и воинов. Они все в основном вьются у центра, ведь там кипит основная жизнь. Пока шел, он то и дело по пути видел знакомые лица и опускал голову. Он прекрасно понимал, что этого будет вполне достаточно, чтоб не привлекать к себе их внимания, ведь сам раньше был таким. Эти люди даже смотреть не хотят на таких, каким он стал сейчас. В их головы с детства вбито столько поганых мыслей, что избавиться от этих мыслей практически невозможно. И если бы не жалость к младенцу и выживание внизу, Вирий бы от них ничем не отличался. Они живут в своем мирке и даже не осознают, насколько хозяева поработили их мысли. Воспитали поколение за поколением так, что те и не хотят покидать этих мест, даже несмотря на то, что являются всего лишь бесправными прислужниками. И свободу своей души и тела с радостью обменивают на вещи. Начиная от самых бедных, заканчивая теми, кто служит напрямую домам. Все обложили себя вещами, которые ценят больше чувств и свободы.

Вирий ощутил неприязнь, когда ему навстречу попался еще один из его бывшего отряда. Тот, как Вирий и думал, даже толком не взглянул на него. Лишь мельком увидев его синюю кожу и потрепанную влажную одежду, брезгливо скривил губы и перешел на другую сторону дороги. Но Вирию это полностью было на руку. Ведь если все продолжится в том же ключе, он без труда преодолеет город. Впервые Вирий был действительно рад тому, что с его внешностью сделали нижние уровни. Да и на четвертом явно не ждут его возвращения. Ведь какой дурак, убив одного из главных господ и сбежав, станет возвращаться? Это чистой воды самоубийство. Поэтому им даже в голову не приходит, что Вирий просто может пройти мимо них, опустив голову.

Единственный, кто может помешать, — Лутас. Лишь бы он не успел. Но они сильно задержались из-за Флигия, скорее всего, сведя на нет помощь Тиси…

— А ну стой! — далеко за спиной послышался крик Лутаса.

Вирий на миг скривил губы, поняв, что план «А» выполнить не удастся. Поэтому нужно приступить к плану «Б». Он сорвался с места и, приметив высокую башню с колоколом, побежал к ней.

— Стой сказал! Ловите его! — закричал Лутас и вслед за ним раздались другие голоса.

Вирий открыл дверь и быстро побежал вверх. Преодолев спиральную лестницу, добежал до небольшой площадки с колоколом и достал кинжал. Сидящий там на стуле мужчина-звонарь охнул.

— Звони! — сказал Вирий. Тот кивнул и спешно выполнил его приказ. Раздался громкий колокольный звон. Вирий быстро вышел на небольшой балкончик, под которым уже скопились люди, ожидая новостей. Эта башня, как и многие другие по всему городу, была предназначена для оповещений разного характера. Начиная от важных и срочных новостей, заканчивая личными объявлениями продавцов, у которых появился новый товар. Последние, естественно, доплачивали звонарю за подобную услугу. Поэтому все с интересом и ожиданием замерли и притихли.

Он увидел, как к башне подбежал Лутас с другими чистильщиками из третьего дома, Вирий узнал каждого из них. Также увидел чистильщиков и стражников других домов, которые были настороже не меньше своих. Сердце Вирия звучно билось в груди. Он стоял, возвышаясь над ними и понимая, что ставит на кон собственную жизнь. Но теперь иначе выбраться он просто не сможет, ведь раз Лутас здесь, значит, третий дом уже оповещен о его прибытии. И они его точно поймают, а это значит, выход у него только один…

Он набрал воздуха в легкие и, оглядев всех, закричал:

— Я Вирий из третьего дома! Я тот, кто убил своего хозяина за то, что он приказал мне убить младенца, сына и наследника второго дома! И я намереваюсь попасть на третий уровень! Если желаете мне помочь в благодарность за услугу, помешайте тем, кто охотится за мной!

Он быстро зашел обратно и побежал вниз. Выскакивая из башни, проткнул кинжалом одного из стражников, уворачиваясь от его кинжала.

Возле башни раздались крики, и началось ожесточенное сражение. Стражники и воины стали биться друг с другом, желая настигнуть Вирия первыми. Вирий, отклонившись от ударов нескольких, рванул прочь, покидая это место.

— Убегает! Лови его!

— Не дайте им поймать его!

— Он нам нужен, не дайте остальным его словить!

— Бегите за ним, не позволяйте остальным достать его первыми!

Раздались крики прислужников всех четырех домов, превращаясь в гомон.

План сработал!

Теперь осталось бежать и уклоняться, надеяться на то, что их вражда и соперничество сработает ему на руку.

37. Хозяин

Вирий сменил курс и побежал обратно, в сторону центрального рынка, в то место, где народу было больше всего. Теперь окраина могла стать для него губительной, ведь здесь ему негде было скрыться. Позади слышались крики, и Вирий то и дело менял маршрут, петляя и пробегая сквозь арки и открытые навесы. Огибая горожан и телеги. Но крики позади становились всё громче и ближе. Он понял, что воины за эти годы лишь окрепли и, возможно, теперь ничем не уступали прежней силе самого Вирия. Но он, в отличие от них, стал намного слабее и слишком явно понял это. Особенно это касалось дыхания. Похоже, споры лишайника повлияли не только на цвет кожи. Пробежав несколько длинных улиц и уклоняясь от атак, он начал задыхаться. К горлу подступил кровавый привкус, и сердце будто уже билось на пределе. Нужно было срочно придумать что-то, иначе его поймают.

Только Вирий подумал об этом, ноги резко обвила веревка, и он рухнул на землю. Еле успел развернуться и разрезать ее кинжалом, как на него налетел один из своих.

— Ах ты поганая тварь! — разъяренно воскликнул он и сделал выпад. Вирий откатился и попытался встать, но тот был слишком ловок. Вновь направил на него кинжал, метясь Вирию строго в ноги, желая обездвижить. Вирий успел подставить свой кинжал, и сталь зазвенела.

Вирий даже уловить не успел, как тот вытащил откуда-то второй нож и резко резанул им бедро. Но благо Вирий успел немного отпрянуть, и порез был совсем неглубоким.

Боль словно отрезвила и дала новых сил. Он ясно вспомнил все приемы, каким их учили, включая этот. Мышцы напряглось, и включились рефлексы.

Вирий резко перехватил запястье воина и вывернул его. И со всей силы пнул бойца в грудь. Тот полетел назад и упал на спину. Вирий подобрал выроненный им нож, качнулся на спине и встал на ноги без рук. Увидел бегущего к нему Лутаса и остальных. Их было так