Однако даже для такого существа, как он, это был опасный приём. Змей мог действовать подобным образом только тогда, когда подобная жертва оставалась одна. Потому что под воздействием его силы люди замирали, словно статуи. Стояли, не двигаясь, с потухшим взглядом. И если рядом находился кто-то ещё – это сразу привлекало внимание. Слишком явно. Слишком подозрительно.

Именно поэтому он и бил подобным образом слишком редко. Да и выбирал подобную цель достаточно долго. И каждый раз после удачной контратаки отступал. Глубже в запутанные лабиринты пещер. Двигаясь уже не по своим старым маршрутам, и не по знакомым развилкам. Сейчас он шёл туда, где стены были чужими. Где запахи ауры несли иные следы, где каждый поворот мог скрывать чужого хозяина. И всё это змею не нравилось. Его постепенно вытесняли.

Преследующие его люди медленно, но верно отжимали его от тех лабиринтов, которые он знал лучше собственной сущности. Они разрушали привычную географию, ломали старые пути, вынуждали его выбирать новые, опасные направления. А там могли быть другие хозяева территории. Тоже достаточно Древние… Голодные. Те, кто не стал бы разбираться, почему он здесь оказался. Там он мог столкнуться даже с существом уровня того самого Небесного Феникса… Или даже хуже… С тем, кто мгновенно распознает его истинную природу. И тогда не имело бы значения, что люди – общий враг всех духовных зверей. Когда речь идёт о выживании, никаких союзов не существует.

Любой опытный, тем более древний духовный зверь, быстро поняв, что рядом появился Демонический Змей – паразит, пожиратель аур, – просто не потерпел бы такого соседства. Потому что такие существа не знают меры. И, рано или поздно, он придёт и за их жизнью.

И сейчас именно поэтому Демонический Змей продолжал отступать, контратакуя лишь тогда, когда другого выхода не было. С каждой новой жертвой он становился немного сильнее… и одновременно всё более загнанным. Он чувствовал, как кольцо вокруг него постепенно сжимается. И понимал – что впереди его ждёт именно тот самый момент, когда скрываться больше не получится.

Все больше углубляясь в пещеры, Демонический Змей вдруг почувствовал увеличенное давление какой-то чуждой силы. Даже несмотря на то, что ему всё-таки удалось изрядно потрепать своих врагов, преследователи всё никак не желали успокаиваться. Более того, они объединились в достаточно крупные группы, словно догадавшись о том, что одиночки, а тем более слабые культиваторы, легко становятся добычей опасного существа. И теперь, где бы он ни появился, везде на него сыпался град ударов. Именно поэтому Демонический Змей постепенно начал слабеть, и отступая всё дальше, он приближался к той границе, за которую, даже по его ощущениям, не стоило бы соваться. Но выбора не было. И, после полученного очередного удара, Демонический Змей, словно от пинка великана, проломил каменную стену, которая буквально пылала холодом чуждой ему силы. Однако именно этот удар и фактически выпустил его из той самой ловушки, в которую его загнали люди. Тем более, что он оказался в достаточно крупном ущелье, хотя и странном, так как жизни в нём совершенно не чувствовалось, а Демонический Змей, как существо, обладающее именно астральными техниками и силами, прекрасно это чувствовал.

Когда, проломив стену, Демонический Змей вылетел из пещер, словно выброшенный наружу куском чужой воли. Камень разошёлся с сухим, болезненным треском, и вслед за этим на него обрушилось пространство, совершенно иное, чем всё, что он знал прежде. И первое, что он ощутил – это именно не естественную тишину. Не обычную, природную… Не ту, что бывает в глубоких пещерах или под толщей земли… Это была мертвая тишина… Плотная… Вязкая… Будто сама реальность здесь затаила дыхание в ожидании чего-то жуткого. В этом ущелье не было привычного фона жизни. Ни слабых духовных зверей, ни насекомых, ни колебаний ауры, которые неизбежно возникают там, где существует хоть что-то живое. Даже камни здесь казались пустыми.

Сила… Сила Инь, которую любой духовный зверь прекрасно чувствовал, и пропитывающая это место, была не агрессивной, а… Абсолютной. Холодной. Ровной. Лишённой вообще каких-либо импульсов. Она не рвалась наружу. Не пыталась пожрать всё вокруг, как это делала дикая Инь в проклятых местах. Она просто присутствовала, Словно закон. Словно фундамент, на котором держалось само это ущелье.

Не ожидавший подобного, Демонический Змей на мгновение замер на месте. Его чешуя, привыкшая отражать потоки энергии, покрылась инеем. Не настоящим, а астральным – ощущением, будто сама его сущность начала замедляться. Потоки ауры внутри тела стали вязкими, тяжёлыми. Даже мысли, обычно быстрые и скользкие, начали тянуться, словно через густую смолу.

Это место было чужим. Не просто опасным – несовместимым. И он практически сразу понял главное… Здесь не охотятся… Здесь не выживают… Здесь… Исчезают… И всё же именно сюда его загнали люди.

А позади, по ту сторону проломанной стены, всё ещё ощущались ауры многочисленных преследователей. Да. Ослабленные. Но всё ещё достаточно многочисленные… Теперь они не гнались бездумно. Они перекрывали пути. Формировали линии. Закрывали возможные отходы. Даже не видя его напрямую, они чувствовали направление его бегства.

Но стоило Демоническому Змею полностью оказаться в ущелье, как произошло нечто странное. Давление, исходившее от людей, внезапно ослабло. Не исчезло полностью. Но стало каким-то другим… Осторожным… Словно они сами наткнулись на границу, которую не хотели пересекать. Их ауры дрогнули. Кто-то остановился. Кто-то начал отступать. Даже самые сильные из них не спешили преследовать дальше.

Они тоже чувствовали. Судя по всему, им про это ущелье тоже было известно. Пусть не всем. Пусть не по личному опыту. Но по слухам. По древним записям. По обрывкам историй, которые передавались шёпотом. Это было место, куда уходили и не возвращались. Где исчезали не только звери, но и культиваторы, слишком уверенные в себе.

Но сейчас, немного придя в себя, Демонический Змей, тяжело скользя по камням, начал медленно отползать глубже в это страшное, даже для него, ущелье. Каждое движение отзывалось болью. Его астральная оболочка была изодрана. Ядро нестабильно. А добыча, ради которой всё это началось, теперь ощущалась как тяжёлый груз, мешающий бежать.

И всё же… Он был жив. А это значило – он выиграл один раунд. В этом ущелье он не чувствовал хозяина. Не ощущал доминирующей воли, древнего зверя или стража. Только безликую, равнодушную Инь, которая одинаково холодно относилась ко всем. Это было плохо. Но и хорошо. В некотором роде. Здесь его не смогут достаточно эффективно преследовать люди.

Немного погодя Демонический Змей свернулся между камней, частично растворяя свою ауру, стараясь слиться с окружающим фоном. Он понимал, что даже простой