вспомнила паспорт, будущие главы, Тавена — насмешливого союзника, младшего брата Каэла. Но в нашей истории он еще не появился настоящим. И теперь его имя всплыло не как легкое спасение, а как очередная петля.

— Тавен был ребенком, — сказал Каэл.

Селена сжала губы.

— Клятву могли поставить на его крови без осознанного согласия. Как на запасной ветви. Если Каэл откажется от ложной формулы, остаток клятвы может перейти на младшую линию.

— Где он? — спросила королева.

Каэл резко повернулся к одному из стражников Рейвендаров у входа.

— Найти Тавена. Немедленно.

Стражник бросился наверх.

Источник снова забился неровно.

Черная точка начала пульсировать.

Арвен выругался:

— Если эта штука перейдет на брата, мы получим второго дракона с чужой цепью внутри.

Мирена, все еще на коленях, подняла голову.

— Эдмар говорил, что младший нужен как страховка.

Каэл посмотрел на нее.

— Когда?

— Много раз. Я думала, он о политике. Если ты не подчинишься, совет поддержит Тавена. Если ты выберешь неправильно, Тавен сохранит род. Если ты сорвешься…

— Хватит.

Но было поздно.

Все поняли.

Эдмар готовил не только Мирену как послушную избранницу. Он готовил Тавена как запасного дракона.

Королева сказала:

— Обряд не завершен. Черную клятву нужно удержать, пока Тавена не приведут.

— Чем? — спросил Арвен.

Селена посмотрела на меня и Каэла.

— Связью.

Каэл сразу сказал:

— Нет.

— Иначе она уйдет в младшую линию.

— Нет.

Селена жестко ответила:

— Это не завершение Грозового Сердца и не закрепление брака. Это временное удержание узла между названными, уже признанными Зерцалом.

— Чем это грозит Лиаре?

— Усилит дверь выбора. После очищения она откроется сразу.

Каэл побледнел.

Теперь я поняла его «нет».

Не из-за боли. Не из-за риска для него.

Если мы удержим узел, мой выбор наступит быстрее.

Не после отдыха, не после разговора, не после того, как я смогу понять, чего хочу.

Сразу.

Я посмотрела в источник.

Черная точка пульсировала, готовая сорваться в чужую кровь. Где-то наверху был Тавен, возможно, уже в руках людей Эдмара. Или ничего не знающий. Или сам под печатью.

— Что нужно делать? — спросила я.

Каэл резко повернулся:

— Лиара.

— Нет. Не спорьте сейчас.

— Ты не обязана.

— Знаю.

— Тогда…

— Но я выбираю удержать.

Слова были простыми.

И страшными.

Каэл смотрел на меня так, будто я сама подошла к краю и попросила не держать.

— Почему? — спросил он тихо.

Я могла бы сказать: потому что надо. Потому что Тавен невиновен. Потому что источник. Потому что город. Все это было правдой.

Но не всей.

— Потому что если я уйду, я хочу уйти не потому, что испугалась последнего узла. А если останусь — не потому, что нас всех загнали в угол. Я хочу хотя бы один выбор сделать не из паники.

Он закрыл глаза.

На секунду.

Потом протянул руку.

— Тогда вместе.

Я вложила ладонь в его.

Источник ударил светом.

Черная точка поднялась из чаши тонкой нитью и обвила наши соединенные руки. Боль была острой, но не грязной. Она не ломала волю, не давила, не заставляла. Она спрашивала, выдержим ли.

Каэл сжал мою руку.

Я ответила.

Селена читала формулу, Арвен что-то говорил королеве, Мирена сидела на полу и смотрела на нас с выражением, которого я не могла разобрать. Зависть? Горе? Освобождение? Возможно, все сразу.

Черная нить дрожала между нами.

И в этот миг передо мной открылась дверь.

Не в источнике.

Внутри.

Я увидела больничную палату. Серый утренний свет. Мое прежнее тело. На аппарате мигала тонкая зеленая линия. Рядом никого.

Потом — темная вода, где прежняя Лиара стояла, обнимая себя за плечи.

Потом — Грозовой Шпиль, Каэл рядом, Нара у лекарского покоя, Селена с книгой Велисс, Мирена на коленях, источник, который еще можно очистить.

Голос Зерцала произнес:

— Выбор приближается.

Черная нить в наших руках стала серебряной.

И где-то наверху раздался драконий рев.

Не Каэла.

Другой.

Моложе.

Больнее.

Каэл резко поднял голову.

— Тавен.

Источник дернулся, словно услышал имя.

Королева отдала приказ стражам, но я уже знала: мы не успели привести его спокойно.

Эдмар сделал последний ход.

Он привел запасного дракона к пробуждению.

Глава 16. Три дня до суда

Рев Тавена прошел по Нижнему источнику, как трещина по стеклу.

Чаша дрогнула, серебряный свет внутри резко потемнел по краям, и черная нить, которую мы с Каэлом удерживали между соединенными руками, дернулась к потолку. Не просто к звуку — к крови. К младшей линии Рейвендаров, которую Эдмар готовил как запасной замок на ту же самую цепь.

Каэл сжал мою руку так крепко, что стало больно.

— Держи, — сказал он.

Не приказал. Попросил коротко, потому что иначе сорвалось бы в крик.

Я держала.

Серебряная нить на моем запястье горела, черный узел рвался, пытаясь уйти вверх, туда, где ревел второй дракон, и весь мир на миг сузился до наших рук. Если отпущу — клятва уйдет в Тавена. Если удержу слишком крепко — дверь выбора откроется сейчас, посреди недоочищенного источника, и меня может вырвать из этого мира до того, как мы закончим.

Арвен понял это одновременно со мной.

— Не усиливать связь! — крикнул он. — Удерживать на границе, не тянуть на себя!

— Как? — выдохнула я сквозь зубы.

— Представьте, что держите бешеную собаку за поводок, но не обнимаете ее!

Даже в такой момент хотелось сказать, что у лекаря удивительный дар к образам. Но черная нить снова дернулась, и слова исчезли.

Каэл повернул голову к королеве:

— Мне нужно наверх.

— Если вы отпустите узел, он уйдет в Тавена, — сказала Селена.

— Если я останусь, Эдмар убьет его или поставит клятву полностью.

Королева Элисанна уже отдавала приказ белым стражницам:

— Верхние лестницы перекрыть. Эдмара проверить. Никого из его людей не подпускать к младшему князю.

Одна из стражниц сорвалась с места, но новый рев ударил сверху так сильно, что по стенам Нижнего источника посыпалась пыль. В гуле послышался не только голос дракона. Там была боль. Дикая, молодая, взбешенная. Тавен не управлял обращением. Его дергали, как дернули когда-то меня печатями. Только вместо памяти — грозовую кровь.

Мирена, все еще стоявшая на коленях у внешнего круга, побледнела.

— Его привели в Зал бурь.

Все повернулись к ней.

— Откуда знаете? — спросила королева.

— Там совет проводил скрытые проверки младшей линии. Эдмар говорил, что зал пустует после смерти Эйры. Это ложь. Там стоят старые грозовые цепи.

Каэл стал страшно неподвижным.

— Ты знала?

Мирена подняла на него глаза, и в них вспыхнула злость, но уже не прежняя — не против меня, не за свое место,