Мы едва не вылетели прямо в него и в последний момент замерли у самой границы тени, вжимаясь в стену.

Картина открылась… занятная.

В центре зала пятеро остававшихся на ногах курсантов из одной из трёх команд группы «Б» отчаянно отбивались от твари. Да уж, с таким чудовищем лучше не встречаться. Я думал что наш боевой зомби сильный противник, но тут…

Четырёхлапое, вытянутое тело, покрытое каменно-костяными наростами. Из спины торчали кривые шипы, а пасть раскрывалась широко неестественно широко для живого существа.

Ещё двое из их команды лежали на полу.

Один без сознания, с пробитой грудью и разрезанным животом. Кровь струилась из ран и растекалась по полу тёмной лужей. Второй, привалившись спиной к стене, тихо стонал, прижимая к себе культю — отрубленная кисть валялась неподалёку.

Из оставшихся на ногах двое держали магические щиты, которые мерцали под ударами твари. Остальные осыпали её всем доступным им арсеналом — огнём, молниями, воздушными лезвиями, — но существо словно не замечало атак, лишь изредка поводило панцирем, словно стряхивая воду и продолжало раз за разом пытаться проломить щиты курсантов.

— Что они там говорили? — прошептал Соловец, указывая взглядом на лежащего без сознания. — «Если будут получены опасные для жизни травмы, курсанта сразу перенесёт в лазарет к целителям»? Тогда это что?

Словно отвечая на его слова, раздался сухой хлопок.

Тело раненого курсанта исчезло во вспышке света, оставив на камне лишь смятую одежду и тёмное пятно крови, и лёгкий запах озона.

Тем временем удача повернулась к курсантам лицом — одно из заклинаний воздушного лезвия вклинилось точно в узкую щель между костяными пластинами. Ядовито-зелёная жижа, заменяющая твари кровь, брызнула на каменный пол и зашипела.

Чудовище резко дёрнуло головой. Пасть распахнулась ещё шире, и из неё вырвался глухой, вибрирующий рёв, от которого по коже побежали мурашки. Наросты на спине вздрогнули, слабо засветились.

Тварь рванула вперёд, всем своим телом врезавшись в щиты.

Один из магов не удержал заклятие.

Сухой треск — и магическая преграда рассыпалась. Удар лапы отбросил несчастного на несколько метров. Тот врезался в колонну и сполз по ней, оставляя на камне кровавую полосу.

Курсантов осталось четверо.

— Всё, — тихо сказал я. — Сейчас их добьют.

— Мы вмешиваемся? — напряжённо спросила Валевская, уже формируя огненное плетение. — Или смотрим, как их перемалывают? Она с ними закончит и примется за нас.

Я быстро прикинул шансы.

Курсанты вымотаны. Их хватит максимум на минуту. А тварь, несмотря на ранение, выглядела почти полной сил. Более того — разъярённой. С людьми мы справимся. С ней — нет, если упустим момент.

— Атакуем тварь, — решил я. — В спину. Все вместе. Заканчиваем её и добиваем выживших. Вероника — огненное копьё. Илья, есть что-нибудь против брони?

— Есть. Гранитный молот, — коротко ответил Соловец.

— Сойдёт. Сначала молот, потом копьё. Готовы?

— Готов, — кивнул он.

— Готова, — подтвердила Валевская. На кончиках её пальцев уже плясало пламя.

Тварь обрушила ещё один удар. Последний щит отделявший её от курсантов не выдержал нагрузки и замерцал.

— Сейчас, — прошептал я. — Три… два…

— … один.

Я вынырнул из тени и метнулся в сторону, освобождая линию атаки.

Первым ударил гранитный молот.

Массивный каменный таран врезался твари в спину. Не ожидавшая удара, она просела на передние лапы и, проскользила по камню почти на метр, с визгом оставила борозды от когтей на плитах. В месте удара панцирь треснул.

Следом, точно в ту же точку, ударило огненное копьё.

Пламя вспороло щель, прожигая плоть под бронёй. Тварь издала протяжный вой — не рёв, а именно вой, полный боли и ярости.

Она ещё не успела прийти в себя, когда я, резко ускорившись, влил в мышцы почти пятую часть оставшегося резерва, подскочил к чудовищу и начал раз за разом опускать артефактный топор на оголившуюся плоть.

Нужно добраться до позвоночника. Или до того, что его заменяет. Там должен быть нервный узел.

С каждым ударом зелёная кровь лилась всё обильнее.

Но бой был ещё не закончен.

Встряхнув головой и фыркнув, тварь резко рванула вперёд. Рывок оказался неожиданно мощным — топор вырвало у меня из рук. Артефакт так и остался торчать в её спине.

Ангелы и небеса!

Я отскочил в сторону. Чудовище, не сбавляя темпа, прыгнуло следом. Рвыком нырнул вниз, пропуская его над собой.

Не рассчитав инерцию, закованная в панцирь тварь врезалась головой в стену. Камень разлетелся от удара в стороны. Попыталось подняться, но новый гранитный молот Соловца впечатал её обратно в стену.

Я рванулся к топору и схватился за рукоять.

Дёрнул.

Проклятие!

Застрял.

Я принялся раскачивать оружие из стороны в сторону, выламывая его из плоти и костяных пластин.

И в какой-то момент лезвие ушло чуть глубже и похоже, наконец, задело нервы.

Тварь дёрнулась — и её задние лапы внезапно разъехались. Она тяжело осела на камень, плюхнувшись на пятую точку.

На тупой, безобразной морде отразилось почти человеческое удивление. Спустя миг, врезавшееся в морду огненное копьё, мгновенно сбило выражение с лица твари.

Тем временем оставшиеся на ногах курсанты группы «Б» наконец пришли в себя.

Я нутром почуял неладное и резко обернулся — ровно в тот миг, когда с ладоней одного из адептов сорвался сноп огненных искр.

Я едва успел накрыться наспех сформированным «Живым покровом».

Щит принял удар, не позволив вражескому заклятию добраться до меня. Флакон обратного импульса, висевший на груди, резко нагрелся.

Спустя мгновение врагов накрыла гигантская волна огненных… нет, не искр — по размеру это скорее напоминало шары, вырванные из чистого пламени. Спрашивали, сколько энергии было вложено во флакон? Отвечу: чудовищно много.

Пусть заклятие было низкоуровневым, но из-за его огромной силы, истощённый щит, прикрывавший курсантов, не продержался и секунды.

Оставшиеся в живых адепты закричали — и тут же рухнули на камень обугленными телами, после чего исчезли.

Тем временем, тварь, оставшаяся без внимания, воспользовалась передышкой.

Опираясь на уцелевшие передние лапы, она подползла ко мне и рванулась в стремительном броске. «Покров жизни» не выдержал — защитное плетение треснуло и рассыпалось.

Мне повезло лишь чудом: в последний миг я успел сместиться в сторону, уходя от клыков. Но один из шипов, торчавших на морде твари, всё же полоснул по руке.

Алая кровь хлынула на каменный пол.

Я поспешно накладывал одно исцеляющее плетение за другим, стараясь остановить кровотечение. Бросился вперёд, на ходу вцепившись в рукоять всё ещё торчавшего в спине чудовища топора.

Лезвие хлюпнуло и… поддалось. Наконец-то.

Из глубокой раны хлынул уже не просто поток, а настоящий водопад ядовито-зелёной крови, заливая камень под ногами.

Ещё