Эдмару, — сказал Каэл.

— Да.

Эдмар уже почти исчезал в белом свечении.

— До встречи в зале, племянник. Приведи свою избранницу. Пусть весь двор увидит, что именно ты назвал своей.

Свет схлопнулся.

Он исчез.

Белый осколок упал на пол, потемневший и пустой.

Несколько секунд никто не двигался.

Потом Каэл резко повернулся:

— В зал.

— Книги! — напомнила Селена.

Я схватила обугленную страницу с подписью Эдмара и прижала к груди. Каэл взял брачную книгу родителей. Селена — книгу первых избранниц. Белый осколок я подняла через край рукава, хотя он уже не светился.

— Зачем? — спросил Каэл.

— Если он собирается показать рану, нам понадобится показать, чем ее резали.

Он кивнул.

Мы побежали.

Плотное платье мешало, тело после всех обрядов дрожало, легкие жгло, но я бежала. Каэл хотел подхватить меня, я чувствовала это через связь, но не сделал. Только замедлял шаг ровно настолько, чтобы я не отстала. Селена, к моему удивлению, держалась не хуже нас, а иногда даже подгоняла:

— Быстрее. Если первая волна пойдет без нас, зал поверит картинке раньше, чем услышит слово.

Когда мы ворвались в боковой проход к главному залу, изнутри уже доносился гул. Не голоса — магия. Грозовое Зерцало говорило с залом без слов, и каждый звук отдавался в костях.

Двери были открыты.

Мы вошли.

Зал изменился.

Все свечи погасли. Вместо них светило само Зерцало. Его гладь стала белой, как ледяное солнце, и на ней разворачивались картины, которые Эдмар показал нам в коридоре, только теперь — огромные, яркие, беспощадные.

Велисс перед драконами.

Велисс на судах источника.

Велисс рядом с теми, кого лишали грозовой власти.

Люди в зале смотрели завороженно и испуганно.

Королева стояла у первого круга, лицо ее оставалось спокойным, но белые стражницы уже держали руки на мечах. Мирена смотрела на Зерцало, и в ее глазах впервые за день было не торжество, а растерянность. Возможно, даже она не знала всей глубины того, что Эдмар собирался выпустить.

Сам Эдмар стоял у Зерцала. Уже не один. Рядом с ним были двое старших советников, которых я видела утром, и несколько магов совета. В руке Эдмара больше не было осколка. Он стоял с пустой окровавленной ладонью, но выглядел победителем.

— Ваше величество, — произнес он, когда нас увидел, — вот то, что Велисс скрывали под видом служения правде. Они столетиями вмешивались в право драконьего рода на власть. Они решали, кто достоин источника, а кто должен быть отсечен. И сегодня их наследница, в чьем теле находится чужая душа, пришла требовать то же право.

Гул в зале стал громче.

Королева не ответила.

Она смотрела на меня.

— У вас есть возражения, Лиара Велисс?

— Есть, — сказала я.

Голос прозвучал не так громко, как хотелось, но зал услышал.

Каэл остановился рядом. В руках он держал брачную книгу родителей, словно не документ, а открытую рану.

— Он показывает не ложь, — сказала я. — Он показывает половину правды.

Эдмар усмехнулся.

— Удобная защита.

— Очень. Вы сами пользуетесь ею двенадцать лет.

В нескольких местах зала кто-то ахнул.

Я пошла вперед. Не к Эдмару — к Зерцалу. С каждым шагом белый свет давил сильнее, пытаясь повернуть голову к страшным картинкам. Велисс лишает дракона власти. Велисс закрывает путь наследнику. Велисс стоит рядом, когда грозовой источник отвергает кровь. Да, все это было. Но в каждом отражении я искала то, что Каэл увидел первым: что было до.

— Зеркало показывает момент приговора, — сказала я. — Покажи преступление.

Гладь дрогнула.

Эдмар резко поднял руку:

— Она не имеет права приказывать первому зеркалу.

Селена шагнула рядом со мной.

— Имеет, если первое зеркало уже отвечает.

Я протянула белый осколок. Он был темный, пустой, но стоило поднести его к свету Зерцала, как внутри вспыхнула тонкая линия.

— Велисс помнит не только падение. Велисс помнит причину.

Осколок раскололся в моей ладони без боли.

Белый свет Зерцала на миг стал серебряным.

Картинка изменилась.

Первый дракон, которого Велисс лишила источника, стоял перед этим же источником с руками по локоть в грозовом огне. За ним лежали мертвые не потому, что Велисс пришла судить. Они лежали до нее. Он пытался вытянуть силу из младших родичей, чтобы продлить собственную власть. Женщина Велисс не выбирала, кому жить. Она свидетельствовала: источник уже отверг убийцу.

Следующее отражение.

Юный наследник просит выбрать его, но за его спиной другой брат уже клянется совету отдать будущую избранницу под контроль. Велисс останавливает не род, а ложную клятву.

Третье.

Четвертое.

Пятое.

В каждом случае Велисс приходили не до преступления, а после первой лжи. Они не решали вместо источника. Они заставляли источник быть услышанным.

Зал молчал уже иначе.

Эдмар стоял очень прямо, но кровь с его ладони капала на пол.

— Красивый фокус, — сказал он.

— Нет, — произнесла королева. — Продолжайте.

Я выдохнула.

Теперь главное.

Каэл открыл брачную книгу родителей и положил ее на каменный стол у круга Зерцала.

— Брачная клятва Дарэна Рейвендара и Эйры Морвен, — сказал он. — Скрытая формула подчинения, внесенная за подписью Эдмара Рейвендара и Кассандры Астерваль.

Мирена вздрогнула.

— Моей матери?

Каэл посмотрел на нее.

— Да.

— Нет. Она не…

Но голос у нее дрогнул.

Эдмар резко сказал:

— Книга повреждена. Запись могла быть искажена зеркальной магией Велисс.

Селена открыла книгу первых избранниц.

— Тогда сверим с независимым списком хранителей. Здесь указаны все случаи истинного выбора до вмешательства совета. Имя Эйры Морвен стоит как свободной избранницы. Ни одной записи о необходимости подчиненной формулы нет. Имени Мирены Астерваль нет вообще.

Это было жестоко.

Не для Эдмара.

Для Мирены.

Она побледнела так сильно, что стала почти одного цвета со своим горлом. Все эти годы ее готовили к роли, которую Зерцало не обещало ей никогда. Она могла быть сообщницей, интриганкой, опасной соперницей, но в этот миг я увидела еще и другое: ее тоже растили как инструмент. Только позолоченный.

— Это ложь, — прошептала Мирена.

Эдмар не посмотрел на нее.

Ни разу.

Вот так он и проигрывал людей: когда они становились неудобными, переставал их видеть.

— Запись о моей смерти, — сказала я и положила обугленную страницу рядом. — Лиара Велисс была внесена в родовую книгу как погибшая без тела задним числом. Подпись Эдмара. Оррен Мальт подтвердит, что по его приказу архив пытались очистить от зараженных записей. Только заражены были не записи. Заражена была ложь вокруг них.

Королева взяла страницу через перчатку, прочитала.

Эдмар сказал:

— Ваше величество, вы не можете опираться на документы, извлеченные из горящего архива под влиянием самой Велисс.

— А на что я могу опираться, лорд Эдмар? — спокойно спросила она. — На