Попятился вместе с девчонкой назад, взглядом держа на прицеле мужчин за столом. Когда они отошли метров на двадцать, он развернулся, взял Дрейк за руку и повел за собой к выходу, но Татум не сдвинулась с места, внимательно рассматривая незнакомца.

Это мог быть спектакль от Павла, чтобы она рассказала все, что знает, это мог быть кто угодно, поэтому Дрейк оттягивала свое спасение, увеличивая вероятность отхватить проблем от Павла. Но мужчина перед ней был спокоен – увидел, что девчонка упирается, и заглянул ей в глаза, сказав всего одно слово:

– Поллок.

Глава 16

Перчатки Венеры Милосской

Татум

Дрейк еле успела выхватить пальто из рук гардеробщика: мужчина, вытащивший ее из щекотливой ситуации с Павлом, уверенно тащил Тат за собой.

На последней ступеньке эскалатора она чуть не споткнулась, но мужчина не дал ей упасть. Нервозность и шок от прямых угроз рассеялись, только когда в лицо ударил промозглый декабрьский ветер.

Татум выдернула свою руку из ладони мужчины и требовательно посмотрела ему в глаза, плотно запахивая пальто.

Тот обернулся.

– Меня зовут Сан Саныч, – представился мужчина, будто это все объясняло. Дрейк со скепсисом скрестила руки на груди. Мужчина вздохнул. – Я от Льва. Все в порядке, поехали. – Он махнул за собой рукой, направляясь к машине, но Тат продолжала стоять на месте.

– Почему я должна вам верить? – спросила она, подозрительно выгнув бровь, на что Сан Саныч растерянно развел руками и удивленно уставился на Тат.

– Ты же слышала проверочное слово. Он сказал, ты поймешь.

– Да, хорошо. – Она мотнула головой и без повторного приглашения села в черный «мерседес».

Минутами ранее она лишь подсознательно уловила «проверочный код» под названием «Поллок». Сейчас понимала: это было похоже на правду. Льву Вертинскому, несмотря на его однозначность, она верила. А интуиция ее редко подводила.

– Ты молодец. – Мужчине на вид было лет пятьдесят, и у него был очень осмысленный взгляд. – Хм, я думал, расколешься, – сказал Сан Саныч, выруливая на Невский проспект.

– Что вообще происходит? – Татум опомнилась от стремительных переживаний и осознала, что в голове роем пчел жужжат миллионы вопросов. – Вы следили за мной по просьбе Льва? Что им было нужно? И прежде чем меня заткнуть, – она требовательно посмотрела на мужчину, – имейте в виду: я думаю, что имею право задавать такие вопросы, – уверенно заявила Дрейк.

Внимательно просканировала глазами мужчину, пристегнулась. В крайнем случае она может наброситься на руль и устроить аварию.

– А ты смелая, – буркнул в усы Сан Саныч.

Покосился на Тат, не отрывая внимания от дороги, оценочным взглядом прошелся по фигурке Дрейк. Татум нахмурилась. Мужчина говорил прямо, но и не без подтекста.

– А еще умею громко кричать и больно бить. – Она вскинула брови, уверенно глядя на ее сегодняшнего водителя, и скрестила руки на груди, без слов предупреждая, что это тоже не стоит сбрасывать со счетов.

– Ты права, я отвечу на твои вопросы. – Сан Саныч коротко улыбнулся, сворачивая на Садовую улицу.

Будто не хотел нагнетать обстановку сильнее.

Какое-то время ехали молча. Дрейк старалась быть безучастной, но краем глаза разглядывала мужчину и вдыхала приятный запах кожаного салона автомобиля. Это был комфортный четырехдверный «Е-класс» – не новый, машине было года три, судя по торпеде, но ухаживали за ней бережно, раз внутри все сияло чистотой и свежестью.

Дрейк засмотрелась в окно на Михайловский замок. Кто бы ее любил так, чтобы дворец перекрасить в цвет ее перчаток. Или кого бы любила так она… может, как минимум начать носить перчатки?

