игрался. А меня пока не простил. Мордочку старательно отворачивал. — Пригляжу я, не парься.

— Через левое так через левое, — пожал я плечами и плюнул в холодильник.

— Совсем у тебя крыша от работы едет, похоже… — покачал друг головой.

Кажется, снова чуть не рассекретил себя, но пронесло.

Прикончив остатки завтрака, поблагодарил Романа за помощь и поспешил на работу. Прихватив с собой Морвину. В свободную минуту хочу получше рассмотреть ее нитевой узор.

В лаборатории, как всегда, был самым первым, если не считать уборщицы. На сегодняшнем занятии старательно рассказывал ей, точнее, показывал слегка отредактированную версию событий в баронстве Капустина. А она меня поправляла.

Так пролетела первая часть утра. Оксана Ивановна, закончив уборку, отправилась дальше, а я вытащил из холодильника пробы и включил ноутбук. За эти два дня надо бумаги писать две недели, но меня это не пугало. Я, конечно, преувеличиваю, но не слишком сильно.

В любом случае раньше начну — раньше закончу.

Стоило приступить к работе, как дверь лаборатории открылась и вошла Марина Хлебникова. Почему-то уже в белом халате поверх черного брючного костюма. Выглядела девушка еще более холодно и высокомерно, чем обычно.

— Привет, Марина! — поприветствовал ее. — Нам тебя не хватало в баронстве Капустина. Тебе бы там точно понравилось. Деревня, коровы и жесточайшая необходимость собирать пробы в грязи…

На шутку она не отреагировала, встала рядом с моим столом, взглянула сверху вниз и произнесла:

— Не Марина, а Марина Сергеевна, господин Исаев. Глава отдела качества. Я пришла, чтобы забрать пробы неизвестного патогена, который вы собрали на территории барона Капустина.

А Морвина, лежавшая в моем несессере, тут же эхом отозвалась в голове:

«Пырни! Пырни эту суку!»

Глава 20

Конечно, никого пырять я не стал, хоть Морвина об этом и очень просила. Заткнулась, когда пригрозил ее больше не брать с собой.

Но я ее не винил: она лишь, как атманит, уловила эмоциональное состояние Хозяина и отреагировала так, как могла. Будь она сейчас в полной силе, у меня в руках уже был бы меч или кинжал, сплетенный из змеиных тел.

Просто Марина… Сильно меня разочаровала. Зато стало сразу ясно, где она пропадала. Она не работала больше в нашем отделе. Она теперь начальник отдела качества — замена уволенного Яковлева. Хлебникова выбрала свою сторону. Очень жаль, но она ошиблась с выбором.

— Что ж, Марина Сергеевна, я очень рад вашему визиту, — произнес холодно, заглядывая ей за спину. Следом в нашу лабораторию вошли еще двое парней из ее подчиненных. Те же самые, с которыми Яковлев уже посещал нас. — С радостью отдам вам собранные пробы, но! Только если у вас есть соответствующий приказ. Насколько помню, регламент предписывает мне сперва завершить все отчеты, а уже затем куда-то передавать материалы.

На лице Марины не дрогнул ни один мускул, но в свою папку за бумагой она не полезла. Так и думал: никакой бумажки с важной подписью у нее не было. Это все… Я снова глянул на молодчиков, пришедших вместе с ней. Ее личная инициатива. Получила заметное повышение и теперь жаждала как следует выслужиться, оправдать оказанное доверие.

Интересно, как ее вообще сделали главой отдела качества? Яковлев после ее выступления перед комиссией, сам бы Марину ни за что не выбрал. Значит, ее навязали. Либо она будет очень полезна в новой роли, либо у нее есть покровитель. Например, Эвелина Семеновна.

— У меня есть устное распоряжение вышестоящего начальства, господин Исаев, — холодно ответила новоиспеченная глава отдела качества. — Всеми отчетами и исследованиями теперь займемся мы.

Я встал со своего стула и оказался с Мариной лицом к лицу. В глубине ее глаз виднелось какое-то сомнение, но на поверхности плавало твердое убеждение, что я теперь ее конкурент, враг или даже просто ресурс, который нужно списать, как Яковлева.

Что ж, она сама это выбрала.

— Нет, Марина, — твердо ответил, намеренно называя ее по старинке. — Пробы из баронства Капустина останутся здесь, пока я или мой начальник не увидим письменный приказ от этого самого «начальства», — я показал в воздухе кавычки. — Что, если это начальство вдруг придет к нам и тоже потребует передать пробы в другой отдел? Например, в отдел ветеринарных разработок? И мы будем выглядеть идиотами, потому что поверили тебе. Ступай обратно в свою вотчину, Марина, здесь ты ничего не получишь.

Хлебникова впилась в меня глазами, на скулах задрожали желваки. На побледневшем лице отразилась смесь эмоций: гнев вперемешку со страхом. И причина у них была одна: все пошло не по плану. Вот с чего она решила, что я просто возьму и отдам ей то, что просит? Думал, она меня хоть чуточку узнала. Но нет, похоже, новая корона сдавила череп слишком сильно.

— Исаев… — прошипела она, а затем ее перебили.

Ровно без пяти восемь в кабинет вошел Бойлеров. Он был зол и весел одновременно. Худшее его состояние. Для Марины.

— Мариночка, девочка моя! — Он обошел мой стол с другой стороны и вышел из-за моей спины, встав рядом. — Что это ты здесь делаешь в такую рань? Пришла похвастаться своим договором о продаже души? И где же он? — Бойлеров нарочито осмотрел с ног до головы уже конкретно взбешенную Хлебникову. — Нету? Ах да, он же написан твоей кровью и занял очень много листов… Поэтому ты такая бледная сегодня? А не поделишься, во сколько ты оценила свою душеньку? Миска варенья и пачка печенья?

Марина молча вздернула подбородок, и вместо нее ответил один из ее прихвостней.

— Как вы можете так разговаривать с Мариной Сергеевной? — гневно заявил молодой парень.

Второй, его коллега, был постарше и явно скучал, просто ожидая окончания цирка.

— Мальчик, — тут же воззрился на него Иван Степанович так, что тот вздрогнул от испуга, — ты разве не знаешь? Лизать туфли своей госпожи нужно только после ее команды. Иначе какая же она госпожа? — затем он снова обратился к Хлебниковой, но уже более официально. Правда, с нотками самодовольства и торжества. То есть почти обычным тоном. — А вам, Марина Сергеевна, господин Исаев верно указал на нарушение регламента. Сначала письменный приказ, а потом передача материалов, но никак не наоборот. Будем рады видеть его в ваших руках в ваш следующий визит. Хоть и не от всего сердца.

Второй, скучавший лаборант Хлебниковой, улыбался до ушей, глядя на своего красного, как пожарная машина, коллегу. Сама Марина фыркнула:

— Вы об этом еще пожалеете! — и пошла прочь, гневно стуча каблуками.

Вылетела сквозь дверь, чуть не уронив спешившую на работу Алису.

— Привет! А