Кайл наклонился, посмотрел на сына, и я увидела, как по его лицу тоже текут слёзы — золотые, светящиеся, драконьи.

— Сын, — сказал он тихо. — У меня сын.

Он протянул руку, осторожно коснулся маленькой щёчки. Малыш открыл глаза, и я ахнула. В них горел золотой огонь, такой же, как у Кайла.

Кайл наклонился, поцеловал меня в лоб, потом осторожно коснулся пальцем щёчки сына.

— Спасибо, — сказал он. — Спасибо тебе.

***

Алекс рос не по дням, а по часам. Я сначала думала, что мне кажется, но Яга подтвердила: драконьи дети развиваются быстрее человеческих. К месяцу он уже держал голову, к двум — пытался ползать.

— Он же младенец! — возмущалась я, когда Кайл в очередной раз пытался обсуждать с сыном политическую ситуацию в королевстве.

— Он дракон, — отвечал Кайл. — Ему нужно развивать мозги с пелёнок.

Я только рукой махала.

Как-то вечером, мы вместе искупали Алекса. Кайл вытирал его, смеялся, и в этом смехе было столько счастья, что у меня защемило сердце.

— Кайл, — позвала я.

Он обернулся.

— Что?

— Ничего, — ответила я. — Просто... спасибо.

Он подошёл, обнял меня осторожно.

— Это тебе спасибо, — сказал он. — За то, что дала шанс. Я очень люблю тебя.

Я прижалась к нему и закрыла глаза. И в этот момент где-то глубоко внутри, в той части души, где жили мои страхи и сомнения, что-то растаяло окончательно.

Тео, кажется, довольно ухнул где-то на границе сознания Кайла.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я.

Кайл вздрогнул. Отстранился, посмотрел мне в глаза.

— Правда?

— Правда, — ответила я. — И, кажется, уже давно. Просто боялась себе признаться.

Кайл улыбнулся своей самой теплой улыбкой.

— Я бы тебя ждал, — сказал он. — Сколько нужно.

— Не нужно, — ответила я. — Я уже здесь.

И поцеловала его по-настоящему — в губы, долго, не отпуская.

***

Маленький Алекс рос, и его магия проявлялась всё сильнее. К году он уже умел зажигать свечи взглядом, а к полутора — ненадолго превращать пальчики в когти. Кайл учил его контролировать силу, и у них были целые ритуалы — утром они садились на пол в гостиной и «играли в драконов», то есть малыш пытался не взорвать всё вокруг, когда радовался или злился.

— У него огромный потенциал, — говорил Кайл. — Сильнее, чем у меня в детстве.

— Значит, будем учить, — отвечала я.

Однажды, когда Алексу было уже два года, я спустилась в подвал проведать портал. За эти годы я много раз к нему обращалась — за посудой, за тканями и даже за игрушками для сына. Портал привык ко мне, перестал вредничать и выдавал нужные вещи почти без капризов.

Но в этот раз он вёл себя странно. Пульсировал быстрее обычного, переливался ярче, и от него исходило какое-то возбуждение, будто он хотел мне что-то сказать.

— Что случилось? — спросила я. — Ты какой-то нервный.

Портал дёрнулся, и из него вылетела картинка: лес, высокие сосны, избушка на курьих ножках. Настоящая, как в сказках. А потом изображение сменилось, я увидела старую женщину в платке, которая сидела на крыльце и смотрела вдаль.

— Это... — начала я и замолчала.

Портал показал ещё несколько картинок — тот же лес, та же избушка, та же старуха. А потом всё исчезло, и портал затих.

Я поднялась наверх, нашла Ягу на кухне и села напротив.

— Яга, — сказала я. — Портал показал мне твой мир. Там избушка на курьих ножках и старуха, похожая на тебя. Ты можешь вернуться, если захочешь.

Она замерла с половником в руке. Долго молчала, потом поставила половник.

— Покажи, — сказала она.

Я спустилась с ней в подвал и попросила портал показать ещё раз. Он послушно выдал картинки: лес, избушку, старуху. Яга смотрела не отрываясь.

— Это моя подруга, — сказала она наконец. — Мы когда-то поссорились, и я ушла в другой мир. Думала, на время. А получилось — навсегда.

— Ты можешь вернуться, — повторила я. — Портал проведёт тебя.

Яга молчала долго. Потом повернулась ко мне, и в глазах у неё стояли слёзы.

— А зачем? — спросила она. — У меня здесь семья. Ты, Теодор, Иви, Моргана, маленький Алекс, Лина, Кайл... Вы мои. А там... там прошлое. Пусть остаётся прошлым.

— Ты уверена?

— Уверена, девонька, — она улыбнулась. — Я свой выбор сделала. И не жалею.

Мы поднялись наверх. Яга снова взялась за половник, загремела кастрюлями, и я поняла, что всё правильно. Она дома. Как и мы все.

Эпилог. Пять лет спустя

Кофейня «Кофе с того света» процветала. За пять лет она стала главной достопримечательностью Кориндила — сюда приезжали даже из столицы, чтобы посмотреть на настоящих призраков (которые теперь были уже живыми) и попробовать тот самый кофе, о котором ходили легенды.

Мы расширились — купили соседний дом, куда и переселились. Теперь в кофейне было три этажа, сад во дворе, отдельная комната для шахматного клуба, читальный зал, детский уголок (где Иви развлекала малышей) и даже небольшая сцена для выступлений.

Теодор, Иви и Яга окончательно материализовались. Моргана со своим возлюбленным жили в отдельном флигеле во дворе, играли в шахматы, спорили о политике и были так счастливы, что на них смотреть без улыбки было невозможно.

— Четыреста лет ждала, — ворчал Теодор, когда я заходила к ним. — И теперь пилит меня каждый день.

— Я тебя не пилю, я воспитываю, — поправляла Моргана. — Есть разница.

Иви и Элиан жили в мансарде. У них родились двое детей — мальчик и девочка, оба с крыльями, оба такие же светящиеся и прекрасные, как их мама. Иви носилась с ними по кофейне, учила летать и рассказывала сказки. Элиан работал в библиотеке и писал по вечерам книгу — историю о том, как фея и человек полюбили друг друга и победили все преграды.

Лина вышла замуж за сына булочника. Они открыли свою пекарню рядом с кофейней и поставляли нам свежую выпечку. Лина приходила каждый день просто посидеть за столиком, выпить кофе и поболтать.

— Скучаю по работе, — признавалась она. — Но дома тоже хорошо.

Тиана и тот самый маг, что поглядывал на