отчаянно жалея подругу, я даже не заметила, что кучер на козлах не наш, точнее, не папенькин, и едем мы вообще в другую сторону. Только когда экипаж зачем-то остановился в каком-то глухом переулке, я очнулась.

Не заорала только потому, что кучер оглянулся и приложил палец к губам, весело сверкая глазами.

— Какого черта, рий Роймуш? Что вам от меня нужно? — взвизгнула я возмущенно. — Да что вы себе позволяете?

— Ди, нам нужно поговорить.

— Свихнулся? Ты меня похитил?

— Самую малость. К тебе не подобраться. В дом твой меня не пустили, сказали, ты больна. Братец твой вежливо мне отказал, даже записку не согласился передать. А ментально воздействовать на будущих родственников я не стал, они могут не простить потом. Пришлось вот так.

— Будущих родственников? Да ты рехнулся! Немедленно верни меня домой. А хотя я сама дойду, — я выпрыгнула из экипажа, подобрав юбки. — Видеть тебя не хочу больше!

— Да выслушай же ты меня! — Роймуш спрыгнул на мостовую рядом со мной, попытался ухватить меня за руку и… о да! Я сделала то, о чем мечтала уже довольно долго. Я дажа ему пощечину — звонкую такую, тяжелую. Впервые в жизни я кого-то ударила. Роб, конечно, не в счет, в детстве мы дрались, но он брат, его бить можно.

— Безумица! — прогрохотал Этьен, все же поймав меня и прижав к себе. — Не отпущу, пока не поговорим.

— Поди к черту, — приглушенно пробормотала я, пытаясь вырваться из его объятий, чего мне уже делать и не хотелось вовсе. — Ты лжец и мерзавец.

— Ни в коем разе не лжец. Мерзавец — да. Лжец — нет.

— Ты во всем мне лгал! Ах, я знаю, чего ты хочешь! Триста гронов? Так вот, денег я тебе не дам, ты их не заработал! Ферье мне сделал предложение отнюдь не потому, что я следовала твоим советам! К тому же я ему отказала!

Мне показалось, что упоминание о деньгах должно его задеть, обидеть, а он только расхохотался и меня отпустил. Почувствовал, менталист проклятый, что я уже передумала так быстро убегать и готова к диалогу.

— И в чем я тебе лгал, Ди? — спросил довольно мирно. Рожа его выглядела такой довольной, что мне снова захотелось его ударить.

— Ты сказал, что секретарь!

— Вовсе нет. Ты сама так сказала. Я подыграл.

— Ты говорил, что сын блудницы!

— Это правда. Я внебрачный сын герцога Добберея. Единственный, как оказалось, ребенок. После его смерти меня разыскала его сестра и забрала к себе. Кровь не водица, я — наследник отца. Выучился, развил свой дар, кстати, доставшийся мне от матери. От наследства я отказался в пользу племянников, не думаю, что имею на это право. Да и не хочу быть заложником старого замка. К тому же с даром менталиста работу найти не сложно. По словам тетки, человека из меня не вышло. Только неблагодарная тварь, вытащенная из грязи и отмытая от нечистот, могла бросить все и уехать путешествовать в свое удовольствие.

Я с удивлением на него уставилась, забыв уже о том, что нужно бежать без оглядки. Все, что он рассказывал, было невероятно интересным.

— Сколько тебе было лет?

— Когда она меня нашла? Девять. А сбежал я в девятнадцать. В Ливое однажды помог в расследовании одного ограбления, которое оказалось вовсе не ограблением… неважно. И меня заманили на работу в службу безопасности, пообещав жизнь, полную приключений. Не обманули, кстати.

— И какое у тебя жалование?

— Весьма достойное. Плюс личное благоволение королевы Ливоя.

— Она твоя любовница?

— С ума сошла? Ей почти семьдесят! Она меня после одного дела почти что усыновила, можно сказать. Я тебя с ней познакомлю, вы друг другу понравитесь.

— Ты лгал, что у тебя нет денег.

— Вовсе нет. Я говорил, что у секретаря не самое высокое жалованье, ну так я и не секретарь. А что дома нет… так его и нет. Но если ты захочешь — куплю любой.

— Что значит «если я захочу»?

— Я же сделал тебе предложение. Не думала же ты, что я возьму его обратно?

Меня снова охватила злость. Думала, конечно! И все равно он лгун — несмотря на все оправдания!

— Ты меня использовал!

— Да с чего ты взяла?

— Подбирался к Сандре!

— Разве? Я хоть раз задавал тебе про нее вопросы? Выпытывал что-то? Разве я ее в театр позвал?

— Ну… — я откровенно растерялась. — А зачем я тебе тогда?

— А зачем ты этому болвану Ферье? Если уж князь, не отличающийся особым умом, разглядел в тебе сокровище, то я, который только и делаю, что разыскиваю всякие пропавшие драгоценности, не мог не понять, что мне сказочно повезло, что ты со мной. Несмотря на все те глупости, которые я тебе наплел.

— А зачем ты это сделал? Почему просто не сказал, кто ты есть на самом деле?

— Мужское тщеславие, рыбонька моя. — Он усмехнулся невесело. — Ты ведь сразу сказала, что тебе нужен богатый и удобный муж. Я мог бы им стать, но… мне хотелось, чтобы ты узнала меня настоящего, без всех этих атрибутов власти и денег. И… чтобы полюбила не за что-то, а вопреки. И судя по тому, что ты ему отказала, я оказался прав?

— Нет, я… да. Ты прав.

Не стала ему ничего говорить про свои планы, зачем? Ферье я отказала потому, что его не люблю. Любила бы — приняла бы все его условия. С радостью бы поселилась в замке в лесу, рожала бы ему детей и вела хозяйство. И простила бы все его выкрутасы, как готова была простить Этьену.

— Ди! — Он шагнул ко мне, ловя меня в объятья и крепко прижимая к себе. — Это правда? Ты… меня любишь?

— Я этого не говорила, — проворчала я, с удовольствием вдыхая его запах.

— Что мне нужно сделать, чтобы ты это сказала?

— Как минимум, совершить подвиг в мою честь. Я не поняла, ты меня украл, или так и будем посередине улицы стоять?

Конечно же, он меня не украл. Мы вернулись домой, украдкой целуясь, а потом имели долгое объяснение с моими родителями.

Матушка снова рыдала, на сей раз от счастья. Надеюсь, это был последний ее приступ плаксивости, иначе она выплачет всю свою зрелую красоту. Отец хмурился, а потом позвал «жениха» в кабинет на мужской разговор. Вернулись они оттуда спустя полтора часа лучшими друзьями.

— Дом я выкуплю, — строго сообщал Роймуш. — Но записан он отныне будет на Роберта. А еще года через три приезжайте в Ливой, представим вашу младшую при дворе. В Ливое полно подходящих женихов,