– Так что? – Татум оборвала комфортную тишину у въезда на Троицкий мост.

Опрометчиво ли было в ночь ехать с незнакомым мужчиной в неизвестное место? Абсолютно. Волновали ли ее совершенно другие вопросы? Да.

– Держи. – Сан Саныч вручил ей вынутый из кармана пиджака смартфон, нажал кнопку вызова.

Дрейк недоуменно нахмурилась, держа в руках телефон как гранату без чеки, но, увидев на экране знакомое лицо при принятом вызове, расслабилась.

– Татум? Привет. – Стреляющий насквозь взгляд Льва показался из-за все тех же затемненных, с синим отливом очков.

Татум вмиг растеряла все мысли.

– Здрасьте, – неловко пискнула она.

Мужчина посмотрел сквозь экран на девчонку внимательно.

– Ты в порядке?

Дрейк сглотнула, коротко мотнув головой. Нужно брать себя в руки. Она устало вздохнула.

– Насколько это возможно, когда ты попадаешь в паршивый голливудский триллер.

Лев хохотнул.

– Но-но, – недовольно цокнул он, – в паршивом я бы не снялся.

– И то верно. – Татум улыбнулась, чувствуя, как в диалоге и ее нутре постепенно растворяется напряжение. – Так что это было? – вернулась к теме разговора она. – И почему меня терроризируют… – Дрейк недовольно скривилась. – …«всякие», будто у меня есть какие-то сверхважные документы?

Она вопросительно подняла брови, вцепившись взглядом в изображение мужчины на экране. На Льве была черная рубашка, расстегнутая на первые три пуговицы, как у мачо-гангстера. Курчавые волосы были зализаны гелем назад, под руками на подлокотниках кресла проглядывалась тонкая вышивка в восточном стиле. Мужчина явно не из бункера звонил.

Лев вздохнул. Ситуация и взгляд Дрейк давали понять, что настала пора выкладывать карты на стол. На него смотрела королева жезлов.

– Если вкратце, я десять лет назад ввязался в непростую авантюру, а брат… – Татум про себя хмыкнула: семья Вертинского не отделалась от нее одним разговором. Или она от них. – Матвей мне помог: стал номинальным директором одной строительной компании. – Татум помнила свое удивление, когда Крис рассказал о непростом социальном и теперь уже законодательном статусе дяди, но не думала, что это коснется ее. – Компания ввязалась в незаконные махинации, – продолжил Лев, – если без подробностей, то хищение. – Дрейк показалось, что дядя Вертинского оправдывался перед ней незаконными денежными схемами, будто к более тяжким преступлениям был непричастен, мог бы не уточнять. И скорее всего, приукрашивал историю, но Дрейк внимательно слушала. – И все было бы тихо, но Пашка… Павел, – поправил себя он, – на которого работает Слава, начал наезжать на Матвея с целью отжать компанию, грубо говоря. Не он лично, – отмахнулся Лев на свои же слова, – он не самая крупная фигура там, но и не пешка. Короче, буду объяснять подробно – разговор затянется на час. Их аргументы – должность Матвея в той старой компании.

Лев замолчал, Татум задумалась. Мимо проносились огни домов, Сан Саныч ехал со средней скоростью потока, не спешил. Они как будто катались.

– Что тогда в документах? – Тат еле заметно улыбнулась, требуя от Льва ответов.

С ней туманные объяснения не пройдут. Лев довольно улыбнулся. Будто на меньшее и не рассчитывал. Это даже немного льстило.

– Доказательство его невиновности, – просто пожал плечами он. – Это не документы на самом деле, а флешка: эти долбаны, очевидно, не в курсе, что такие десять лет назад уже существовали. – Мужчина зашелся тихим, грудным смехом. – Не флешка даже, а малюсенькая карта памяти. Я еще тогда подсуетился и на всякий случай имена и договоры об операциях тех, кто действительно управлял компанией, сохранил. – Лев распрямил плечи, будто Дрейк должна была оценить его прозорливость. Оценила бы, если бы жидкий след его дерьма из