злодейскую сущность Айлы, а подполье, по сути, было одним из столпов зла, чем-то вроде финального босса.

Почему же именно эти персонажи сообразили, что такое временная петля?

«Ничего не понимаю».

Цель в том, чтобы все злодеи мира собрались вокруг меня? Поскольку Айла – главная антагонистка в романе, цикл как бы кричит: «Эй, все злодеи, сюда, сюда!»

Пока я внутренне возмущалась, Василий, который уже какое-то время нервно сновал вокруг, как щенок, у которого зудели задние лапы, спросил:

– Ты тоже колдунья?

– Нет.

– Тогда кто вообще?

Просто на меня не действует магия. Но если начну объяснять про «божественную энергию» и прочее, поймет ли он хоть что-нибудь?

Вместо десятка слов я молча протянула ему правую ладонь. Василий на миг удивленно дернулся, а потом положил свою дрожащую руку поверх моей.

– Правда совсем ничего не чувствуешь?

– Ага, совсем.

Василий дернул пальцами, потом медленно переплел их с моими и крепко сжал. Хоть он и молод, но все-таки парень, поэтому его большая ладонь легко накрыла мою.

«Это у тебя рука или наждачная бумага».

На самом деле я удивилась по другой причине. Его шершавые до безобразия руки не вязались с изящным, красивым лицом. Они слишком откровенно свидетельствовали о том, как он жил и чем занимался до сих пор… Вся его жизнь была в них будто выгравирована.

– Теплая…

Он пробормотал это так, словно впервые в жизни ощутил чужое тепло. Золотые глаза, дрожащие вместе с растерянным взглядом, сияли, наполненные искренним восхищением.

– Мягкая. Кажется, вот-вот сломается.

Это потому, что ты вообще не контролируешь силу и жмешь так, будто собираешься мне кисть раскрошить, сопляк. Если бы у меня не было божественной силы, пальцы уже захрустели бы.

Я как раз открыла рот, чтобы сказать что-нибудь по этому поводу. Но Киллиан вдруг разом разжал наши сцепленные руки и самым ласковым тоном на свете поинтересовался:

– Руку снова отрезать?

– …

До чего мило.

Я тихонько высвободила кисть. Казалось, что он злится из-за того, что Василий причинил мне боль, но вообще все выглядело так, будто его куда больше раздражало, что он держал меня за руку.

По правде говоря, это был не первый и не второй раз, когда Киллиан вел себя подобным образом. Прежде, когда я не могла представить, что он испытывает ко мне чувства, я была озадачена его поведением, но теперь все встало на свои места.

Василий несколько раз сжал и разжал руку, а потом вдруг в упор, почти с давлением, уставился мне в глаза и спросил:

– Я слышал, что Айлу все называют ведьмой. Поэтому на тебя не действуют несчастья?

Ну да, репутация у меня так себе, хотя при его уровне социальных навыков я вообще не понимаю, как он обо мне узнал.

Впрочем, я махнула рукой на то, что он так запросто обращается ко мне по имени. У него не было даже элементарных представлений о том, как общаться с людьми.

– Считай, что так.

– Можно я обниму тебя?

Ох, грядет что-то страшное.

Услышав это, Киллиан скривил губы, словно вытащил из тела лезвие.

– Уверен, что выдержишь последствия?

Видимо, его интересовало, не хочет ли он попрощаться с чем-нибудь еще. К сожалению, у Василия чувство самосохранения отсутствовало напрочь, и он совсем ничего не понял, хлопая ресницами.

Язык у меня так и чесался.

– Неужели ревнуешь к ребенку?

Разумеется, обнимать Василия я не собиралась ни при каких обстоятельствах, но удержаться от подкола в такой момент не смогла. Тем более первым его назвал «ребенком» именно Киллиан.

– С чего бы?

Неожиданное отрицание.

– Послушаем, до чего договоришься.

Похоже, за поддразнивание расплачиваться придется мне. От этой слишком идеальной, почти неестественной улыбки у меня возникло стойкое чувство, что получу такое, с чем уже не справлюсь.

Решила, что не буду больше нарываться, я спешно перевела разговор:

– Итак, что будем делать?

Я кивнула в сторону мальчишки, который все еще пристально разглядывал свою ладонь. Киллиан – король колдунов, и решать судьбу Василия логичнее ему, а не мне.

Киллиан схватил мальчишку за шкирку и приподнял одним рывком.

– Отправим в Ротуло.

– А?

Василий затаился, как дикий олень, которого только что выследил охотник посреди луга. Слово «отправим» так напугало его, что дыхание перешло в частое, прерывистое сопение.

– Похоже, он очень плохо воспитан и ему придется нелегко. Перед отправкой не мешало бы дать ему урок хороших манер.

– Значит, сперва придется забрать его в особняк. Поскорее сообщим Аслану.

– Ч-что? Что вообще здесь происходит?

Василий вытаращил глаза и только потом принялся дергать руками и ногами. Но когда тебя уже крепко держат, вырваться абсолютно невозможно.

– Не хочу! Я должен вернуться к Линде!

Отлично, мы его, значит, спасаем, а в итоге выглядим как похитители. Я вздохнула и вместо не слишком разговорчивого Киллиана спокойно объяснила Василию:

– Немного поживешь с нами, а потом тебя отправят в королевство, где живут колдуны.

– Н-не ври. Не может быть королевства для колдунов, которые всю жизнь несчастны и вынуждены прятаться.

Бедный Василий, похоже, он искренне верил, что такого сказочного места просто не существует. Но как бы ты ни упорствовал, что его нет, мужчина, который держит тебя за шкирку, и есть его король.

– С чего мне тебя обманывать? Думаешь, в мире только вы с Киллианом колдуны? Где есть свет, должна быть и темная сторона. Если колдуны вымрут, храм мигом развалится.

– Я… впервые об этом слышу…

– Значит, от тебя специально это скрыли.

– Линда?.. Но почему?..

Спрашивать об этом у меня было бессмысленно, я ведь не читаю чужие мысли… Хотя я и так примерно догадываюсь, зачем с ним так поступили.

– Чтобы ты не сбежал. Он промыл тебе мозги, чтобы ты думал, что тебе некуда идти, кроме как остаться с ним.

– …

Василий крепко сжал губы, а потом еле слышно пробормотал, что такого не может быть.

Скорее всего, его с совсем малого возраста постоянно тиранили. Неудивительно, что он привязался к своему мучителю и отождествил с ним все свое достоинство.

Если я сейчас начну объяснять, что вовсе не банда подпольного мира должна была вырастить его вместе с другими колдунами в Ротуло, а его попросту похитили, – это ни к чему не приведет. Поэтому я задала более простой вопрос:

– Зачем тебе туда возвращаться?

– Не знаю. Просто… это мое место…

– Думаешь, если вернешься и скажешь, что упустил меня прямо из-под носа, Линда погладит тебя по голове?

На секундочку, хозяин подпольного мира. Он не станет держать у себя пса, который не справился с задачей. После моих слов