Отчаяние было черным и горьким.

Какого хрена, Луиза?!

Глава двадцать вторая

– Я боюсь, – тоненько произнесла Джилл и сжала руку Луизы.

Ломиться в главный церковный вход они не собирались: это могло быть опасно, хоть и не было никакой уверенности, что секта собирается именно в церкви. С другой стороны… разве могло быть менее подозрительное место, чем Божий дом?

Церковь казалась пустой, но в ее силуэте чудилось что-то зловещее. Луиза сжала губы.

Там Шейн. Она была в этом уверена. И, если верить Джилл, он в опасности. Рядом с опасностью, что грозила ему, меркло все.

– Я тоже боюсь, – ответила девушка.

Было страшно. Так, что холодный пот выступал на позвонках, стекал по линии позвоночника к пояснице, проскальзывал за резинку белья. Руки, несмотря на липкую летнюю жару, покрылись мелкими мурашками.

Луиза сглотнула вязкую слюну.

Если бы девушка могла обратиться к кому-то за помощью, она бы обратилась. Но единственный человек, которому она доверяла, был там, внутри. Возможно, и бросивший их старина Джек тоже был там и необязательно – живым.

Ей хотелось развернуться и гнать до самого Аллайанса, как они планировали. Но кто поможет Шейну?

«Не дури, чем ты вообще сможешь ему помочь? Нужно было вызвать полицию!»

Только вот ее вызов направят шерифу Гудману и его помощникам, а они могли быть замешаны в этой секте, о которой говорили Шейн и старый Джек. В Хаммерфорде никому нельзя было верить.

А значит, и Джилл везти домой было опасно. Оставалось надеяться, что в машине она сможет спрятаться и ее не найдут.

– Сиди в машине, – тихо произнесла она. – Не вздумай выходить! Они только этого и ждут. Я скоро вернусь.

Луиза знала, что не стоит давать обещания, которые, возможно, не сможет выполнить. Но Джилл ждала от нее именно этих слов.

Оставив сестренку в машине, она прокралась к заднему входу в церковь. Все вокруг будто замерло, поражаясь их наглости. Красться в дом Господа, будто она вор! Только вот Луиза предполагала, что Бог давненько в этот забытый уголок не заглядывал.

«Пусть она будет открыта!» – мысленно взмолилась Луиза, осторожно касаясь ладонью дверной ручки.

И пусть там никого не будет и не придется убегать и прятаться.

Просить убежища хоть у кого-то в этом городе было опасно. Хоть старый Джек и говорил, что лишь семьи основателей Хаммерфорда участвуют в этом жутком культе, но это вовсе не означало, что остальные ничего не знали.

Ей повезло. Дверь приоткрылась, издав скрип, и Луиза невольно замерла. Ткань платья на спине взмокла и прилипла к коже.

Что, если их ждут?.. Что, если кто-нибудь был внутри, совсем рядом, и услышал скрип этой двери?

Но никто не выскочил, чтобы втащить ее внутрь. Никого там вообще не было, и Луиза проскользнула внутрь церковных помещений.

Служебные помещения церкви пустовали, однако в них повис густой запах крови. Взглянув вниз, Луиза ощутила, как ужин рванул к ее горлу горькой тошнотой.

Тело старика Джека лежало почти у нее под ногами. Грудную клетку будто разворотило изнутри. Луиза крепко зажала рот ладонью, сдерживая рвущийся наружу вскрик. Нельзя было привлекать внимание. Но ужас стиснул ей горло, мешая дышать, и она зажмурилась на мгновение, считая про себя до десяти.

Не кричать.

Не кричать…

Господи, его ребра торчат наружу!

Не кричать. Она не должна кричать, иначе ее обнаружат, но, Боже, как страшно…

В животе свело спазмом, и ей стоило больших усилий сдержаться и не выблевать все, что было у нее в желудке.

Дышать. Дышать.

Один. Два…

Почувствовав, что она может дышать, Луиза вновь открыла глаза. Запах крови окружал ее, как липкое, приторно-сладкое и вонючее облако. Но она должна была справиться. Не паниковать. Для этого еще будет время.

Откуда-то из общих помещений для прихожан раздались голоса.

Стараясь не глядеть на труп, Луиза прокралась поближе.

Говорил мистер Тейт. Его спокойный, чуть насмешливый и покровительственный тон узнавался с ходу. Прислушавшись, она уловила только финал его речи.

– …его до сих пор нужно кормить и смазывать защитные символы кровью, иначе Хаммерфорду не видать благополучия. Неужели тебя не волнует судьба родного города?

– И кто же защитит вас, если вы так верите в эту сраную магию символов? – голос Шейна Луиза тоже узнала, и ее сердце сжалось в ужасе, а руки похолодели. Значит, Джилл не ошиблась… Он был там. И мужчина был в опасности. – Вам не страшно?

Луиза пыталась дышать ртом и не позволять панике, смешавшейся с ужасом и запахом крови, завладеть ею. Шейн был там, но что она могла сделать, чем помочь? Вокруг не было ничего, что сошло бы за оружие, а их там слишком много, и…

Она должна будет действовать по ситуации.

Сделав шаг назад, Луиза снова едва не споткнулась о старого Джека. Зажмурилась, глубоко вдохнув через рот.

«Простите меня, – подумала она покаянно. – Вы не должны были мне помогать и, быть может, остались бы живы…»

Еще шаг, назад, в темноту. Может, у пастора есть хоть что-то, способное сойти за оружие?

Кто-то там, в основном церковном помещении, повысил голос.

– …хранитель должен получить свою жертву.

Мистер Тейт.

Боже, они действительно в это… верили?

Луиза инстинктивно шагнула назад, вглубь служебных помещений. Паника разрасталась в груди, словно плесень, мешая дышать. Она должна была найти хоть что-то… для защиты или чтобы спасти Шейна… хоть что-то. Но в полутьме она мало что могла разглядеть.

Шаги приближались. Людей было несколько. Достаточно много, быть может, с десяток, и их шаги гулко отдавались в ушах и в голове.

Из укрытия было видно только их спины. По шевелюре Луиза узнала Тома Тейта. В руках у него был обрез, и его ствол упирался в плечо Шейну.

Господи…

– Он не может выйти оттуда. Но ты можешь войти туда, – произнес мистер Тейт.

Луиза поняла: они хотят убить Шейна прямо сейчас. В панике начала озираться – ну хоть какое-нибудь оружие, хоть что-нибудь, иначе она кинется на них голыми руками, вдруг удастся застать врасплох Тома, отнять обрез?! – и тут кто-то схватил девушку сзади, ладонью зажал рот.

– Надо же… – прошипели ей в ухо. – У него сегодня будет пир…

Задергавшись, Луиза попыталась освободиться – ей даже удалось засветить локтем в живот нападавшему, но он был сильнее – сдавил ее так, что перехватило дыхание и затрещали ребра. Толкнул в спину, выпихивая ее прямо на свет.

– Эй, я тут кое-кого встретил!

Их было не так уж много, и все – члены