С тех пор она называла себя его ученицей и приходила раз или два в месяц в свои выходные под предлогом обучения.

— Всегда есть следующий раз. Ты выросла за последний год, и думаю, однажды именно ты пошатнешь мой трон.

Сэнкэ ничуть не преувеличивал. Казалось, девушка была еще больше очарована гениальным бариста, который без труда одержал две победы подряд на КБК, хотя соперники были сильнее, чем в прошлом году. Восхищение иногда может придавать сил. Несомненно, ей есть к чему стремиться.

— Ну уж нет, Сэнкэ-сан, до вашего уровня мне еще расти и расти! — Похоже, она восприняла его слова как комплимент.

С облегчением отметив, что она повеселела, Сэнкэ добавил:

— Продолжай усердно работать и в следующий раз добьешься результатов, о которых не пожалеешь.

— Я постараюсь! Следите за мной внимательно, в следующем году я точно буду бороться за победу. В конце концов, я ученица самого Сэнкэ-сан.

И девушка по имени Ямамура Аска беззаботно улыбнулась.

Глава 2. Накануне вечером

1

Это был субботний полдень, первый день трехдневных выходных. Я открыл дверь своей припаркованной машины и вышел на просторную парковку. На асфальт, тихо шурша, капал легкий дождь.

— Вот и приехали, «Артери Плаза», — сказал я, приглашая под зонт Михоси, стоявшую рядом.

Она подняла взгляд на огромное сурового вида сооружение, которое было похоже на два сдвинутых и соединенных куба:

— Да. Наконец-то приехали.

Ее переполняли эмоции. Когда она впервые подала заявку на второй турнир, его уже проводили именно здесь, а значит, она наконец-то прибыла в место, о котором так долго мечтала. Я подумал, что лучше помолчать и подождать, пока она заговорит первой. Здание «Артери Плаза», где проводился пятый турнир бариста региона Кансай, располагалось примерно в полутора километрах к западу от ближайшей станции Кинтэцу Фусими. В этом комплексе находился один из крупнейших выставочных залов в Киото, и сейчас здесь была открыта выставка компаний, связанных с пищевой промышленностью, главным событием которой и стал турнир.

Название «Артери» — это сочетание слов «артерия» (artery) и «искусство» (art), и, по-видимому, предполагалось, что это сооружение станет культурной артерией Киото.

— Это просто невероятно! Я живу в Киото уже столько десятков лет, но в таком месте — впервые, — воскликнул Мокава, втиснувшись под мой зонт. Он был за рулем и позже всех вышел из машины.

Михоси, наполовину высунувшись из-под зонта, подняла ладонь к небу и сказала:

— Прогноз предупреждал о дожде, но все же идти от вокзала пешком в такую погоду было бы просто ужасно. Дядюшка, ты нас спас!

— Не бери в голову. Мы вместе управляем кофейней, поэтому, когда ты говоришь, что постараешься изо всех сил, мне тоже придется поднажать. — Мокава смущенно почесал щеку указательным пальцем.

Это случилось вчера вечером. Мне каким-то образом удалось перестроить свои планы на праздники так, чтобы все эти три дня я мог быть с Михоси, и я заехал в «Талейран» после его закрытия, чтобы обсудить последние приготовления.

— …Если мы повезем все свои инструменты и материалы, у нас получится слишком много багажа. Как мы доберемся до места проведения?

— Что ж, Аояма-сан, если вы согласитесь помочь мне донести вещи, то мы можем поехать на поезде, от вокзала не так уж далеко идти пешком.

— Но по прогнозу завтра будет дождь. Материалы испортятся, если промокнут.

— Ох, я не учла погоду… Тогда, думаю, нам придется взять такси.

Пока мы перебрасывались репликами, Мокава вдруг вмешался, разглядывая брошюру КБК.

— В таком случае я подвезу тебя. На машине наверняка быстрее будет.

Немного удивленный его добротой, я обменялся взглядами с Михоси. Заманчивое предложение, но сперва она не решилась принять его.

— Все в порядке, правда. Было бы жаль заставлять тебя ехать на репетицию, не говоря уже о самом выступлении.

— Да ладно тебе! Без тебя мне кофейню все равно не потянуть. Такой редкий праздник для нашей семьи — твое выступление, грех не подсобить.

— Дядюшка! — Михоси, казалось, была глубоко тронута необычайно благородным предложением Мокавы.

Мне возразить было нечего, и я решил просто принять его предложение.

И вот, до турнира оставался еще день, и мы втроем вошли в зал. Михоси все еще смотрела на Мокаву сияющими глазами, и я подумал, а не слишком ли она наивна? Она знает Мокаву гораздо дольше, чем я, и должна понимать, что у него на уме.

— Похоже, Мокава-сан, вам предстоит расстараться еще сильнее, — небрежно заметил я, вспоминая, как вчера он рассматривал страницу буклета с фотографиями участников турнира. — Ведь все участницы-бариста просто красавицы.

Мокава придвинулся ко мне ближе:

— Это точно! Была там одна девушка, Саэко вроде звать…

— Так вот в чем дело!

Рядом со мной будто из самой глубины земли поднялось сильнейшее чувство разочарования. Это была Михоси. Своим движением Мокава толкнул меня, и Михоси вытеснило из-под зонта. С ее челки стекала вода. Она шла, наклонив голову, и глаза ее были как у призрака ребенка из японских фильмов и сериалов.

Мокава ахнул:

— Ты шутишь? Да что случилось?

— Я не шучу! — Михоси выхватила у меня зонт и одна направилась к воротам комплекса.

Я упер руки в бока и взглянул на старика:

— М-да, вот уж попало ни за что. Досадно.

— Это из-за тебя, дурака, она вспыхнула!

— И когда она только успела стать такой обидчивой?

— Чем старше она становится, тем сильнее напоминает мне мою покойную жену.

И мы посеменили за ней следом. Ноябрьский дождь был куда холоднее, чем я думал.

«Как она вообще умудрилась вспыхнуть под таким дождем?» — мелькнула у меня мысль, за которую, я чувствовал, мне тоже могло прилететь.

Мы прошли сквозь автоматические двери и, оказавшись в «Артери Плаза», вытерли мокрые лица и плечи платком. Прямо напротив входа в вестибюль дугой выступала стойка ресепшен, но за ней никого не было. Слева виднелась небольшая комната, отделенная от коридора тонким стеклом — начинавшимся от уровня пояса и выше. Рядом висела табличка с надписью «Служебное помещение», так что, наверное, тут постоянно дежурит охранник или смотритель.

— Значит, нужный нам большой выставочный зал — где-то дальше по коридору, — сказал я, обращаясь к Михоси, с которой наконец поравнялся.

Она кивнула, просматривая план здания с указателями.

Это был день подготовки к выставке, поэтому в главном выставочном зале царила суматоха: люди постоянно приходили и уходили. Когда мы сообщили женщинам в форменных блузах, стоявшим у входа, что мы участники КБК, нам выдали бейджики. Видимо, вписать в них имена было достаточно. Ни меня, ни Мокаву не спросили, кто мы такие, — возможно, правила в этом отношении на удивление мягкие.

— Вау, это потрясающе! — Войдя внутрь, я был поражен масштабом выставочного зала.

Даже на первый взгляд было понятно, что там больше ста, а то и двухсот стендов. У каждой компании была