Та не ответила.

Алису галантно пропустил старший из тех двоих работников отдела качества и затем ушел за начальницей, как и его молодой коллега.

Да, не хило Бойлеров пропесочил Марину.

— Что это на нее нашло? — ошарашенно спросила Алиса, подойдя к своему рабочему месту.

— Новая должность, — вздохнул я и медленно покачал головой.

— Ваша подруга явила свое истинное лицо, только и всего, ребятки, — процедил Бойлеров, с гневом прожигая входную дверь взглядом. — Я же говорил, что ее карьера будет решаться на той комиссии. Вот она и приняла решение. Так что не удивляйтесь ничему.

— Нет. Это еще не ее истинное лицо. Вы рано ставите на ней крест, Иван Степанович.

— Исаев, — холодно ответил Бойлеров, — до пяти лет я верил в Деда Мороза, а потом увидел его спящим в подворотне в обнимку с пустой бутылкой. Так что давай, купи уже билетик на паром из страны добрых фей и ласковых щенят и возвращайся в реальный мир. У нас полно работы.

Начальник развернулся и пошел к шкафчикам, на ходу снимая куртку.

— Ничего не поняла… — похлопала глазами Алиса.

— Марина теперь начальница отдела качества, — ответил ей, садясь обратно за свой стол. — И начала повторять путь Яковлева.

— Вот блин… Тогда понятно. Я уже насмотрелась, как власть меняет людей.

— Где? — недоумевал я.

— Да так… потом… расскажу как-нибудь, — отмахнулась Алиса, а я понял, что не расскажет. Не в ближайшее время.

Дальше день пошел своим чередом. Руками и глазами я писал отчеты о нашем пребывании у Капустина, систематизировал полученные там данные, но головой был совершенно в другом месте. Где-то в большом и сером нигде. Там мы с Мариной стояли друг напротив друга.

Я уже видел подобные перемены в людях. Как и сказала Селезнева, власть меняет людей. Даже самая крохотная ее толика. Но я стоял, смотрел на Хлебникову и видел все те же сомнения где-то там, в глубине серых глаз. Правильно ли она поступает? Этого ли она добивалась всю свою жизнь?

Конечно, немного утрирую, но мой трехсотлетний опыт позволял мне это делать. Я видел, как люди даже в моей гильдии ставили карьеру превыше всего, а затем разочаровывались в своем решении, не испытав ни единой секунды радости от того, что они делают. Но как правило, слишком поздно они понимали, что карьера и любимая работа — это разные вещи. Не все, конечно. Некоторые до самого конца продолжали убивать в себе радость ради карьеры.

Вопрос лишь в том, как далеко на этом пути зайдет Марина? Повторит ли в точности путь ее начальника?

Ну уж нет, на это я не согласен. Марина, может, и не образец чести и заядлая карьеристка, но за время совместной работы я неплохо ее узнал. Ведь не ради карьеры она судила нашу с Коршуновым дуэль и не ради карьеры ходила с нами в бар после победы. Да, может, она скучная, может, подчиняет всю свою жизнь одной цели — встать на вершине карьерной лестницы. Но в ней еще живо что-то настоящее, непритворное и невымученное. Видел это в ее глазах сегодня утром, видел в танце ночью в баре…

Эх, в какую-то я лирику ударился. Тело молодое, а разум старый. Не хочу в очередной раз видеть, как такая жизнь и окружение ломают человека.

Надоело! Так надоело, что я аж зубами заскрежетал от внезапной злости. Нет, так не пойдет. Пусть подавятся все эти долбанные корпораты, которым важна только прибыль.

Что, Марина, думаешь, сделала правильный выбор? Поверь мне, очень скоро я заставлю тебя пожалеть о нем так сильно, что ты начнешь искать Маятник Времени, чтобы обернуть время вспять!

«Хозяин»! — подала голос из сумки Морвина

— Что⁈ — рявкнул от неожиданности вслух.

Подходившая к своему столу со стопкой свеженапечатанных отчетов Алиса вздрогнула, и бумаги разлетелись белоснежным веером.

— Исаев! — недовольно всплеснула руками она.

Я быстро помог ей собрать бумаги, одновременно слушая Морвину.

«Мы готовимся к бою? Наконец-то зарежем кого-то?»

«Цыц!» — послал мысленный сигнал.

Отвлекла в самое неподходящее время.

— Я их по порядку печатала вообще-то, — ругалась Алиса, когда я всучил ей листы.

— Разложишь снова, заодно перечитаешь на ошибки, — отвечал ей, сразу тыкая пальцем в слово с ошибкой. — «Одноклеточный» слитно пишется.

— Сам ты одноклеточный… — буркнула она, села за свой стол и тут же шлепнула себя ладонью по лбу.

Я ее уже не слушал, а шел к столу Бойлерова.

— Иван Степанович, я должен уехать, — навис я над ним.

— Ты ошалел, что ли, Исаев? Вчера только приехали, еще отчеты не все сделали. Или ты уже считаешь себя настолько гениальным, что можешь спихивать рутину на нас? — лениво попытался отпихнуть меня от своего стола Бойлеров. — Иди работай.

— А я для работы и должен ехать, — терпеливо стал пояснять. — С утра мы дали Хлебниковой по зубам, но она это так не оставит — новая должность обязывает отреагировать. Я хочу завалить ее отдел таким количеством отчетов, чтобы они из-за коробок по своим кабинетам передвигаться не смогли. Пока она то же самое не сделала для нас.

— Что ты предлагаешь? — прищурился начальник. — Увеличить шрифт? Отступ между абзацами?

— Что? Нет? Я предлагаю работать.

— Аккуратнее, Исаев, и говори тише… — шепча, нагнулся над столом Бойлеров. — Наше рыжее солнышко может испугаться!

— Я все слышу! — был ответ из середины кабинета.

С ума с ними сойдешь… Но зато весело. Правда, Алисе все же и правда придется поработать.

— Помните, я анализировал данные за последние полгода с разных участков? Я заметил, что у нас много мелких, как вы говорите, подопытных кроликов. Фермеры, мелкие предприятия, много частных хозяйств. Они участвуют в куче мелких испытаний, чтобы получать скидки на нашу продукцию и зарабатывать небольшие вознаграждения, которые позволяют им оставаться на плаву. А данные с их хозяйств мы получаем либо автоматически, либо они сами их сообщают в срок.

— Да, но их данные весьма ограничены. Буквально. Погода, состав почвы, урожайность или удой, — пожал плечами Бойлеров, еще не понимая, к чему я веду. — Много отчетов из них не сделаешь.

— Сделаешь, если приехать и собрать все эти данные. Все до единого, еще и фотографии приложить того, как используется и хранится наша продукция. Подойти к вопросу максимально тщательно и дотошно, как любит Марина. — Я подмигнул, а Бойлеров сунул руки в карманы. — Всю грязную работу я возьму на себя, а вы с Алисой будете заниматься отчетами здесь. Я буду скидывать фотографии, видео, все, что потребуется. Да и людям, с которыми мы работаем, будет