зрения. Она сказала, что фестиваль должен идти своим чередом, и дала нам подробные указания, как действовать дальше.

– Магазин останется закрытым до конца вечера, – объяснила она Хэлу, Флетчеру и мне. – Я надеюсь, что утром мы сможем открыть его вновь.

– Нам следует на всякий случай придумать запасной план? – спросила я, глядя на Хэла. – Первые подсказки все еще лежат в шкафу с секретом.

– Не вижу никаких проблем, – спокойно сказала доктор Колдуэлл. – Но мне понадобится сотрудник, который останется на месте, пока мы не завершим расследование.

Хэл подтолкнул нас с Флетчером к двери.

– Вы двое идите. Я останусь.

– Но вы же не можете пропустить эту убийственную вечеринку! – возмутился Флетчер. Поняв, что брякнул, он зажал рот рукой. – Простите, это ужасно грубо.

– Не стоит отменять мероприятия, – заверила доктор Колдуэлл. – Поднимать шумиху не в интересах моего расследования. А вот если вы продолжите фестиваль так, как было задумано, это пойдет на пользу и вам, и моей команде. Мы понимаем, насколько этот фестиваль важен для Редвуд-Гроува и всех вас, и я сделаю все возможное, чтобы работать быстро.

В этом я не сомневалась, но сил продолжать у меня не было. Погибла моя бывшая однокурсница. Было это связано со Скарлетт или нет, но я не могла избавиться от мыслей о ней. Сценарии один ужаснее другого проигрывались в голове. Что, если серийный убийца преследовал всех, кто со мной учился? Что, если это из-за меня? Что, если я следующая?

Подбородок задрожал. Внезапно мне очень захотелось вернуться домой, к Профессору Пламу, и попытаться осмыслить все, что сегодня произошло. Я все еще не могла смириться с мыслью, что Кайла была жестоко убита. Она вела себя нагло, но вместе с тем как-то… обеспокоенно. Что с ней происходило?

Хэл легонько подтолкнул меня, возвращая к настоящему.

– Идите, Энни. Вы с Флетчером должны взять это на себя. Я к вам присоединюсь, когда мы со всем этим разберемся.

– Энни, у вас есть мой телефон. Звоните в любое время. – Доктор Колдуэлл с пониманием посмотрела на меня.

Я кивнула и вслед за Флетчером побрела к выходу.

– Мне нужно переодеться, – сказала я Флетчеру, когда он открыл мне дверь, и заметила, что мои окровавленные руки неудержимо дрожат.

– Мне тоже. Я тебя подожду. – Он похлопал меня по плечу. – Все будет хорошо, Энни. Думаю, коктейльная вечеринка поможет тебе отвлечься. Поможет нам всем.

Я сглотнула ком в горле и пошла в ванную, чтобы вымыть руки и надеть черное платье, которое захватила с собой.

Вечеринка. Кайла погибла, а я иду на вечеринку.

Я уставилась в зеркало, брызнула себе водой в лицо, чтобы попытаться вернуться в реальность. Я была очень бледной, и веснушки выделялись еще резче. Пришлось несколько раз ущипнуть себя за щеки, чтобы они хоть немного подрумянились. Собрала волосы в хвост, чуть подкрасила губы блеском. Это лучшее, что я могла сделать. Если учитывать только что пережитое, то, что я оставалась в вертикальном положении, казалось большим успехом.

Глубоко вздохнув, я попыталась взять себя в руки. Конечности были словно налиты свинцом. У меня было чувство, что сегодня вечером меня будут бомбардировать вопросами об убийстве Кайлы, и я не была уверена, как на них ответить. Сымпровизирую, сказала я себе, в последний раз взглянув в зеркало. Для того, кто только что нашел труп, я выглядела не так уж плохо. Мне просто нужно было пережить чертову вечеринку. А потом я могла прийти домой и дать волю чувствам.

– Энни, выглядишь великолепно, – сказал Флетчер, застегивая плащ.

Он не упустил ни одной детали: на нем было пальто Ольстер с пелериной и манжетами и соответствующая кепка, он вставил в глаз монокль, а во рту держал трубку-калабаш. Мне удалось натянуть улыбку.

– Спасибо, ты тоже. Люди будут биться за право первыми сделать селфи с Шерлоком.

Он придержал для меня дверь и криво улыбнулся, зажав трубку в зубах.

– Игра началась, мой друг.

