А вторым следствием стала выносливость, в разы превзошедшая то, что у меня было два года назад. Я был единственным в подразделении, считая даже Хвостикова, кто мог сражаться на протяжении всей волны в первых рядах без смены.

Миша за это время тоже остался на том же уровне. Третий Круг он взял когда-то форсированно, перед турниром, чтобы побить столетний рекорд, и дальше форсировать не стал. Копил вместо этого боевой опыт, и набрал его столько, что с морскими тварями справлялся даже чище меня. Гений есть гений.

В наших спаррингах он теперь выходил победителем почти в половине случаев, даже при том что мое пламя по-прежнему крошило его кристалл. Он научился беречь кристалл и не подставляться, и выигрывал каждый раз за счет сконцентрированной сверхмощной атаки, от которых было очень сложно увернуться.

Если же мне удавалось избежать атаки и перевести сражение в бой на выносливость, победа гарантированно ложилась мне в карман. Закончив по-быстрому с трофеями, я поспешил обратно в форпост.

С Наташей и Фаей мы уговорились встретиться у кузни. Ориентир был приметный, кузню на форпосте знали все, так что я не волновался, что девочки заблудятся.

Я пришел первым и встал у входа. Ппривычный жар толчками бил мне в лицо. За эти годы я провел тут столько часов, что жар этот стал мне едва ли не роднее моря. Поначалу меня гоняли просто как мальчика на побегушках, потом начали давать более дельные задания, потом и вовсе позволили самому кузнечить. Правда, только свой доспех либо заготовки.

Наташа и Фая подошли вместе, и я выпрямился.

Время шло к четырем пополудни. Я поднял голову, взглянув на небо. Погода была шикарная, ни единого облачка, не слишком жарко, ветерочек.

— Девочки, а давайте сходим… — слова уже начали срываться с губ, когда я понял, что звать туда стоило одну Наташу. — на пляж…

Глава 23

Я договорил фразу по инерции. Благо Фая поняла, в чем дело, раньше меня. Она глянула на нас обоих махнула рукой и легко сказала:

— Идите вдвоем. Я все равно думала сказать, что пойду в свою новую казарму, прилягу с дороги.

И ушла, не дав возразить. Собственно, я и не собирался.

Мы с Наташей пошли к гряде, откуда еще недавно выходили с Мишей. Я повел ее той же тропой, ведущей через расселины и пещеры в защищающем континент с севера кряже. Пробравшись через несколько сотен метров скал, мы вышли на тропу, что сбегала вниз, петляя между камней, и выводила на берег.

Когда спустились, Наташа остановилась, глядя прямо перед собой.

Песок тут был белый, чистейший, почти как соль, и под начавшим спускаться к горизонту солнцем он мягко светился. Небольшая бухта лежала подковой, гряда держала ее в тени и тишине, и вода накатывала на белизну с ленивым шорохом, прозрачная у берега до самого дна.

— Я никогда не видела такого, — тихо сказала Наташа.

— Мне это место показал знакомый, — сказал я. — Тут почти никого не бывает. Я прихожу сюда отдохнуть.

Мы прошли к воде, сели на песок и какое-то время молчали. Потом она заговорила, глядя на воду:

— Я не просто так напросилась сюда. Ты знаешь.

— Знаю.

— Меня готовили в Железные Сестры. Но подумав, я поняла, что больше не хочу занимать это место. И сказала об этом отцу и главе клана. Они поставили условие. — Она повернулась ко мне. — Чтобы избавиться от позиции Железной Сестры, я должна сделать карьеру в войсках, которая будет ценнее для рода, чем если бы заняла должность Железной Сестры. Для этого до конца службы я должна взять Четвертый Круг и стать командиром боевого подразделения.

Условие было выверенное.

Полноценным подразделением Мага Четвертого Круга командовать не поставят, тут минимум Пятый. Но был обходной путь.

Если кто-то из бойцов форпоста был особо инициативным, он мог собрать добровольцев и подать заявление Ольге на формирование тестовой группы. Состав: тридцать Вторых Кругов, шесть Третьих и один Четвертый, либо больше.

Если Ольга одобряла, к группе приставлялся куратор, который проверял их службу на протяжении года. Следил за тем, как они выполняют поставленные задачи, как тренируются, как развиваются. Если группа за год проходила все проверки, ее закрепляли в «тестовое боевое подразделение». И как только в нем набиралось достаточно людей нужного уровня, оно само собой выделялось в просто боевое подразделение.

Делалось так ради поддержки инициативности бойцов, а также чтобы капитаны действующих подразделений не относились к своим бойцам халатно и следили за качеством их службы, чтобы у тех не возникло желания уйти.

Так что путь у Наташи был. Сколотить группу, провести через тест, дорасти с ней до подразделения и встать над ним капитаном. Только сколотить такую группу было непросто.

Военных туда зазвать тяжело — они на бывших студентов смотрели как на мажоров. А выпускников постарше на расстоянии держала выслуга и отношение к новичкам как к салагам. К тому же формировать все это надо было загодя, не меньше чем за год до конца срока службы, что оставляло только четыре года на подбор. А это на самом деле не так уж и много.

— План сложный. Ты, похоже, на все сто решила уйти с позиции Железной Сестры, — произнес я в ответ больше своим мыслям.

Наташа долго смотрела на воду. Потом спросила тихо и с горечью, какой я в ней давно не слышал:

— А ты не хочешь, чтобы я уходила?

Вопрос повис между нами. И я понял разом, что снова сказал глупость.

Она воспротивилась желанию рода, заключила это пари. Приехала сюда через половину планеты. Она уже сделала все что могла, чтобы уйти от этих обязательств и быть со мной.

Я в эти два года тоже не сидел сложа руки. Однако, перебрав множество вариантов, не раз поговорив с Ольгой Петровной и даже проконсультировавшись в письмах с ректором столичной Академии, пришел к неутешительному выводу: я никак не могу повлиять на ситуацию Наташи из форпоста.

Как глава клана я имел тут немало привилегий и особенных возможностей. Но этот же статус, а также мои ситуации с Железными и Черной Костью буквально запирали меня со всеми ресурсами в этих стенах. Единственное, что я мог сделать, — это становиться сильнее и тянуть за собой клан, что делал почти без передышек последние двадцать пять месяцев.

И вот, мы встретились. Она приехала, встретила