Развилка.

Два хода — оба одинаково мрачные.

Куда идти, не ясно. Решил следовать правилу «всегда направо» — в случае чего всегда смогу найти дорогу назад. Повернул сначала раз, потом другой.

Внезапно раздался грохот. На стенах вспыхнули руны. Я моментально прикрылся Покровом Жизни.

Огляделся.

Никто не спешил атаковать. Стены с грохотом сместились, пересеклись, изменив конфигурацию лабиринта. Правило «всегда направо» подвело.

— О-о-о, молодой человек, вы огорчены? — раздался ехидный голос. — Вы решили всегда выбирать правый коридор, думая, что это поможет вернуться. Интересно. В прошлый раз так сделал очень умный человек. Он умер вторым. — в голосе сквозили странные интонации… нотки безумия.

Я огляделся. Никого.

— Не переживайте. Меня здесь нет. Тем не менее я наблюдаю за вами. — успокоил меня голос.

— Кто вы?

— Сложный вопрос. Но отвечу, если вы ответите мне. Готовы слушать мой вопрос?

— Задавайте, — кивнул я.

— И вы даже не спросите, что будет, если ответите неверно? — удивился голос.

— А что будет?

— Узнаете. Если решите не отвечать — это тоже неверный ответ.

Лабиринт вздрогнул, повернулся снова. Передо мной — три двери.

— Вопрос: за одной дверь — свобода. Две другие — ловушки. Каждая подписана. Подписи не всегда правдивы. Скажи, какая дверь ведет к свободе?

На дверях появились надписи:

1. «Эта дверь ведет к свободе».

2. «Эта дверь ведет в ловушку».

3. «Эта дверь ведет в ловушку».

— Только одна подпись верна. Две другие — ложь.

— Просто шикарно, — ответил я, немного подумав. — А ничего, что задача не имеет одного решения?

— Что вы имеете в виду? — сделано удивился голос.

— Ну, под правильный ответ одинаково подходят как вторая, так и третья двери.

— Ничего не знаю. Вам минута, чтобы выбрать дверь. — в голосе сквозило раздражение.

Так, может, я чего-то не понимаю, но логика тут простая. Предположим, первая дверь ведет к свободе, и на ней написана истина. Тогда на двух других дверях написана ложь, и они тоже должны вести к свободе. А это противоречит условиям.

Если взять вторую дверь и предположить, что на ней написана ложь, и на самом деле она ведет к свободе, то первая дверь тоже ложь — там ловушка. Тогда третья дверь остается истинной и там тоже ловушка. Все совпадает. И, казалось бы, вторая дверь — правильный ответ. Но проблема в том, что все это подходит и к третьей двери!

Я колебался.

Подошел к дверям ближе. Внимательно осмотрел надписи. Что это? Что за обман⁈ С надписью что-то не так. Она нарисована поверх другой! Я призвал заклятие снятия чар, но надписи не изменились.

Ладно, поступим проще. Потер надпись на второй двери рукавом, и она превратилась из «Эта дверь ведет в ловушку» в «Эта дверь ведет к свободе».

Теперь двери выглядели так:

1. «Эта дверь ведет к свободе».

2. «Эта дверь ведет к свободе».

3. «Эта дверь ведет в ловушку».

— Ну что, стало тебе легче? — ехидно осведомился голос.

— Теперь вообще правильного ответа нет, — покачал головой я. — Нелепые загадки у вас тут.

— Хорошо, — обиделся голос. — Тогда так.

Надписи на дверях поплыли, изменились.

1. «За этой дверью пожар».

2. «За этой дверью ядовитый туман».

3. «За этой дверью неуязвимый к магии немейксий лев со шкурой прочнее металла, не евший год».

В руке у меня сам собой появился кувшин с водой.

— Выбирай, куда пойдешь, чтобы выжить?

Я, не долго думая, направился к двери со львом.

— Эй, постой! Он тебя убьет! — голос сзади взволнованно затараторил. — Неуязвим к магии! Оружия нет!

Его паника еще больше убедила меня в правоте.

Рывком распахнул дверь. На земле — труп льва, воняет, издох.

— Он же год не ел, — усмехнулся я. — Вряд ли мог выжить.

— Молодец, справился, — согласился голос.

— Ты обещал ответить на мой вопрос, — напомнил я. — Кто ты?

— Я не знаю, — огорошил меня голос. — Вернее, «не помню».

— В каком смысле «не помню»?

Голос промолчал. Передо мной опять было несколько ходов. Хмыкнув, я снова выбрал правый.

Следующий ход — и я выскочил на одного из группы Мальцевой. Скворецкий… или Зарецкий? Как-то так. Парень только успел пискнуть, когда я, взломав хлипкий воздушный щит, пришпилил его выросшим в руке шипом к стене лабиринта, как булавкой бабочку. Миг и тело исчезло. Только на полу лежали ножны, в которые был вложен длинный узкий клинок. Хоть какое-то оружие. Я покрутил меч в руке, привыкая к балансу. Добротное.

Опять грохот. Стены вновь сместились.

Глава 18

Зеркальный страж

— А теперь, небольшой сюрприз для всех гостей лабиринта. — торжественно объявил голос.

Так… Что-то происходит… Чужое воздействие! Я попытался закрыться. Тщетно. Невидимый маг легко обошёл мои потуги и наложил какое-то заклятие. Интересно, какое? Прислонившись к стенке, прикрыл глаза. Нырнул внутрь себя. Диагностическим взором осмотрел организм. Энергоструктуру. Вроде всё чисто, ничего постороннего.

Я сделал шаг, и шум от его не замолк. Он раз за разом повторялся, словно ритмичная мелодия. Ещё шаг, и ещё один звук зависнув в пространстве повторялся раз за разом.

— Что за…? — побормотал я.

Шум со всех сторон: «Что за… Что за… Что за…» Громче, тише, меняя тональность, разными голосами. К этому добавлялись звуки шагов. Какое-то бесконечное, многослойное, накапливающееся эхо. Казалось ничего серьёзного, но эта какофония изрядно выводила из себя и давила на уши. Мешала сосредоточиться.

— О, прекрасно! Вы сделали шаг, и теперь весь лабиринт поёт вместе с вами! Ах вы ещё и решили что-то сказать. О-о-о. Да вы ценитель⁉ Слышите это? Это не шум. Это… мой личный оркестр хаоса. Не переживайте, стоит немного помолчать и оно затихнет… Ш-ш-ш… шучу. Не выйдет. Оно никогда не затихнет. — радовался голос.

Я покачал головой. Если по началу ещё были сомнения, то теперь ясно — владелец голоса, кто бы он ни был, сумасшедший.

Повторно просканировал весь организм, в поисках постороннего вмешательства. Тщетно. Ладно попробуем так. Я заполонил себя силой Инферно, выжигая всё постороннее. Тоже без эффективно.

Решение пришло внезапно. Я нырнул в свой организм, и перестроил потоки жизненной энергии сгустив немного в области ушей, тем самым просто взял и отключил их как орган слуха. Не полностью, но снизил чувствительность процентов на восемьдесят. Теперь надоедливый шум отступил, превратившись в невнятное шипение.

Раздражающее эхо вдруг исчезло.

— Эй, так не честно! — обиделся голос.

— А не отвечать на вопрос, честно? Между прочим я прошёл ваше испытание. — ответил я, возвращая слух.

— Но я правда не помню кто я такой. — невидимый собеседник словно виновато развёл руками. — Могу ответит на любой другой вопрос.

— Хорошо. Куда ведёт этот