с ним искала, мечтала зарыть этот топор войны, найти способ объясниться, обходя все клятвы.

Пошел он в ж… желоб ливневки к ползучему клону.

Развернувшись, ускорила шаг, побыстрее удалясь от мужской общаги. Понятия не имею, по какой причине, но меня опять принесло к колодцу с Тамарой. Аура, что ли такая, скорбная. Учитывая, что оттуда не доносилось ни звука, брюнетка с длинными, нечесаными патлами отсутствовала. Кого сегодня кошмарит?

Усевшись на парапет, я горько зарыдала. Оплакивала и свое хорошее отношение к парню, и свое тупое попаданство, и то, что я ничего не могу с этим сделать.

Все больше приходила к выводу, что разбивать сердце нельзя. Оно одно, то ли дело руки и ноги, их целых четыре штуки. Вот бы вырвать проходимцу.

Пока я плакала, ночь окончательно загустела. Рабочий день, то есть рабочая ночь в Абердине близилась к завершению. Вот-вот прозвенит звонок, сообщавший о комендантском часе.

Я не боялась опоздать, несколько адских гончих, привлеченных моими стенаниями, расположились у ног, утробно рычали, но довольно, а не зло. Все, я навеки их добрая хозяйка. У меня есть мячики.

Казалось, что я переночую на открытом воздухе, но неожиданно с южной стороны почувствовалось движение.

— Тамара, это ты? — думала, что хозяйка колодца вернулась.

— Раз, два… — бурчал кто-то шепотом.

В академии отчего ввели комендантский час, в эти мгновения монстрам разрешали издеваться над студентами. Убивать нельзя, но помучить для острастки можно.

Тамара, я об этом хорошо помнила, феерично считала до семи. Этот же незнакомец дошел до цифры четыре.

— Вау, ты кто? — изумилась, когда свет от луны осветил лицо чудовища.

После своего краткого обучения я перестала бояться ночных созданий. Пришла к выводу, что в них нет ничего страшного, по крайней мере, их мотивация ясна. Страшнее люди, ты не знаешь, что у них на уме.

На меня глядел… Клоун, естественно, в самом страшном своем макияже. Алые губы, фиолетовый нос, который этот клоун иногда сжимал, и раздавались леденящую душу писки. Рыжие космы торчали из-под шапки с помпоном.

— Я Ленни, — представился он и добавил шепотом, — пять, шесть. Мы с тобой знакомы. Помнишь?

Еще бы я такое забыла.

— Тот Ленни, — утерла я свой опухший, покрасневший нос, — который тащил в подвал и собирался сожрать меня заживо?

Когда мы жили с мамой, всегда мотивировала ее переехать. За стенкой жили любители хмельных напитков. Они галдели, ссорились, не работали и вечно пили. Даже завидно как-то становилось. Ныне со мной в замке обитали и вот такие существа. Я мысленно перебрала свою соседскую философию.

— Тебя? — скривился собеседник. — Не пойми меня неправильно, ты не толстая, ой, — получил мой неодобрительный взгляд, — небольшая, аккуратная, с таким же носом увесистым.

Мои глаза налились яростью.

— Да чего тебе не нравится? — терялся клоун. — Ты же Веймарс, да? С тобой готов пойти куда угодно! Хочешь, я из солидарности и грязью извазюкаюсь? Будем как два урода. — Наступила микропауза, а затем: — Ну в смысле я урод, а ты красивая, ты всегда красивая, и худая, ооочень худая.

Никогда еще этот клоун не был так близок к собственной смерти.

— А зачем тогда тащил? — поджала обиженно губы я.

— Ты поживи лет десять во влажном подвале, посмотрю, как ты будешь собирать всех на чаепитие, — вызверился Ленни.

— Хорошо, присаживайся, — пододвинулась, случайно разбудив одного из псов.

Животное пооткрывало пасть, но в целом заснуло также быстро, как и проснулась. Диву даюсь, как легко нахожу общий язык со всеми: с привидениями, с чудовищами. Взять Бугимена, он нас молниеносно принял, как родных, а ведь ходили слухи, что в той комнате никто селиться не желает. Гончие вот тоже. Тамара на меня не каждый день огрызается. Призраки охраняют.

Я сидела и осмысливала происходящее, а Ленни рядом бубнил:

— Мне же скучно. Как минул ураган, так места себе не нахожу, надо ходить по периметру, напоминать, какой я злобный. А я не злобный.

— Стоп, — остановила поток информации, льющийся из напомаженного рта, — а что ты имел в виду, когда сказал, что я Веймарс, и ты готов пойти со мной куда угодно?

— Сказал и сказал, — вздохнул клоун.

— Не заставляй прибегать меня к насильственным методам.

Увы, рычать так грозно, как Эш, я не умела.

— А ты можешь? — скептично хмыкнул Ленни. — Ты же благословенная.

— Кто? — воскликнула я.

— Ну, благополучная, местами блаженная, — изучал меня ползучий клоун. — Блаженная так точно. Ты не знала?

— А можно хоть какое-то пояснение?

— Эм… — произнес растерянно собеседник, пока я все еще пыталась выбраться из впечатления, что я не двинулась умом, я же болтаю с клоуном, — ну благословенная, которую наши боги благословили. Ты к призракам хоть раз прислушивалась?

— Да, они несут белиберду на букву «Б», — припомнила все возгласы привидений.

— На «б», да? — посмотрел на меня Ленни, как на дуру.

— Да ты не понял, у меня же проклятие такое, никто не может выговорить мое настоящее имя, я же Б… Б… Да раздери тебя ползучий клоун.

— Благословенная, получается?

— Вот же напасть, благословенная? — повторила несколько раз. — Благословенная Юля, благословенная Юля. О, выходит.

— А ты не знала? — он порядком удивился. — Иногда в Абердине такие рождаются. Их монстры защищают, всем хочется их потрогать. Они еще умеют всякие магические заклинания снимать.

Ох, понеслось мое сознание в Суровый лес. Если я это Б… Значит…

Мне очень надо почитать книгу по Магическим беспорядкам. Мы столько раз перелистывали злополучную страницу…

Хотела спрыгнуть и побежать, но Ленни до меня дотронулся.

— Куда спешишь-то?

— В общагу.

— А меня поблагодарить? — хмурился ползучий клоун.

Естественно, я рассыпалась в благодарностях, но это не способствовало улучшению настроения у нового знакомого. В конце моей речи, он деловито обозначил.

— Приятно слышать, но мне нужно другое, — его пальцы с длинными когтями сомкнулись на моем запястье.

— Что? — испуганно вздохнула я.

Благословенная, это хорошо, это отлично, но вот зомби мой статус не мешал меня мучить. О чем мечтают клоуны, если не сожрать целиком? Ту стадию мы прошли.

Рассмешить до смерти? О новых прибамбасах? Купить ему ручную обезьянку? Из своего мира не принесу, но, полагаю, что за хорошее вознаграждение, можно договориться с гарпией.

— На бал хочу, — признался Ленни. — Пригласи меня.

— Серьезно? — мои брови стали напоминать идеальную косую линию.

— Поживи в подвале с мое. Обещаю, галстук и нос я поправлю.

Если тот боялся, что меня смутит его костюм или кровожадный вид, то он ошибался. Ухажеров у меня не имелось, единственному, кто пригласил, я уже отказала… Ползучий клоун из подпола не самый плохой выбор. Оригинально. В моем стиле. Нельзя принижать