Вечерний воздух был теплым, солнце висело низко над горизонтом, заливая Редвуд-Гроув нежным персиковым сиянием. Было почти больно смотреть на этот мирный, спокойный городок – такой контраст в сравнении с тем, что я видела всего несколько часов назад! Казалось неправильным продолжать фестиваль, но, с другой стороны, доктор Колдуэлл права. Событие было важным для всего города, и гости уже собрались. Отправить их по домам – ничуть не лучше.

Я могла лишь надеяться, что новость об убийстве Кайлы не испортит фестиваль и не отпугнет покупателей. Наша цель заключалась в том, чтобы повысить продажи, а не закрыть магазин.

– Эта дама, детектив… она тебе не показалась странной? – спросил Флетчер, пропуская меня вперед.

– Странной? Почему? – Я сузила глаза.

Он откашлялся, пожал плечами.

– Ну, то есть… я хотел сказать, странно, что она оказалась твоим преподавателем. Удивительное совпадение, вот и все, что я имею в виду.

– Да. Это было так давно.

Мне не хотелось говорить ни о докторе Колдуэлл, ни о прошлом. На сегодня у меня осталась лишь одна миссия – пережить коктейльную вечеринку.

Флетчер, по всей видимости, это почувствовал, потому что обеспокоенно кивнул. Он держался, пока мы шли мимо «Оленьей головы», «Состояния души» и «Кофейных тайн», а потом все-таки спросил:

– У нее есть какие-то подозрения? Вы так долго говорили. – В его голосе звучала едва ли не зависть.

– Нет. Мне кажется, еще слишком рано. – Мой голос был бесцветным и скучающим.

– А мне кажется, не рано. – Он отбросил ногой камешек, лежавший на моем пути. – У меня уже есть теория насчет того, кто мог ее убить. Я пытался рассказать о ней офицеру, которая брала показания, но она не очень-то заинтересовалась, хотя я объяснил, что прочитал все работы сэра Артура Конана Дойля бесчисленное множество раз.

Я едва не рассмеялась, но вовремя опомнилась. Испытывать какие-то нормальные человеческие чувства, пусть даже всего одну секунду, было так прекрасно и в то же время так неправильно.

– Что-то мне подсказывает, что романы о Холмсе и Ватсоне в наши дни не слишком подходят в качестве пособия для расследования убийств.

– Эй, говори за себя. Современные методы расследования не идут ни в какое сравнение с дедуктивными навыками Шерлока. – Он вытащил из-под плаща увеличительное стекло и поднес к левому глазу.

– Что ж, тогда поведай мне свою теорию, Флетчер. Мы почти у отеля.

– Не спускай глаз с Кэролайн. – Флетчер отвел увеличительное стекло от глаза и вновь к нему поднес.

Я приподняла бровь.

– Ты про Кэролайн Майлз? Хозяйку «Арта и Фактов»?

– Именно. – Флетчер убрал увеличительное стекло обратно в карман и приподнял шляпу, глядя на компанию проходивших мимо гостей. – Ты знала, что она заходила в книжный магазин незадолго до того, как убили Кайлу?

Технически мы не знали, когда убили Кайлу, но я решила об этом пока не говорить.

– Нет. И когда же?

Я пропустила вперед компанию гостей в праздничных нарядах, выходивших из винного бара. По мере приближения к отелю их становилось все больше.

– Когда ты была в пабе. – Флетчер поправил кепку. – Она ворвалась в книжный магазин, требуя ответа, видел ли я Кайлу.

– Серьезно?

– Да. Это я и хотел донести до офицера, но она не стала слушать. Не понимаю почему. На свободе убийца. Можно подумать, им интереснее возиться с этим делом как можно дольше.

Он остановился, чтобы сфотографироваться с гостями. Я предложила помочь, и меня тут же буквально завалило телефонами.

– Почему Кэролайн искала Кайлу? – спросила я, когда фотосессия закончилась.

– Вот в этом-то и вопрос. – Флетчер поднес трубку к губам. – Она была в ярости. Просто вне себя от бешенства, и без конца повторяла, что Кайла уничтожит «Арт и Факты», а заодно и весь Редвуд-Гроув. Я в жизни ее такой не видел, и, признаться, она порядком меня напугала.

– Что?

Я остановилась на полпути. Хорошо, что в трубке Флетчера не было табака, потому что его лицо показалось мне очень бледным, а голос – нервным, как будто он выпил слишком много эспрессо.

– Что слышала. Она просто кипела от бешенства – лицо красное, пятнистое, я думал, у нее сейчас дым из ушей повалит.