у тебя немного хрипловатый. Возможно, тебе стоит смазать голосовые связки лосьоном.

Я шагнула вперед.

— Нельзя мазать лосьоном голосовые связки, — сообщила я им. По их взглядам было ясно, что они это уже знали.

— Вы двое вернетесь на вечеринку? — спросил Боулдер Марко.

— Да, через минуту.

— Я скажу людям, что у вас был личный разговор, если они спросят.

— С пасибо.

Когда Александр Боулдер ушел, Марко повернул голову ко мне.

— Теперь ты понимаешь, почему быть женатым — это, черт возьми, такая большая разница?

Г лава 26

Пьяные воспоминания

Марко

Шелли отправилась спать около часа ночи, в то же время, что и большинство женщин с Родины.

Восемь женщин, которые когда-то были школьницами, были рады возможности поспать в своих старых кроватях. Перл и Шелли присоединились к ним, но заняли учительские комнаты.

Только одиннадцать из двенадцати мужчин, которые когда-то делили две комнаты в школе, были здесь, и большинство из них предпочли спать в палатках, которые они привезли из дома.

У Хантера была палатка, достаточно большая для нас обоих, и он предложил разделить ее со мной.

Я был в шоке от нападения Боулдера, но это не помешало мне не ложиться спать вместе с остальными мужчинами. Было три часа ночи, когда мы закончили пить и рассказывать преувеличенные истории о нашем пребывании в школе.

— Мне нужно отлить, — невнятно пробормотал Хантер и поднялся с бревна, на котором сидел у костра.

— Потом помоги мне подняться, я слишком устал, — поддразнил я его и рассмеялся собственной шутке.

Хантер ухмыльнулся и направился к линии деревьев.

— По крайней мере, постарайся идти по прямой, ты, пьяный ублюдок, — крикнул Тристан ему вслед.

Не говоря ни слова, Хантер оглянулся через плечо, прежде чем спустить штаны и поглазеть на Тристана и всех нас.

Неро, Шторм и Тристан встали, чтобы поприветствовать его в ответ, и мы все покатились со смеху.

Даже будучи пьяным, я понимал, что уровень наших шуток опустился до очень низкого уровня и что пора ложиться спать.

— Я заканчиваю, — сказал я и медленно поднялся.

— Да, пожалуй, нам стоит закрыть эту вечеринку, — согласился Тристан и снова натянул штаны. — Арчер пригрозил, что заставит нас всех бегать по утрам, как в старые добрые времена. — Он посмотрел в сторону большой бревенчатой хижины, где теперь жили Арчер и Кайя со своими детьми. — Бьюсь об заклад, именно поэтому он лег спать в полночь. Ну, знаете, чтобы завтра выглядеть бодро.

Медленно, как пьяный, я ткнул в них пальцем и икнул.

— Я все еще могу обогнать любого из вас, — последовало еще два ика. — Сначала мне просто нужно поспать часок.

— Договорились. — Тристан поднес браслет к глазам. — Сейчас семь минут четвертого. Мы можем поспать еще почти четыре часа. — Его слова были медленными и невнятными.

— Похоже на план. — Я кивнул Уильяму, который час назад заснул в своем кресле. — Что нам делать с Уилли?

Шторм подошел и, запрокинув Уильяму голову, слегка похлопал его по правой щеке.

— Иди спать, Уильям.

Не открывая глаз, Уильям оттолкнулся от рук Шторма и застонал.

— Просто дай ему поспать. Здесь не так уж холодно, с ним все будет в порядке. — проинструктировал Боулдер. — Если начнется дождь, он сам найдет дорогу в постель.

Остальные мужчины пожелали друг другу спокойной ночи, и Боулдер с Финном отправились в свои домики, в то время как остальные разбрелись по палаткам.

— Осторожно, — сказал я, когда Хантер, спотыкаясь, ввалился в палатку.

Он негромко рассмеялся.

— Я чертовски пьян.

— Да, я тоже.

— Как насчет того, чтобы завтра утром, когда проснемся, искупаться в озере? Держу пари, это нас быстро отрезвит, — предложил Хантер.

— Да, это хороший план. Очень хороший.

Как и я, Хантер был слишком высок, чтобы стоять в палатке во весь рост.

— Где, черт возьми, мои чистящие средства для зубов? — спросил он, роясь в своей сумке. — О, вот и они.

— Значит, теперь ты защитник Шелли, — спросил Хантер, когда наконец лег.

— Да. У нас будет общий ребенок. — Это вырвалось у меня без всякого фильтра.

Хантер рассмеялся.

— Сейчас ты спишь, мой друг. Не все женщины выходят замуж за своих защитников.

— Это не сон. — Я приподнялся на локте и сфокусировал затуманенное зрение. — Шелли действительно беременна моим ребенком.

Хантер разинул рот.

— Это правда?

— Да, по-настоящему.

Он сел.

— Подожди, я в замешательстве.

— Мы с Шелли начали заниматься сексом, и она забеременела.

— Но ты же не женат, — сказал он и потер подбородок.

— Пока нет. Но мы скоро поженимся, если я смогу ее убедить. Боулдер застал нас целующимися сегодня вечером и был близок к тому, чтобы убить меня за это.

— Черт. Это плохо. — Хантер подтянул колени к груди и оперся на них, подперев голову руками. — Подожди, я очень пьян, поэтому должен убедиться, что все понял правильно. Ты хочешь сказать, что собираешься стать отцом?

— Да. — Я кивнул головой с пьяным преувеличением. — Именно это я и хотел сказать.

— А Шелли Саммерс — мать?

— Да, сама Г ениальность.

— Господи Иисусе, поздравляю. — Он просиял. — Это, бл*дь, феноменально. Я так рад за тебя.

— С пасибо.

— Ты любишь ее?

Я расплылся в широкой улыбке.

— Ты даже не представляешь. Я так чертовски облажался, вот насколько я без ума от нее.

— И ты собираешься на ней жениться?

— Я бы уже женился, но Шелли не видит в этом смысла.

Выражение лица Хантера стало серьезным и более настороженным.

— Хм, это действительно похоже на то, что сказала бы мамаша.

— Хорошо, что она переехала в мою квартиру, и она говорит, что любит меня.

— Хмм. — Откинувшись на спину, Хантер уставился в потолок палатки. — Это может стать неприятным. На твоем месте я бы сошел с ума от ревности. Я имею в виду, что твоя женщина здесь среди одиноких мужчин, и они не знают, что она занята.

— Я схожу с ума.

— Как она может говорить, что любит тебя и не хочет выходить за тебя замуж?

— Потому что, несмотря на то, что она гений, иногда она не очень сообразительна.

Хантер кивнул.

— Вот почему я вообще держусь подальше от женщин. Они разбивают твое гребаное сердце.

— Кто разбил твое сердце?

— Это не имеет значения. Давай просто скажем, что ты не единственный, кому отказали в предложении руки и сердца.

— Ч то случилось?

— Я не хочу об этом говорить.

— Так вот почему ты так защищаешь Уиллоу? Потому что ты знаешь, каково это, когда твое сердце разбито? — я спросил.

Хантер снова вздохнул.

— Возможно. И еще потому, что я был бы никудышным