— Не совсем.

— Что вы имеете в виду?

— Маслов — мелкая сошка, он ничего не знает. Его просто использовали. Плюс жертвы… Мы не думали, что всё получится именно так. Семьи погибших получат щедрую компенсацию, — словно оправдываясь, произнёс Юрий Михайлович.

Я молча кивнул. Подтвердились мои подозрения о том, что СБИ заранее убедилась в нечистоплотности Маслова и просто хотела взять лидеров Чёрной касты на живца.

— Я правильно понимаю, что вы рассчитывали на победу «Авангарда» и думали, что после победы сможете выйти на главных алхимиков касты? — всё-таки не удержался и спросил я.

— Вас это не касается, Юрий Дмитриевич. Теперь у вашего эликсира нет конкурентов. Радуйтесь, — пробурчал Воронцов.

— Трудно радоваться, когда одни невинные люди погибли, а другие — сошли с ума.

— Они солдаты. Рисковать своими жизнями — их долг, — отрезал полковник.

Я не стал спорить. Это и правда, не моё дело. А Служба выполняет свою работу, и эта работа зачастую подразумевает подставы и жертвы даже среди своих. Принцип меньшего зла и всё такое.

— Рано или поздно мы их всё равно найдём, — проговорил Юрий Михайлович, всё ещё глядя вдаль.

— Найдёте. Но после покушения на меня и сегодняшней ночи они наверняка залягут на дно.

— Вы правы, граф. Скандал с «Авангардом» привлечёт внимание. А Каста этого не любит, — кивнул Воронцов.

— Что будет с Масловым?

— Он арестован за соучастие в незаконных экспериментах и попытку нанести вред государственным интересам.

— Его ждёт казнь? — уточнил я.

Воронцов покачал головой:

— Нет. Он сотрудничает, даёт показания. Это учтут. Но соразмерное наказание он получит. Лишение титула, имущества и ссылка куда-нибудь в глушь, скорее всего. Лет на пятнадцать-двадцать.

Я кивнул. Маслов был жертвой собственной жадности и трусости — но это не снимало с него ответственности. Люди погибли из-за его эликсира. За это нужно платить.

— Спасибо за помощь, ваше сиятельство. Мне доложили, что вы прямо во время боя спасали раненых. Да и после работали не покладая рук. Скажу по секрету, среди офицеров есть наши агенты. Так что будем считать, что вы со всей ответственностью продолжаете выполнять нашу договорённость, — Воронцов слегка улыбнулся.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул я.

— Положенная оплата будет ждать вас в гостинице. Точнее, уже ждёт.

— Спасибо. И вот ещё что, полковник… Вы не думали над тем, что каста именно это и планировала? Что они руками Маслова провели публичные испытания своего эликсира и показали, на что способны? — спросил я.

Юрий Михайлович покосился на меня и медленно кивнул.

— Интересная теория. Мы возьмём её в разработку. Благодарю.

— Пользуйтесь на здоровье, — усмехнулся я.

Контракт подписали в тот же день.

Присутствовали Савельев, Глебов и другие представители Министерства обороны. Мы подписали документы, поставили печати.

Всё. Теперь «Боец» официально принят на вооружение имперской армии.

Маслова увезли в наручниках. К генералу Усову, как я слышал, возникло немало вопросов. Но расследование только началось, а Константин Егорович из тех людей, которых даже СБИ не может просто так допросить. Дело будет непростым.

Я стоял у окна командного пункта, глядя на полигон. Солдаты убирали следы ночного побоища. Жизнь продолжалась.

Я направился к машине. Основные дела в Петербурге закончены. Скоро мне предстоит вернуться в Новосибирск.

Впереди долгая дорога — домой, к семье, к обычной жизни.

Если, конечно, моя жизнь ещё может быть обычной.

Российская империя, город Санкт-Петербург

Последние дни в столице прошли в суете.

Я методично закрывал дела, одно за другим. Контракт на «Бойца» подписан, документы оформлены, первая партия эликсира уже готовится к отправке. Партнёрство с Баумом закреплено юридически — Некрасов прислал подтверждение, что все бумаги в порядке. Связи с Вольским, Глебовым, другими полезными людьми — налажены.

Можно возвращаться домой.

С Баумом я встретился за день до отъезда. Князь пригласил меня на обед в свой особняк — неформально, по-дружески.

— Рад, что всё закончилось благополучно. История с «Авангардом» могла обернуться катастрофой, — произнёс он, разливая вино по бокалам.

— Могла, — согласился я.

— Этого не случилось благодаря вам, Юрий Дмитриевич. Если бы вы не настояли на полном цикле испытаний, если бы не остались на полигоне той ночью… — князь покачал головой. — Страшно подумать, что могло случиться, если бы этот эликсир попал в армию.

Я не стал говорить, что именно этого каста и добивалась. Баум знал достаточно — и не нуждался в лишних деталях.

— Мирон Сергеевич, я хотел обсудить наши дальнейшие планы.

— Конечно. Завод? — князь сел за стол рядом со мной.

— Именно. Строительство уже началось?

— Пока нет. Мы осваиваем место, прокладываем просеку для техники, договариваемся с подрядчиками… Хотите поучаствовать в работе?

— Конечно, — кивнул я.

За обедом мы обсудили различные детали, распределили зоны ответственности. Баум оказался очень рад, что я собираюсь не просто инвестировать, но и намерен внести деловой вклад.

— Кстати, что там у вас с Белозёровым? Как обстоят дела? — спросил Мирон Сергеевич, когда мы закончили с десертом.

— Всё нормально. Продолжаем бодаться, — ответил я.

— Если понадобится помощь…

— Благодарю, Мирон Сергеевич. Пока справляюсь.

Честно признаться, я не хотел становиться должным и привлекать Баума в этот конфликт. Вероятно, если бы он надавил на Белозёрова, то всё могло закончиться достаточно быстро. Но я привык сам решать свои проблемы, а оставаться в долгу перед таким человеком — опасно. К тому же мне нужно, чтобы мои враги боялись меня, а не моих партнеров.

Сейчас он партнёр, но кто знает, как всё может обернуться через год или три. В бизнесе, как и в политике, не бывает друзей — лишь временные союзники.

Хотя, разговаривая с князем, я чувствовал, что между нами есть нечто общее. Возможно, подружиться по-настоящему всё-таки получится.

Вечером того же дня я заехал к Мещеринову.

— Граф Серебров! Рад вас видеть, — барон с улыбкой пожал мне руку.

— Как дела, Илья Иванович?

— Лучше! На днях мне привезли первую партию вашего «Бодреца». Я за день продал почти четверть! Это очень помогает. Люди приходят за вашим эликсиром, а заодно узнают о моих услугах.

— Рад слышать, — кивнул я.

— Спасибо, граф. Вы дали мне шанс выбраться из нищеты, — искренне поблагодарил Мещеринов.

— Мы помогаем друг другу, Илья Иванович. Вам спасибо, что исцелили моих людей в