прошлого не пропитал вонью ей всю одежду сейчас. – Но люди там были серьезные, так что на сохранение я отдал это владелице ателье, старой знакомой.

Татум задумчиво прикусила губу. Картинка начала складываться.

– Ателье, которое мы разгромили, – с мерцающей в глазах догадкой проговорила она.

– Именно, – согласился Лев. – Послушай, Татум, это очень важно. – Он отбросил расслабленные ужимки и перехватил телефон двумя руками, сквозь изображение внимательно глядя на Дрейк. – Еще пять лет, три года назад это не имело значения и было просто подстраховкой, но теперь… – Мужчина качнул головой, и Татум все поняла: его чувство вины переложило ответственность на плечи других. Это всегда больно. – Они идут скоро в суд, и без этих доказательств Матвей потеряет если не все, то очень многое. По моей вине.

Дрейк понимала мужчину. Над ним висела гнетущая возможность краха его семьи, а замкнулось все на чертовой студентке. Лев этого не показывал. Но Тат знала, чувствовала: он был в отчаянии.

– И эти документы им нужны для того, чтобы..? – Нескольких пазлов все еще не хватало.

Лев откинулся в кресле, дернув уголком губ. Переложил телефон в правую руку. Татум заметила не заросший прокол в ухе мужчины. Панки хой?

– Ну, скажем так, – подбирая слова, причмокнул мужчина, – проблема в том, что я в свое время участвовал не в паршивом триллере, а во вполне себе прокатном варианте хоррора, – туманной аллегорией изъяснился он, Дрейк хмыкнула.

Очевидно, в свое время дело было не только в хищении. Неудивительно: многие бизнесмены проторили себе дорожку в лучший мир не лепестками роз и благотворительностью, а кровью. Просто кто-то успел отмыться, а кто-то, как Лев, – нет.

– Им эти сраные доки нужны как гарантия того, что те не всплывут за день до суда и за жопу их не укусят. – Он махнул рукой в воздухе. По дерзким выражениям Дрейк сделала вывод, что Лев не из тех, кто не успел отмыться: он не хотел этого. – Тогда все дело развалится, и они знают, что уж мы позаботимся, чтобы теперь они потеряли все.

Прозвучало зловеще. Тат несколько секунд переваривала услышанное и лишь задумчиво протянула:

– Понятно…

Лев снова подался вперед, крупным планом своего лица привлекая внимание девчонки.

– Ты знаешь, где документы, Дрейк?

Во вкрадчивом голосе мужчины звенела надежда. Тат непонимающе нахмурилась, на язык опустился самый волнующий ее вопрос:

– Почему вы думаете, что они у меня или у одного из Якудз? Почему они так думают? – Она тряхнула головой и покосилась на Сан Саныча.

Мужчина невербально внушал уважение, почему-то не хотелось упасть в его глазах. Но он будто не слышал – делал вид, конечно же – и сосредоточенно вел машину.

– Это я вас тогда нанял, – признался Лев. Дрейк замерла. – Хулиганство и разгром не заимели бы последствий, тем более это была не кража: про флешку мало кто знал.

Татум задушила зарождающуюся тревогу вперемешку со стыдом в зародыше – сосредоточилась на сути разговора.

– Знал кто-то еще?

– Мы с Павлом тогда вроде как близко общались, – сказал Лев, и Дрейк хохотнула.

– А думала, это я попала в цепи токсичной дружбы. – Она иронично усмехнулась.

Лев отзеркалил улыбку Дрейк.

– Не ты одна.

Пара секунд понадобилась для осмысления следующего вопроса.

– Почему Слава вцепился именно в меня?

– Личная неприязнь, может быть, не знаю. – Лев пожал плечами. Тат хмурилась, кусая щеку изнутри. – Возможно, подумал, что раз к Виктору ему не подобраться, то можно к тебе, за которой уже нет крыши, что вполне логично, – философски заключил мужчина, подтверждая ранние догадки Дрейк.

Тат вздохнула.

– Я не знала о целях погромов тогда. – Она поджала губы, понимая, что не сойдет на роль помощника в таком щекотливом вопросе. – Виктор ничего не нашел?

