class="p1">– Посмотри, – я показала на разгорающийся мусорный бак, – кажется, мою просьбу об утилизации охранник воспринял слишком буквально. Надо бы пожарных вызвать, ещё поликлиника сгорит.

– Влада, успокойся. Во-первых, нет никаких доказательств, что это дело его рук, во-вторых, поликлиника, так же как и другие строения, находится на весьма приличном расстоянии от очага, который навряд ли превратится в значительный пожар. И я не хочу уже говорить о том, что в поликлинике есть телефоны, которыми при необходимости могут воспользоваться.

Я молча согласилась: приведённые доводы были весьма убедительны, но всё равно получилось не очень красиво.

– Ира, я всё же возвращаюсь к разговору об этой фирме, которая предложила такие деньги за информацию…

– Ладно, сейчас приедем домой и вызвоним наших мужчин, иначе мы с тобой обе от этой неопределённости до вечера не доживём, – чуть подумав, произнесла Ирка и добавила: – Я что-то тоже начала нервничать.

– Зачем нам ждать, когда мы приедем домой? – спросила я, несколько недоумевая.

И мы дружно потянулись за мобильными телефонами.

– Алло, Гера, – дозвонилась я первая.

– Привет, родная моя, – глуховато прозвучал его голос. – У тебя всё в порядке? Ты уволилась?

– У меня всё в порядке, – я не стала вдаваться в подробности насчёт работы. – Тут возникла некоторая ситуация…

– Что?!

– Нет, не волнуйся, моей жизни ничего не угрожает. Просто надо поговорить, и желательно при личной встрече, а не по телефону.

– Где ты сейчас находишься?

– Стою в пробке на подъезде к Невскому, – ответила я, посмотрев в боковое окно, закрытое тонированными стёклами.

– Хорошо, я через полчаса буду дома, целую тебя.

Если я первая дозвонилась, то и первая закончила разговор. Ирка же продолжала ворковать по телефону о чём-то сугубо личном ещё несколько минут. Переведя взгляд на охранников, я увидела, как один из них тоже говорит по мобильному. Наверняка Георгий перезвонил, подумала я, про себя усмехнувшись. Проверяет, действительно ли всё в порядке. Хотя, по здравому разумению, меня это не должно удивлять. Но прошло слишком мало времени, чтобы привыкнуть к столь кардинальным переменам, происшедшим в моей жизни. Была тёмная ночь, в лучшем случае густой сумрак, и внезапно яркий свет позднего утра, когда солнце уже окончательно проснулось, но ещё не вошло в полную силу.

– Хватит улыбаться, – Ирка просто «пылала» праведным гневом. – Я сижу, нервничаю, а она витает в облаках и улыбается… О, смотри, мы уже выехали на Невский. Таким темпом, может, домой хотя бы к вечеру попадём.

– Ирка, у тебя потрясающее чувство оптимизма, – в очередной раз констатировала я. – Ты, кстати, что сказала Сашке?

– Всё и подробно, особенно о визитке. И он обещал к нашему приезду собрать максимально возможную информацию об этой фирме.

– А я не стала рассказывать обо всех подробностях по телефону.

– Ну ты даёшь, подруга, – возмутилась Ирка. – Совсем не жалеешь мужа, ведь сама прекрасно знаешь, что самое плохое – это неизвестность.

– Ты за него не волнуйся, – успокоила я её, хотя на душе от её слов стало весьма пакостно, – он сразу перезвонил нашей охране. Ира, как ты думаешь, покушения ещё будут?

– Пока мы их не остановим, думаю, что да, – нахмурившись, ответила Ирка. – И ещё: если, конечно, у меня не галлюцинации, то этот чёрный «Опель» с тонированными стёклами, который стоит за нами, я уже видела, когда мы ехали в поликлинику. Судя по поведению охранников, у меня точно не галлюцинация.

Я посмотрела вперёд: охранники напоминали две сжатые пружины. Стекло, разделяющее нас, стало медленно опускаться, и один из них, протиснувшись между передними сидениями, сел между нами.

– Пожалуйста, сядьте на пол, – спокойно произнёс он.

Мы уже были настолько вышколены, что, не дожидаясь повторения, быстро, с максимально возможными удобствами последовали совету, который скорее напоминал приказ.

– Накаркала, подруга, – возмущалась Ирка, стараясь, выкручивая свои ноги на высоченных каблуках, устроиться поудобнее.

– Сними туфли и не мучайся, – не выдержала я, – и не рычи. Это всё-таки Невский, так что ничего не будет… я надеюсь.

– Она надеется, – бурчала крёстная, послушно снимая туфли. – Сейчас полоснут очередью по стёклам, и мы, в виде «сита», будем доставлены не домой, а к дежурному патологоанатому.

– В этой машине стёкла пуленепробиваемые, – сказал охранник, стоя на коленях на заднем сидении и повернувшись к нам спиной. Он надел солнцезащитные очки и почти прилип носом к заднему стеклу.

– Слушай, а зачем ему очки? – удивилась Ирка. – Ведь на улице даже намёка нет на солнце.

– Оптика, наверняка с какими-нибудь прибамбасами, типа а ля Джеймс Бонд…

– Вы совершенно правы, – ответил охранник, опускаясь на сидение и одновременно обращаясь к водителю. – Всё в порядке, Володя, уходим.

Машина тихо вздрогнула и пошла, чувствительно набирая скорость.

Хорошо, что, сидя на полу, у меня не было возможности увидеть своими глазами, как мы «уходили». Судя по Иркиному выражению лица, она тоже считала свою позицию весьма выгодной.

– Что там? – спросила я, не выдержав.

– Всё спокойно, им с нами не тягаться, – почти не открывая рта, ответил охранник и, сняв очки, подвинулся. – Вы можете сесть на место.

Собравшись с духом и упершись руками, я поднялась на сидение широкого дивана, продолжая оставаться в полной готовности в любую минуту вновь оказаться на полу. Ирка действовала в унисон со мной. Переведя дыхание, мы увидели раскрытый бар и два пустых бокала.

– Вам что-нибудь налить? – вежливо поинтересовался охранник. – Хотя мы уже на Васильевском острове и через пять минут будем дома.

– Тогда тем более налить, – опередила меня крёстная, – виски, тридцать грамм.

Я хотела возразить, что это перебор, а потом, решив, что много лучше, чем мало, мужественно проглотила полагающиеся мне граммы. В конце концов, как там у Высоцкого: «Но нет – никто не гибнет зря, так – лучше, чем от водки и от простуд». Но Высоцкий Высоцким, а потребление алкоголя в таких количествах, и курение, надо бросать. В таком «лихом» виде мы и прибыли домой.

Георгий уже ждал нас в нашей любимой малой гостиной. Мы вошли вместе с Александром, столкнувшись с ним у входа. Он на ходу выслушал доклад охранника, задав лишь один вопрос:

– Номера машины?

– Уже проверены, фальшивые, – последовал короткий ответ, – фотографии будут готовы к вечеру.

Я никак не могла привыкнуть к способности этих охранников исчезать быстро и бесшумно. С таким удивлённым выражением лица и увидел меня Георгий.

– Что случилось? – обратился он ко мне. – Теперь ты можешь говорить?

– Да, могу, – и протянула ему визитную карточку фирмы «Кондратьев и Ко». – Она стоит пятьсот долларов.

– Тебе надо было сказать мне раньше, что ты занимаешься коллекционированием визиток, – произнёс он, внимательно рассматривая картонку с золотым тиснением. –