* * *

Ровно в полдень десяток казаков верхами, под предводительством самого Егора, стоял у дома генерал-губернатора, готовый в любой момент выдвинуться в указанную сторону. Своим бойцам парень объяснил задачу просто и понятно, ожидать можно всего чего угодно, а значит, они должны сделать всё, чтобы глава города остался живым. К удивлению Егора, секретарь губернатора был тут. Быстро выйдя на крыльцо дома, он окинул бойцов внимательным взглядом и, едва заметно улыбнувшись самому парню, снова вернулся в дом.

Спустя примерно полчаса слуги помогли генерал-губернатору спуститься к карете и усесться в салон. Едва завидев его, парень подал своим бойцам команду, и весь десяток, развернув коней, настороженно уставился во все стороны, держа оружие в руках. Карета выкатилась со двора, и казаки, взяв транспорт в коробочку, порысили рядом, продолжая отслеживать каждое движение на улицах. Инструктаж Егора даром не прошёл. Понятно, что это была пародия на настоящую охрану, но внешне всё выглядело весьма внушительно.

У дворца генерал-губернатора всё так же аккуратно высадили из кареты и повели внутрь. Казаки остались в сёдлах, продолжая отслеживать каждое движение вокруг, а сам Егор, быстро привязав коня к коновязи, встал так, чтобы оказаться точно за спиной охраняемого лица. Историю про выстрел в себя он помнил прекрасно. Левое плечо всё ещё толком не зажило. Уже в дверях, дождавшись, когда губернатор окажется в здании, он перевёл дух и, спустившись с крыльца, с усмешкой произнёс, глядя на своих бойцов:

– Ну, браты, полдела сделано. Теперь осталось его домой целым вернуть, и можно будет победу праздновать.

– Мыслишь, не унялись ещё те злодеи? – с сомнением уточнил десятник.

– Да там такое кубло змеиное, что одного поймаешь, а на его месте двое других появляются, – зло отмахнулся парень. – А жандармам-то надобно их не просто схватить, а чтобы ещё всякие доказательства их дел были, чтобы в суде показать. В общем, пока они разберутся, я состариться успею, – презрительно скривился он.

Часа через полтора на крыльце первым появился секретарь, и Егор, едва завидев знакомую фигуру, быстро взбежал к дверям, отлично понимая, что чиновник этот ничего просто так не делает. Механически улыбнувшись парню, секретарь распахнул дверь пошире, и генерал-губернатор, тяжело опираясь на костыли, вышел из здания. Парень тут же встал перед ним и, закрывая своим телом, медленно двинулся к лестнице.

– Думаете, Егор Матвеич, они станут устраивать стрельбу средь бела дня снова? – прокряхтел губернатор ему в спину. – Группу стрелков собрать так быстро не получится.

– В меня стрелял один, и не из револьвера, а из винтовки и с большого расстояния. А одному собраться гораздо проще, – негромко отозвался Егор, бросив быстрый взгляд через плечо.

– Тогда вы сильно рискуете, молодой человек. Это недопустимо, – тут же возмутился генерал. Как ни крути, а человеком он был смелым и до того, как стать чиновником, побывал в серьёзных переделках, служа в армии.

– Стрелку нужны вы, а не я, так что, закрывая вас, я почти не рискую. Только мешаю, – спокойно ответил парень, стараясь держаться так, чтобы чиновник был только на две ступени выше него.

Сам Егор, за счёт собственного роста, закрывал губернатора почти до самого его носа. Как так получилось и почему его новое тело приобрело габариты, которых прежде никогда не было, он и понятия не имел, но самому парню всё нравилось. В этой действительности он резко отличался от всех остальных, как внешностью, так и размерами. Не былинный богатырь, конечно, но и не стандартный задохлик. В прежней жизни средний рост иногда ему даже мешал.

Отбросив нахлынувшие воспоминания, Егор сосредоточился на деле, внимательно просеивая всех проходивших мимо дворца взглядом. Подкатившая к ресторану напротив карета вначале не привлекла его внимания, но, когда из остановившегося экипажа никто не вышел, парень насторожился. Благо его подопечный уже спустился с крыльца и теперь при помощи слуг усаживался в салон своей кареты. Неожиданно Егор испытал ощущение, от которого, по его собственному выражению, шерсть на загривке дыбом встала.

Тихо свистнув, он в пять шагов обошёл карету губернатора и встал перед дверцей, обращенной к площади. Но едва только он успел повернуться, как над площадью раздался выстрел. Тяжёлый удар отбросил парня на борт кареты, и он, медленно оседая, успел дважды спустить курок, всаживая пули в карету, из окна которой выплывали клубы порохового дыма. Кучер кареты взмахнул бичом, заставляя лошадей взять с места в галоп, но уйти от казаков было просто не реально.

Глядя, как его бойцы настигают криминальный транспорт, Егор улыбнулся и, упав на бок, прикрыл глаза. Навалились боль и апатия. Захотелось просто уснуть и больше никогда не просыпаться. Что было дальше, он просто не знал. Сознание отключилось. Очнулся он сразу, словно рывком. Открыв глаза, парень медленно осмотрелся и, убедившись, что находится в собственной спальне, мрачно усмехнулся: «Если это был сон, то очень реальный».

Потом, ощутив в груди тупую, ноющую боль, Егор осторожно подтянул к торсу левую руку и, нащупав повязку, добавил:

«Нет, не сон. Выходит, я и тут умудрился выжить? Блин, вот теперь про меня точно станут сочинять, что я кому-то душу за бессмертие продал. Интересно, а куда мне пилюлю загнали? Вроде в груди болит, но где именно, не поймёшь. Так, а почему сиделки нет? Если я дома, то она просто должна быть. Что называется, по статусу положено», – усмехнулся он про себя, медленно поворачивая голову в сторону двери.

Словно в ответ на его мысли, в комнату вошла молоденькая девушка в платье горничной и головном уборе сестры милосердия. Увидев, что он очнулся, девушка испуганно ойкнула.

– Кто вы, сударыня? – нашёл в себе силы прокаркать парень. – Вроде среди моих слуг вас прежде не было.

– Точно так, сударь. Меня сюда специально прислали. Я курсы сестёр милосердия закончила, – пролепетала девушка.

– Тогда будьте добры воды, – выдохнул Егор, понимая, что болтать она может долго, а пить хочется сейчас.

– Конечно, – засуетилась девица и, бросившись к столу, подхватила с него стакан.

Ловко напоив его, она почти профессионально провела внешний осмотр и, убедившись, что пациент скорее жив, чем мёртв, обрадованно улыбнулась:

– У вас удивительно сильный организм, сударь. После операции прошло всего пять дней, а вы уже пришли в себя и можете говорить.

– Выходит, я тут почти седмицу валяюсь? – удивлённо уточнил Егор.

– А как вы хотели? – возмутилась девушка. – Вам же из груди пулю вынули. Доктор сказал, что вам удивительно повезло и что вы в рубашке родились. От подобных ранений иных уже бы хоронили.

«Угу, в рубашке. Ещё