– Хозяйки сейчас нет.

Это было ложью. Хёнджу была известна как самый ленивый Проводник. Все дела она решала, только если ей было «по пути». Джуна Хёнджу привлекала своей спокойной, уверенной манерой – она умела добиваться многого с минимальными усилиями. В этом был баланс с его неисправимым стремлением всё чрезмерно усложнять.

Однако Джун знал, что Хёнджу не выйдет на простой скандал. Её нужно было заинтересовать иначе.

Идея, как призвать Хёнджу, появилась у него, когда он заметил каягым. Она знала все существующие музыкальные композиции, и поэтому что-то новое непременно дало бы ей знак, что к этому приложил руку Создатель.

«И Ёну нравится музыка», – мелькнула у Джуна неуместная мысль.

– Ты молодец, Лаки. Молодец, что стараешься.

Джун намеренно играл фальшиво. Во-первых, чтобы отогнать нежелательных слушателей. Во-вторых, чтобы показать Ёну, какими усилиями создаются шедевры. Он хотел вместе с Ёном пережить жизнь этой музыкальной композиции, которая началась с фальши и дошла до пика мастерства, пока не оборвалась… Джун перебирал пальцами не только струны инструмента, но и собственные эмоции, которые не мог выразить иначе. И он наткнулся на комок мыслей и чувств, продолжения которым не знал… Это озадачило Создателя.

– Хёнджу? – Ёна, очевидно, впечатлило появление девятихвостой кумихо.

Предстоял непростой диалог, ведь Хёнджу была обижена на Создателя. Хотя обижаться следовало вообще-то ему.

Когти уже приближались к горлу, но совсем не пугали Джуна. Он позволил Хёнджу проникнуть в его сознание, чтобы они могли поговорить с глазу на глаз. Как только Хёнджу откликнулась на его зов, они оказались на вымышленной арене, которая существовала посреди ничего.

Интересный выбор. Хёнджу действительно хотела сражаться.

– Вечно ты всех заставляешь искать себя, – осклабилась кумихо.

Она предстала перед Джуном в самом своём великолепном облике, распушила все девять хвостов, с гордостью показывая Создателю, как много она добилась и насколько стала сильнее за время его отсутствия в этом мире. В руке у неё появился изящный клинок, скованный из накопленных ею эмоций, чтобы достигнуть сердца Создателя. Видимо, она считала, что никак иначе до него не достучаться. Конечно же, не обошлось без роскошного одеяния сине-белого цвета. Джуна воображение Хёнджу нарядило в королевски-красный ханбок с чёрными узорами вместо золотых.

– Таким ты меня видишь, – усмехнулся Джун. – Весьма патриотичные цвета.

Хёнджу сжала рукоять клинка. Джуна это даже повеселило, ведь как узнать своего Проводника? Он захочет тебя убить. Вернее, она.

Хёнджу атаковала, и их клинки скрестились.

– Исчез без предупреждения! И вернулся спустя столько времени, ещё и ребёнком! Ты так ослаб, что победить тебя не составит и труда, – издевалась Хёнджу.

Вокруг арены закружились воспоминания Джуна о Ёне. Вот Ён улыбается в соломенной шляпе, вот Ён падает к нему во двор, а вот вытягивает Лаки из-под копыт.

Создатель отвлёкся и пропустил удар. Ранение не было реальным, но боль оказалась настоящей.

– И это всё из-за этого мальчишки? – крикнула возмущённая кумихо, рассматривая картинки из жизни Создателя. – Хэ Ёна?

– Этого бы не случилось, если бы ты не предала меня, – в этот раз Джун предвосхитил выпад Хёнджу и смог нанести удар.

Конечно, эта кумихо не могла знать, о чём речь. Его предала другая версия Хёнджу. Та, которой он верил больше всех. Та, которой он доверил бы свою жизнь, но на деле доверил свою смерть.

Хёнджу было приказано не препятствовать его удалению, но она сохранила Создателя, оставляя его в абсурдной человеческой форме Ли Джуна.

– Я бы никогда тебя не предала. Запомни это, – Хёнджу яростно смотрела на него, уверенная в своих словах.

НПС… Только недавно они рассуждали с Ёном, насколько реальны копии знакомых им людей в разных мирах. Для людей эти копии хорошо объяснялись перерождением. Джун впервые задумался, что, возможно, он повторял даже облики людей не из экономии сил на придумывание нового, а потому, что, окружая себя одними и теми же лицами, он чувствовал себя менее одиноким. Видимо, пришло время признаться, что, будучи Создателем, Джун привык не обращать внимания на собственные чувства, не разбираться в них.

Хёнджу тем временем оставила новую рану на Джуне. Поглощённый своими мыслями, он даже не пытался защищаться.

В каждом из миров Хёнджу непременно оказывалась как-то связана с Джуном. Она была разной, но было и что-то неизменное в каждом её воплощении. Так что в какой-то степени слова кумихо были и словами его Проводника. Могла ли она действительно предать волю Создателя? Что, если неполное удаление и даже это путешествие по реальностям изначально были его собственным планом?

…

Джун всматривался в мелькавшие вокруг воспоминания, которые теперь показывали ему Хёнджу. Вот она посещает похороны и отыскивает щуплого мальчика в траурных одеждах. Садится с ним на лавку, чтобы поговорить, и Создатель просит её о невозможном – быть нежнее с ребёнком. Вот она становится благодетельницей приюта, куда попал мальчик. Вот она наблюдает за ним в школе через окно в класс. А вот разговаривает с доктором в детском психиатрическом отделении, чтобы мальчика выпустили без клейма психически нездорового. Вот она, чертыхаясь, заходит в круглосуточный магазин, куда самостоятельно бы не пошла, и незаметно оставляет визитку «Проводники Incorporated».

Всю жизнь Ёна Создатель сопровождал его через Хёнджу.

Он не помнил теперь, зачем.

Но Джун знал себя. Он бы не делал этого без причины. И раз Ён обладал редким даром и, как Хёнджу, мог видеть сообщения от всех Разработчиков, значит, мог бы стать Проводником Создателя. Так почему же Создатель лично не общался с Ёном? Почему тогда Хёнджу-Проводник заразила «вирусом» Ёна и послала его к Ли Джуну?

Джун силился вспомнить причину и цель собственного плана, но ничего не выходило.

Хёнджу-кумихо вымещала на Создателе сто лет злости и разочарования, но это не могло причинить ему вреда. Теперь Джун парировал все её нападки.

– Почему этот мальчик?

– Он желает спасти мир. Я дам ему возможность побыть мной.

– Он не первый такой, и ты не ответил на мой вопрос. Почему он?

Очередная яростная атака Хёнджу заставила Джуна пасть перед ней на колени.

– Почему не я?! Я всегда верно служила тебе. Если ты ослаб, я буду защищать тебя. Зачем тебе так понадобился этот мальчишка?

– Я просто выбрал его.

– Но почему?!

Хёнджу вся тряслась. Она всегда лучше всех понимала Создателя. Но сейчас, похоже, не могла принять, что её бросили, а фаворитом Создателя стал Ён.

Джун ответил, глядя в отражение собственных глаз на лезвии её клинка:

– Помнишь, я рассказывал тебе про первый созданный цветок, что мне удалось вырастить? Он вышел странноватым, не таким, как я