Т. Булганин считает правильными критические замечания»[230]. Неправильным было включение этого письма в повестку дня заседания? Неправильной была неизвестная позиция Булганина? Неясно. Два письма в открытом доступе пока не обнаружены. Хотя что в них может быть секретного?

Эти два эпизода можно было интерпретировать по-разному. Опера на либретто была исправлена и уже летом 1953 г. поставлена на сцене Киевского театра оперы и балета. Она стала одним из главных музыкальных событий во время всенародного празднования трехсотлетия Переяславской рады и воссоединения русского и украинского народов в единой дружной семье. Как тогда казалось, на веки вечные. В мае 1954 г. грандиозную киевскую постановку «Богдана» показали на сцене Большого театра в Москве во время Декады украинской культуры и искусства. Заметим, что никакого тайного или явного постановления ЦК о запрете оперы не было изначально. Редакционные статьи в «Правде», которых за годы советской власти было опубликовано сотни, если не тысячи, отмене не подлежали ввиду энергоемкой абсурдности и потенциально опасного хаоса подобной канцелярской процедуры. Возвращаться к этому вопросу накануне композиторского съезда было опасно, потому что такой «подарок» мог привести к цепной реакции других подобных, «реваншистских», как тогда говорили, требований. Наконец, Данькевич допустил тактическую ошибку, обратившись к маршалу Булганину, а не к Хрущеву. Как многолетний руководитель украинских коммунистов и глава украинского правительства в 1938–1949 гг., только Хрущев был бы идеальным адресатом и инструментом для положительного решения этого вопроса. Тем более что атака на «Богдана» в 1951 г. была скоординирована Маленковым аппаратным маневром и против него, работавшего тогда первым секретарем МК и МГК КПСС и все ближе и ближе приближавшегося к Сталину. Как бы то ни было, в марте 1957 г. о «Богдане Хмельницком» было приказано забыть. На время? Да.

17 февраля 1958 г. секретари правления СК СССР Хачатурян, Шостакович, Аксюк, Шапорин, Новиков и другие обсуждали план основных мероприятий Союза композиторов. В марте – совместно с музыковедческой комиссией провести дискуссию «О реализме и модернизме». В апреле – общемосковское собрание членов союза и выборы правления Московского СК[231]. О том, что Президиум ЦК КПСС готовил композиторам в следующем календарном месяце – мае, пока не подозревал никто. Возможно, и сам Никита Сергеевич Хрущев. Итак, Хрущев. После проведения очередных всенародных выборов в Верховный Совет СССР, 20 марта 1958 г. Президиум ЦК рассмотрел вопрос о кандидатуре на пост премьера и решил, что «т. Булганин Н.А. проявил политическую неустойчивость, выразившуюся в участии в антипартийной фракционной группе Маленкова [и др.]». В связи с этим признано необходимым «не рекомендовать» Булганина на пост председателя Совета Министров. На высший правительственный пост был предложен Хрущев «с оставлением его первым секретарем ЦК КПСС». Разумеется, собравшиеся на сессию Верховный Совет нового созыва единогласно прислушались к подобной рекомендации и единодушно избрал Никиту Сергеевича главой правительства[232]. На первом же заседании Президиума ЦК после того, как Хрущев стал номенклатурным двойником Сталина, товарищи утвердили необычное постановление под длинным названием «Об отмене Закрытого письма ЦК ВКП(б) от 2 апреля 1951 г. „О задачах колхозного строительства в связи с укрупнением мелких колхозов“». То забытое всеми, но не первым секретарем-премьером письмо стало когда-то в том числе ответом на подписанную именем Хрущева статью в газете «Правда» от 4 марта 1951 г., за которую он был вынужден раскаиваться унизительной челобитной, обращенной лично Сталину и со слезной мольбой о прощении. Никита Сергеевич все семь лет страдал от допущенной против него несправедливости и, захватив в свои руки почти что абсолютную власть, едва ли не первым актом решил разгромить злополучное закрытое письмо ЦК «как неправильное, опрокинутое жизнью и противоречащее принятым за последние годы решениям ЦК КПСС по сельскому хозяйству»[233]. Одним из побочных осколков от взрыва того самого письма быстро оказалось пристальное внимание Кремля и лично Сталина к опере Г. Жуковского «От всего сердца». В ее сельскохозяйственном сюжете и пейзанских ариях колхозников и строителей электростанции при желании можно было рассмотреть декорации и услышать музыкальную картинку к осужденному партией очередному перегибу в колхозном строительстве. Неслучайно, что опера через десять дней после «закрытого письма» была разгромлена в открытой редакционной статье в «Правде». Автором оперы был украинец, и сюжет с героями был украинский, на что указала «Правда». Опять – стрела в адрес бывшего десять лет украинского партийного босса, недавно переехавшего в Москву. Теперь же, в апреле 1958 г., дождавшись нужного момента, Хрущев получил долгожданную возможность как «неправильную» и «опрокинутую жизнью» отправить на историко-архивную свалку не только «Закрытое письмо», но и правдинскую статью против оперы Жуковского. А «дело» «Богдана Хмельницкого» само подтягивалось к «делу» Жуковского логично по тем же самым причинам. Статья против оперы появилась в июле 1951 г. после дней украинской культуры в Москве. Опять выстрелом против Хрущева.

Прошло семь лет. Поздней весной 1958 г. в Кремле окончательно созрела идея принятия постановления, в котором можно было объединить в один пакет «Богдана Хмельницкого» и «От всего сердца». К тому же Корнейчук, Василевская и Данькевич давно настойчиво просили о своей полной творческой реабилитации. Но что от этой украинской тематики выигрывали композиторы Москвы, Ленинграда и союзных республик? Ровным счетом ничего. Поэтому для придания солидности этим двум украинским операм (а не наоборот) можно было бы добавить к ним «Великую дружбу». Об этом на протяжении двух лет настойчиво просила часть музыкальной общественности. 4 мая 1958 г. Президиум ЦК принимает промежуточное решение:

П152/XLIII «Oб операх „Богдан Хмельницкий“, „Великая дружба“ и „От всего сердца“».

Поручить Комиссии ЦК КПСС по вопросам идеологии, культуры и международных партийных связей (т. Суслову) с учетом обмена мнением на заседании Президиума ЦК КПСС рассмотреть вопрос об операх «Богдан Хмельницкий», «Великая дружба» и «От всего сердца».

СЕКРЕТАРЬ ЦК[234].

«Богдан Хмельницкий» стоял на первом месте и тянул за собой две другие оперы. 15 мая, выполнив «поручение», руководители Отдела пропаганды и Отдела культуры ЦК представили комиссии ЦК проект постановления. На этот раз на первом месте в перечне оказалась «Великая дружба», за ней следовали «Богдан» и «От всего сердца». Это было важной аппаратной редактурой. Ошибки исправлялись прежде всего в постановлении ЦК, а не в статьях в «Правде». 17 июня члены Комиссии по идеологии ЦК подписывают сопроводительную записку и отсылают проект постановления в Президиум ЦК. Зав. Общим отделом ЦК (главной партийной канцелярии) в тот же день рассылает его членам, кандидатам в члены и секретарям ЦК.

Суслов, Мухитдинов, Фурцева и Поспелов хорошо изучили проект.

Во-первых, товарищи без единой помарки согласились с основополагающими постулатами. О том, что постановление о «Великой дружбе» «в целом сыграло положительную