– Нет. – Лев безэмоционально мотнул головой. – Но после этого флешку не видел уже никто…

Свет клином, который сошелся на Дрейк, начал наконец проясняться. Она не была особенной и магнитом для проблем не была тоже – просто так сошлись обстоятельства.

Она оказалась в нужное время в нужном месте и в нужной компании. Прошедшие года и ее прерывание связей сделали свое дело: все стало таинственным. А Дрейк знала, что слухи и домыслы – самое опасное оружие. Которое в этот раз сработало против нее.

– Как вы узнали, что я вообще к этому причастна? – Тат с прищуром после паузы взглянула на мужчину.

Он нанимал Виктора – не ее. И вряд ли друг показывал портреты каждого из участников банды.

– Я пробивал окружение своего племянника, – извиняющимся тоном, но без раскаяния во взгляде пояснил Лев. – Когда вокруг крутятся такие деньги, нельзя перебдеть. – Он развел руками, и Тат согласно кивнула. Наверняка. – Ты хорошо шифровалась, – помолчав, произнес Лев будто бы одобрительно, – я не видел ни одной твоей фотки с тех времен. Думал, вы были просто одноклассниками. – Мужчина хмыкнул, будто не ожидал, что даже такой, как он, не сможет навести нужные справки. – Но Виктор упоминал об одной отбитой девчонке, креативного вдохновителя Якудз, которая мечтает о своей галерее. – Татум изумленно хрюкнула: вот же парня тогда задела эта тема! Да, она говорила об этом на каждом шагу, но неужели Вик настолько презирал ее стремления? Или завидовал? – А когда ты заговорила про Поллока… я сразу все понял. Интуиция. – Мужчина по-доброму усмехнулся. – И не прогадал.

– Поэтому установили за мной слежку, – с ноткой укоризненной иронии сказала Дрейк.

Лев рассмеялся.

– Крис упоминал, что Слава крутится вокруг вас. Я знал, что рано или поздно произойдет какая-то хрень. – Он дернул уголком губ.

Дрейк хохотнула.

– Как удачно люди рядом с вами упоминают что-то полезное. – Она слегка недоверчиво посмотрела на мужчину, но тот лишь пожал плечами.

– Доверие – главная инвестиция, – просто ответил он. – Это тебе совет от прожженного жизнью дядюшки Вертинского. – Мужчина хрипло прокашлялся, отыгрывая умудренного жизнью старика.

– Я запомню, – кивнула Тат. Задумчиво закусила губу, подняла на мужчину внимательный взгляд, припудренный претензией. – Вмешаться захотелось только сейчас?

– Раньше ты и сама прекрасно справлялась, – выгнув бровь, отбил подачу мужчина. – Тот удар в нос дружку Криса на парковке и то, как ты огрела Славу… это было прекрасно.

Лев одобрительно покачал головой. Татум невесело усмехнулась.

– Хоть кто-то оценил. – Упоминание Вертинского больно кольнуло сердце.

– У вас с ним все наладится. – Мужчина посмотрел на Дрейк вполне серьезно – не отмахивался от ее, казалось бы, несущественных проблем юных лет, а говорил, как думает. – Крис пока не знает, но в жизни есть вещи куда хуже, чем встречаться с организатором ОПГ. – Он беззлобно хохотнул, и Дрейк вздохнула.

Лев был в курсе абсолютно всего. Это пугало и восхищало одновременно.

– Еще одна золотая фраза от прожженного жизнью Вертинского… – протянула она и на несколько секунд замолчала, мысленно возвращаясь к сути разговора. Посмотрела растерянно. – Только у меня нет никаких документов. Мы ничего не выносили из кафешек или ателье. Ни денег, ни бумаг, ни флешек, ничего.

Все усилия Славы, Павла или Льва были напрасны: Тат на самом деле не могла никому из них помочь. Отчасти из-за этого она не сдалась под натиском мужчины в ресторане сегодня или в течение пары предыдущих месяцев под террором Святослава. Дрейк искренне не знала, о чем речь.

– Точно? – Мужчина удивленно нахмурился. – И почему?

– Точно. – Дрейк вздохнула, перевела взгляд на окно. На самом деле – в прошлое. – Потому что не хотели отягчать преступления, – пояснила она. – Я не хотела. И запретила это делать остальным.