Бастиан пытался подняться, с трудом приходя в себя после удара. Помощи ждать было неоткуда. И тогда я решилась.

— Ты прав, — громко сказала я, делая шаг к алтарю. — Я не могу противостоять тебе. Но я могу сделать кое-что другое.

Не давая Хранителю опомниться, я запрыгнула в центр алтаря, оказавшись внутри квадрата из четырех даров.

— Я, Надежда, Ключ Четырех Стихий, взываю к вам, Хранительницы Равновесия! — громко произнесла я, вскидывая руки к ночному небу. — Услышьте меня, придите на мой зов, примите мои дары! Защитите своего Ключа от тьмы Глубин!

Да, это было немного высокопарно. Но в этом месте такие слова сами просились на язык.

Хранитель зарычал и бросился ко мне, но было поздно. Татуировка Ракси на моей груди вспыхнула ярким светом, и четыре дара на алтаре засияли каждый своим цветом — вода голубым, земля зеленым, перо белым, а огонь рубиновым.

Четыре луча света поднялись вверх, соединяясь над моей головой в сверкающий купол. Воздух вокруг наполнился странными звуками — шумом волн, шелестом листьев, свистом ветра и потрескиванием пламени.

— Нериса, Владычица Глубин, я призываю тебя! — выкрикнула я, поворачиваясь к северу. — Терра, Хранительница Корней, я призываю тебя! Ария, Повелительница Ветров, я призываю тебя! Игнис, Хранительница Пламени, я призываю тебя!

С каждым именем соответствующий дар вспыхивал еще ярче. Водяные щупальца Хранителя попытались прорваться через световой купол, но отскакивали от него, словно от невидимой стены.

— Глупая девчонка! — закричал Хранитель. — Ты сама не знаешь, что творишь!

Конечно, лучше бы сдалась на твою волю и позволила бы увести себя под белы рученьки к глав гаду?

Воздух внутри светового купола сгустился, и я почувствовала присутствие — мощное, древнее, нечеловеческое. Четыре силуэта начали формироваться вокруг меня, сотканные из чистой стихийной энергии — фигура из воды на севере, из земли на востоке, из воздуха на юге и из огня на западе.

—Мы слышим тебя, Ключ,— произнес голос, подобный шуму волн. Фигура из воды сделала шаг вперед, принимая очертания прекрасной женщины с волосами цвета морской глубины.

—Мы видим тебя, дитя,— произнес голос, напоминающий шелест листьев. Фигура из земли трансформировалась в женщину с кожей цвета молодой коры и венком из цветов в волосах.

—Мы чувствуем тебя, юная,— произнес голос, легкий как ветер. Воздушный силуэт превратился в изящную женщину, чьи черты постоянно менялись, как облака в небе.

—Мы