неподалеку на садовой скамейке.

– Нормана увезли в больницу, в Колчестер, – сказала она сквозь слезы, взглянув на ковыляющего Дэвида.

– Я знаю.

– Сказали, все не так уж плохо. Пуля прошла навылет через плечо. – Нушка поежилась. – Повреждены в основном мягкие ткани.

– Все будет в порядке, Норман крепкий дедок.

– Боже мой, Дэвид! – прищурилась она с осуждением. – Как ты можешь говорить так легко…

– Ну извини. – Он пристроился рядом. – Наверное, это форма психологической самозащиты. Надо видеть во всем лучшее. Боевое ранение – повод для гордости, факт.

– А где миссис Булстроуд?

– Тоже в больнице.

– Ранена?

– Скорее, нервы.

Нушка болезненно передернула плечами.

– Представляю, как ей плохо сейчас.

– Да уж, несладко ей пришлось.

– Дэвид, пожалуйста, скажи мне, что всегда так не будет!

– Всегда так не будет.

– Нет, серьезно!

– Нушка, ты же знаешь, что не обязана заниматься расследованиями. У тебя прекрасная работа…

– Ага, раскладывать товар по полкам и следить, как раскладывают другие.

– Тем значительнее твой подвиг.

– В смысле?

– Вспомни, сколько всего тебе удалось за последние недели. Ты была великолепна! Вместе мы совершили великое дело.

– Только не говори, что все это доставило тебе удовольствие!

– Ну если не считать сломанной ноги…

– Нет, серьезно!

– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Жаль, конечно, что случается всякое дерьмо, спору нет. Но виновные в нем мерзавцы отправятся за решетку, и мы приложили к этому руку!

Иногда Дэвид задавался вопросом, не приносит ли нарочитое спокойствие – объективность, а не эмоции, как советовал тот старый коп – больше вреда, чем пользы, не калечит ли его как личность. Во всяком случае, притворяться, что не чувствует гордости, он не собирался.

– Это так обманчиво легко, – всхлипнула она, – когда сидишь в редакции, а там всего лишь слова и фотографии…

– А кто говорил, что будет легко? – Дэвид смотрел, как катафалк сдает назад по подъездной дорожке и открывает задние двери, за которыми покоится аккуратная стопка временных гробов. – Будь оно так, все бы рвались на эту работу.

Эпилог

– Невероятно, – сказал Норман. – Все это время ее держали в обычном загородном доме! И соседи ничего не заподозрили?

Он сидел выпрямившись в кресле на «складе», глядя на экран ноутбука с открытой первой страницей первого выпуска «Эссекс Инквайерер». Левая рука висела на перевязи.

Заголовок гласил:

ДЖОДИ МАРТИНДЕЙЛ НАШЛАСЬ!

Похищенная наследница обнаружена живой после шести лет заключения в подвале в Брейнтри

Статью сопровождала цветная фотография, одна из тех, что успела сделать Нушка. Полиция заранее сообщила журналистам «Инквайерер» о планируемом рейде. Дом выглядел настолько обычно, что мог бы украшать витрину любого агента по недвижимости. На такой не взглянешь дважды, но к конкретно этому притягивается взгляд из-за присутствия рядом полицейского броневика и шеренги вооруженных копов.

– Тюремщики представлялись обычной семьей, – объяснила Нушка. Она была в униформе из супермаркета, заскочила в обеденный перерыв. – Держались особняком. Что касается Джоди, никто ничего не видел и не слышал, подвал был со звукоизоляцией. Причем весьма удобным: ковры, обои, туалет, душ… чистота, вентиляция. Даже кухня своя была. Все, что узница могла пожелать.

– Кроме свободы, – заметил Дэвид, неловко ступая через порог в тяжелом ортопедическом ботинке.

– Как прошло с поверенным Мартиндейлов? – спросил Норман.

Дэвид осторожно уселся на стул.

– Ну если учесть, что в последний раз мы виделись с мистером Уэлксом шесть лет назад на той печально известной пресс-конференции, вполне успешно.

– Отвечал охотно? – спросил Норман.

– Да, интересно было.

Нушка придвинулась ближе.

– У полиции есть какие-нибудь зацепки по поводу той странной семьи, которая стерегла Джоди?

– Пока ничего.

– Трудно поверить, что они просто сбежали и полиция обнаружила в доме одну Джоди.

Дэвид пожал плечами.

– Я удивлюсь, если они еще в Великобритании. Все оказались иностранными гражданами.

Охота на тюремщиков Джоди Мартиндейл широко освещалась прессой, их описания были разосланы по всей стране. Очевидно, о визите полиции их оповестили заранее.

– Уэлкс не рассказал, как Джоди удалось позвонить? – спросил Норман.

– Рассказал. – Дэвид попытался устроить ногу поудобнее. – Старший сын в той семье, то есть, в фальшивой семье, был русским.

Норман закатил глаза.

– Снова люди Иванкова!

– Однако вели себя пристойно, видимо, получили такой приказ. Так вот, этот сын очень симпатизировал Джоди: бегал по поручениям, покупал ей книги, журналы, диски и прочее.

Когда она жаловалась на головные боли, он выходил купить обезболивающие. Это продолжалось в течение нескольких недель. Лекарства она, конечно, не принимала, а прятала и, когда накопила побольше, пригласила парня на чашку кофе. Он насторожился, но Джоди убедила его, что тоскует без компании – и подсыпала ему таблетки. Не рассчитала, он не полностью отключился, но телефон все же удалось стащить. Одноразовые телефоны были у всех тюремщиков, но пользоваться ими разрешалось только в чрезвычайной ситуации.

Джоди помнила только три номера: домашний и два мобильных – отца и Фредди. Первые два исключались, потому что тюремщики не скрывали, что удерживают ее по прямому указанию отца.

– Почему? – удивилась Нушка. – Чтобы чувствовала себя в безопасности?

– Думаю, так велел Ник Торогуд, из-за Ральфа.

Норман кивнул.

– Ну да, чтобы тот не передумал и не потребовал выпустить дочь.

– А почему она не позвонила в службу спасения? – спросила Нушка.

Дэвид пожал плечами.

– Она знала из прессы о многочисленных ложных звонках, а времени было мало. Могли не поверить, решила связаться с кем-нибудь из знакомых.

– Из которых оставался только Фредди, – кивнул Норман.

– Шансы были ничтожные, – кивнул Дэвид, – да и то тюремщик очнулся и помешал оставить связное сообщение.

Нушка покачала головой.

– Тем не менее звонок спас ей жизнь.

Дэвид снова выглядел задумчивым.

– Да, повезло… но не совсем. Похоже, она долго не хотела вовлекать в это дело Рика Тэмворта, но в конце концов поняла, что поговорить больше не с кем. В тот вечер им навязали маленького Фредди, что и привело к его бессмысленному походу в магазин. Как жаль, что она начала говорить с Риком как раз в тот момент, когда бандиты нанесли удар.

– Расскажи она на день раньше, и все было бы иначе.

Дэвид пожал плечами.

Норман пролистал несколько страниц на экране, разглядывая фотографии: машина скорой помощи на подъездной дорожке рядом с домом, покрытая ковром лестница, ведущая вниз из кухонного чулана, тайный подземный коридор…

– Как бы то ни было, – сказал он, – это будет отличная история, когда нам позволят опубликовать ее полностью. Вопрос в том, напишем ли мы потом книгу.

– Много предложений? – заинтересовался Дэвид.

– Да вроде как. Телефон Перси не умолкает.

Перси Ходжес изначально был литературным агентом Нормана, но теперь они все подписали с ним по контракту.

– Что ж, теперь