Выбора не было. Оставаться здесь означало лишь подтвердить их подозрения в ее невменяемости или неповиновении. Идти с ним — означало погрузиться еще глубже в этот кошмар, принять навязанную ей чужую личность, чужую жизнь, чужие проблемы. Но это был единственный путь вперед. Единственный шанс разобраться, что происходит. И, возможно, единственный шанс выжить.

Сглотнув комок в горле, Лина сделала первый шаг. Шаг в жизнь Каэлы Рин. Шаг в неизвестность Академии «Цитадель Кентавра».

Коридор за дверью оказался таким же стерильным и безликим, как и камера, из которой ее вывели. Длинный, прямой, освещенный тем же холодным синеватым светом панелей на потолке. Стены были гладкими, без окон и дверей, лишь изредка встречались такие же неприметные стыки, обозначающие входы в другие помещения. Воздух был прохладным, с тем же запахом озона и антисептиков. Под ногами — упругое, бесшумное покрытие. Тишина здесь была почти абсолютной, нарушаемая лишь легким гудением, исходящим, казалось, отовсюду, и тихим шелестом шагов ее сопровождающего.

Мужчина в серой униформе шел впереди, не оборачиваясь, его шаги были размеренными и уверенными. Лина следовала за ним, стараясь держаться на пару шагов позади. Ее собственная походка была неуверенной, ноги все еще дрожали от слабости и пережитого шока. Она оглядывалась по сторонам, пытаясь запомнить хоть какие-то детали, найти ориентиры, но все вокруг было пугающе однообразным. Монотонные коридоры с редкими развилками, уходящими в такие же безликие ответвления. Никаких указателей, никаких надписей на понятном ей языке — лишь изредка встречающиеся панели с незнакомыми символами, вспыхивающие зеленым или красным, когда они проходили мимо. Ощущение было такое, словно она попала внутрь гигантской микросхемы или футуристического муравейника, где каждый коридор и отсек были лишь частью огромного, непонятного механизма.

Она все еще не могла поверить в происходящее. Кадет Каэла Рин. Академия «Цитадель Кентавра». Идентификация подтверждена. Это звучало как бред сумасшедшего. Но мужчина перед ней, его уверенность, подкрепленная показаниями приборов, и сама эта высокотехнологичная, чуждая обстановка — все это было слишком реальным, чтобы быть галлюцинацией. Значит, она действительно невероятным образом похожа на эту пропавшую девушку? До такой степени, что даже генетические маркеры совпадают? Как такое возможно? Была ли она ее клоном? Потерянной сестрой-близнецом, о которой она никогда не знала? Или это что-то еще более странное и пугающее?

Академия… «Цитадель Кентавра». Название звучало грозно, милитаристски. Судя по униформе сопровождающего и общей атмосфере стерильной функциональности, это было не учебное заведение типа земных университетов. Скорее, военная база. Или тюрьма. Или и то, и другое сразу. И эта Каэла Рин… она была кадетом. Значит, училась здесь. А потом «несанкционированно исчезла». Почему? Сбежала? Была похищена? И теперь Лина, по чудовищной ошибке или иронии судьбы, заняла ее место. И ей придется отвечать за поступки незнакомой девушки с фиалковыми глазами?

Они шли довольно долго, минут десять или пятнадцать, сворачивая несколько раз. Лина уже совершенно потеряла ориентацию. Наконец, они подошли к широкой секции коридора, где стена слева от них оказалась не сплошной. Это было огромное, от пола до потолка, панорамное окно. Или, скорее, прозрачная панель, за которой открывался вид, от которого у Лины перехватило дыхание.

Они были в космосе.

За прозрачной преградой раскинулась бездонная чернота, усыпанная мириадами звезд. Они сияли не так, как на Земле — не мерцающие точки в туманной дымке атмосферы, а яркие, острые бриллианты разной величины и цвета — белые, голубые, желтые, красные — на бархате абсолютной пустоты. Они были так близко, так отчетливо, что казалось, можно протянуть руку и коснуться их. Космос был живым, глубоким, бесконечным и пугающе прекрасным.

Прямо перед ними, занимая почти все поле зрения, висела гигантская конструкция. Это было не похоже ни на один космический корабль или станцию, которые Лина видела в фильмах или на картинках. Огромное, сложное сооружение из темного металла, с множеством башен, шпилей, стыковочных узлов, антенн и защитных полей, слабо мерцающих голубоватым светом. Оно напоминало одновременно средневековую крепость и футуристический город, парящий в пустоте. От него исходила аура мощи, неприступности и какой-то древней, тяжелой тайны. Это и была «Цитадель Кентавра»? Не просто академия, а целая орбитальная крепость?

Вокруг Цитадели медленно двигались другие объекты — небольшие корабли, похожие на юрких насекомых, скользили между башнями; транспортные челноки стыковались с массивными шлюзами; где-то вдалеке виднелись огни других, более крупных кораблей. А еще дальше, на фоне звездного полотна, угадывались очертания планеты — огромный шар, частично освещенный далеким солнцем, с закручивающимися спиралями облаков над сине-зелеными континентами и океанами. Не Земля. Определенно не Земля.

Лина стояла, прижавшись лбом к прохладной поверхности прозрачной панели, забыв о сопровождающем, о боли, о страхе. Зрелище было настолько грандиозным, настолько нереальным и в то же время абсолютно реальным, что захватывало дух. Она, Лина, обычная девушка с пыльной, серой Земли, стоит на борту гигантской космической цитадели и смотрит на другую планету, на чужие звезды. Часть ее сознания все еще отказывалась верить, искала подвох, ожидала, что сейчас она проснется в своей убогой квартирке. Но другая часть… другая часть испытывала странную смесь ужаса и восторга. Она всегда мечтала о звездах, читала фантастику, смотрела фильмы. И вот она здесь. Не туристом, не исследователем. А пленницей, по ошибке принятой за другого человека. Ирония судьбы была поистине космического масштаба.

— Впечатляет, не так ли? — голос сопровождающего вырвал ее из ступора. Он стоял рядом, тоже глядя в окно, но без малейшего восхищения — скорее, с привычной отстраненностью. — Даже после всего, что случилось, вид Цитадели все еще способен… произвести эффект.

Лина медленно повернула к нему голову. Его бледные глаза смотрели на нее с тем же непроницаемым выражением. Он все еще видел в ней Каэлу Рин, кадета, вернувшегося после «инцидента».

— Где… где мы? — спросила она тихо, кивая на планету внизу. — Что это за система?

Мужчина перевел взгляд на планету.

— Система Проксимы Кентавра. Планета — Кентавр Прайм, административный центр сектора и место расположения основного кампуса Академии. Мы сейчас находимся на орбитальной станции «Цитадель», главном учебном, оборонительном и логистическом узле. Вашем доме, кадет Рин.

Его слова упали в тишину, тяжелые, как приговор. Ее дом. Эта холодная, гигантская крепость в чужой звездной системе. Лина снова посмотрела в окно, на звезды, на планету, на Цитадель. Ощущение нереальности смешивалось с острым, пронзительным чувством одиночества и пониманием того, насколько она далека от всего, что знала и любила. Она была здесь. Заперта в чужой жизни, в чужом мире. И пути назад, похоже, не было.