– Чего? Призрак? – переспросил мужчина с покрасневшим лицом.

– Да вон, видите мост? О-от по ночам из-под него вылазит призрачная девица. Чуть зазеваешься – в речку утащит! – пояснил лавочник, махнув рукой в сторону.

Гость пригляделся: чуть поодаль в самом деле виднелся старый деревянный мост.

– Так что и товарищи мои, и простые зеваки боятся сюда ходить. Я сам-то расхрабрился, решил: сейчас как наварюсь! Но тут совсем ни души. Спасибо хоть, вы ко мне пожаловали, а то, признаться, жутковато мне, думал пораньше закрыться.

Лавочник зыркнул на гостя, намекая, что неплохо бы и расплатиться поскорее да честь знать, однако тот как будто не заметил:

– Какие еще призраки? Это только родители детишек пугают, чтоб не шлялись по ночам невесть где, а кто-то подслушал и раздул небылицу. Плотники нечисти не боятся!

Отсмеявшись, он прикончил бутылочку саке.

– Нет, почтенный, это не просто слухи! Говорят, целых трех человек, которые постоянно переходили тот мост, выловили ниже по реке. – Хозяин лавки дрогнул. – И в каком виде – сказать страшно! Одежка вся изорвана, а глаза прямо ух, выпучены! И как будто их кто-то всех когтями исцарапал… Не к ночи будь помянуты! – поспешно добавил он перепуганным голосом: река так журчала, что невольно верилось в страшный рассказ.

Плотник только фыркнул:

– Да напились они небось, упали с моста и потонули. А потом их протащило по каменистому дну, вот тебе и ссадины, и рваные одежки.

– Так-то оно так, но одна из утопленниц – дочка одного хатамото![34] Конечно, отбившаяся от рук: наверное, возвращалась после балагана и гулянки.

– Значит, тоже пьяная была.

– Вот уж не знаю! – срывающимся голосом возразил лавочник и поежился.

Зато гость не на шутку разошелся: со звоном поставил чашечку для саке на прилавок, закатал еще сильнее рукава и выпятил грудь колесом.

– Раз такое дело, я, великий Китидзи, сейчас же изгоню эту заразу! – И поплелся к мосту заплетающимся, но широким и решительным шагом.

Хозяин лапшичной пришел в ужас. Бросившись отговаривать гостя от безумства, он вцепился ему в локоть:

– П-почтенный, ну вы чего? Бросьте, помяните мое слово: добром это не кончится! А вдруг правда девица явится? В-вы хоть умеете призраков-то изгонять?

У бедняги так тряслись поджилки, что со стороны даже казалось, будто не он останавливает храбреца, а тот не дает ему упасть.

– Пусти, ты тяжелый! Я ей всё выскажу, чтобы убиралась с моста и не мешала честным людям. А не послушает – саму в речку спущу.

– Так она же призрак! Ваши отповеди на нее не подействуют! А в речку ее сбросить… Ох, спаси нас, будда Амида!

На глазах лавочника выступили слезы. Он бы отпустил буяна своей дорогой: хочет с призраком тягаться – пожалуйста! Да вот только он еще не расплатился. А ну как правда пополнит ряды утопленников? Потом от кошмаров не отделаешься!

– Хватит уже! Смотри!

Силой плотник обладал немалой и буквально тащил за собой тщедушного лавочника. Так они и дошли до моста и остановились. Раскрасневшийся храбрец прищурился, глядя перед собой, но никто и ничто во тьме перед ним не притаилось. Даже сверчки не стрекотали, только журчала вода и плескались волны.

– Ну, видал? Пусто! Значит, это все досужие бредни, и неча поднимать такой шум.

Мужчина расхохотался и посмотрел на лавочника с плохо скрываемым ехидством. Торговец же растерял все слова и словно разучился дышать, лишь впился глазами в середину моста. Он так дрожал, что даже плотнику от него немного передалось.

– П-почтенный! Т-там!..

Он поднял руку, которая едва слушалась.

– Чего?

Гость, уже насытившийся его трусостью по горло, проследил в указанном направлении. Вот тут-то душа у него в пятки и ушла. Перед ними невесть откуда появилась девушка. Она утопала во тьме и сама казалась размытой, точно тень. Незнакомка склонилась над перилами, не давая толком рассмотреть лицо. Что-то закапало, и плотник почувствовал, как разом развеялся хмель в голове.

На более пристальный взгляд одета она оказалась небрежно, да и кимоно расходилось по швам. С рукавов и растрепанных волос так и текло, будто незнакомка только что вылезла из воды.

– Ч-ч-что за бред!

Гость тут же попытался ретироваться, но что-то с силой потянуло его за руку, и он остановился как вкопанный. Это лавочник, трясущийся, как сломанная марионетка, повис на нем всем весом своего тела, не в силах отвести от девицы глаз.

– Слышь! Пусти!

– Н-ноги не…

Как бы плотник ни пытался стряхнуть с себя обузу, лавочник вцепился в него мертвой хваткой и в ужасе только крепче перехватывал его руку. Борьба ожесточилась.

– Пусти, кому сказал!

Наконец гость напрягся всем телом и сбросил торговца на землю, и тот завопил. Налитыми кровью глазами он смотрел куда-то за спину храбреца. По телу плотника прошел озноб, и он обернулся. Девушка, которая мгновение назад стояла на середине моста, оказалась прямо за ним, хотя с ее стороны не донеслось ни шороха.

– А-а-а-а-а! – сдавленно заорал мужчина и повалился рядом с лавочником.

Покачиваясь из стороны в сторону, девушка подошла к ним еще ближе. В звон капель вмешались ее неразборчивые всхлипы:

– Только не… Дай я… Только не… Дай я…

Пронизанный болью голос повторял одни и те же обрывки фраз.

Все мысли в голове выпивохи спутались, и он оцепенело уставился на плачущую девицу. Ее доселе невидимое лицо постепенно проступало из темноты. На нем жутким полумесяцем почти от уха до уха зияла улыбка, а в пустых глазницах клубилась непроглядная тьма. Среди спутанных волос, прямо на лбу, что-то чернело.

Девушка невнятно о чем-то умоляла и, все так же жутко улыбаясь, наклонилась. Лицо с чернотой на месте глаз медленно, но верно приближалось, и мужчине оставалось только с трепетом ловить ртом воздух и наблюдать за ней. Тело будто корнями приросло к земле и отказывалось повиноваться. Он не мог даже просто отвести от чудовища взгляд.

И вот засасывающая тьма пустых глазниц уже зависла перед самым носом. Плеск воды стих, и плотник отчетливо разобрал шепот:

– Дай я тебя убью.

Девушка улыбнулась еще шире и совсем было обхватила жертву, как вдруг… чвак – что-то хлюпнуло, будто клинок прорезал плоть, и тьма отпрянула. Демоница откинулась и взвыла, да так горестно, что голова начала раскалываться. Шатаясь, она отступила к середине моста.

Внезапно между ними вклинилась черная фигура. Мужчины не поняли, что произошло, и ошалело уставились в спину своего спасителя.

– Эх, а я-то гадаю, который мост нам нужен. Наконец-то нашлась! Заставила ты нас попотеть.

Изящная фигура в небрежных черных одеждах и с хвостом из длинных волос походила на