сурового и решительного лица брата что-то в глубине моей души отзывалось болью — будто старая рана начала кровоточить.

Лицо Шиарея было искажено напряжением, а вокруг него клубилось марево жара. Он пытался сдержать мою бушующую мощь. Ему это удавалось, но с большим трудом.

— Хватит, Азарей, — процедил он. — Приди в себя. Ты сейчас тут всё уничтожишь.

— Это то, чего я желаю! — проревел я, и земля снова содрогнулась, отвечая на мой гнев. — Пусть всё здесь провалится в бездну!

— Готов погубить дом своей Ами?! — прорычал Шиарей, его чёрный хвост яростно рассёк воздух.

Эти слова остудили меня, словно ушат ледяной воды.

Дом Ами.

Место, где она выросла.

Я метнул взгляд на бледное, испуганное лицо женщины по имени Лина, прижавшейся к Шиарею.

Они с Ами были похожи. Родные сёстры. У Лины тоже были белые волосы, но я и не касаясь вижу, что они иной фактуры. Лицо Лины точно собрано из тех же деталей, что лицо моей мианессы, но впечатление от него – совсем другое.

Для Ами эта женщина важна. А значит, я её не трону. И, разрушив это место, я причинил бы боль своей мианессе. Она бы точно заплакала — увидь на месте жалких домишек вдали — руины.

Сдавленный рык вновь вырвался из моей груди. Мой хвост изогнулся дугой. Сжав кулаки, я титаническим усилием воли заставил сотворённую мною бурю стихнуть.

Молнии погасли, тучи замедлили своё движение, земля перестала дрожать. Воздух, однако, всё ещё вибрировал от захлебнувшейся в нём грозовой мощи. Хватило бы малейшего всплеска гнева, чтобы она вырвалась — и обратила в пепел всё живое. Но пока что — сила была под контролем.

Шиарей выдохнул, ослабляя хватку на моём плече.

— Неужели на сей раз ты готов слушать доводы разума, брат? Кажется, Ами сильно на тебя повлияла…

Я не удостоил нелепый сарказм брата ответом. Вместо этого скинул его руку и широким шагом направился к ожидающим меня грозовым волкам. На одном из них примчалась Ами… Меня брала гордость за то, что моя мианесса так быстро оседлала оками, но одновременно душу разъедала горечь — за то, что возлюбленную украли из моих рук.

Мысли о главном метались. И пока я не находил решения.

Как забрать Ами из Храма? Как пробить барьеры Безупречных? Ведь я – последний, кого они пустят на свою территорию…

Я обернулся к брату:

— Ты всё ещё водишься с этим постнолицым жрецом? — желчно напомнил я Шиарею причину нашего раздора.

— Если ты про Безупречного жреца Айрона, то… — начал Шиарей.

— Да, про него! — теперь я полностью развернулся к брату, и наши взгляды скрестились, как клинки. — Про этого хитрого змея, которого ты когда-то поставил выше семьи! Выше крови!

— Я говорил тебе тогда и повторяю сейчас: убийство — это не выход, — голос Шиарея начал набирать силу, и от его гнева воздух снова заструился жаром. — Даже если Айрон ошибся…

— Ошибся?! — мой хвост со свистом рассёк воздух, гневно щёлкнул кончиками, — Этот вечно фыркающий змей пытался прибрать к рукам Ядро Контроля над Йомнаром! А значит, и над всеми ёкаями! Он жаждал власти! За ТАКУЮ ОШИБКУ его положено было порубить на кусочки. А потом уже принимать извинения. От каждого кусочка по отдельности! Но, как мне помнится, безупречные никогда ошибок не признают. И уж тем более не извиняются. Зато замечательно умеют запудрить мозги! И ты отличный тому пример.

— Он хотел лучшего для миров, — перебил меня Шиарей, шагнув вперёд. — Древние демоны рвутся из недр. Пророчество было озвучено. И Айрон просто искал способ предотвратить худшее. Я не оправдываю его и не поддерживаю в том поступке. Он выбрал не лучший путь решить проблему. И уже за это поплатился. Но Безупречный точно смерти не заслуживает. Тем более когда он так поступил, то верил, что это ради общего блага. Ему были нужны все силы, чтобы справиться с угрозой, но ты не желал его слушать.

— Ха! — я скрестил руки, хотя мне хотелось кого-нибудь придушить. Например, моего доверчивого брата, который когда-то так запросто отказался от семьи, лишь бы прикрыть обнаглевшего жреца. И хуже того, сейчас он продолжал гнуть свою линию! — Пророчество! Демоны! Какая удобная байка, чтобы установить свою власть, — я оскалился, с яростью глядя на своего неразумного брата.

Что Шиарей пережил в изгнании? Какую цену заплатил за своё предательство?! Видно недостаточную, раз даже годы спустя продолжает поддерживать чужака – Безупречного! Холодного, хитрого, с почти неподвижным лицом! Заносчивого подлеца, которого интересуют только его пахучие взвары, от коих у приличных ёкаев мутится разум! Да талмуды с прогнозами будущего миров! Лживые теории заговоров, у которых единственная цель – урвать себе верховную власть!

И почему мой брат этого упорно не видит?!

— Айрон не лгал, — отвратительно-спокойно произнёс Шиарей. — Я сам сталкивался с тварями из глубин, каких ты в самых чёрных снах не представишь. И видел своими глазами как текучи их тела и непостижим разум – словно мириады существ мыслят, обитая в единственном страшном теле… Азарей, всё как жрец предрекал…

— Ты продолжаешь его защищать!

— Здесь только ты продолжаешь отрицать очевидное. Слышишь одного лишь себя.

Гнев снова закипел во мне, земля под ногами задрожала, готовая разверзнуться. Мы были на волосок от новой схватки.

— Стойте, — вдруг прозвучал голос человечки Лины. Тихий, но на удивление твёрдый. Она бесстрашно потянулась к чёрному хвосту Шиарея. И тот моментально накрутился ей на руку… Должно быть, она и правда была мианессой брата. Иначе как такое возможно? — Можно, я попробую понять… Верно ли, что Ами сейчас в Храме Безупречных? У Айрона?

Шиарей кивнул.

— И… это значит, что она в безопасности. Так? — теперь человечка Лина как-то странно, одновременно вопросительно и успокаивающе смотрела мне в глаза.

Пришлось признать. Это так… Каким бы хитрым и мелочным ни был Айрон, он не причинит Ами вреда лишь за то, что она истинная его врага. Не потому, что он добрый или порядочный, как может считать Шиарей. А потому что в этом на данный момент нет стратегического смысла…

— Да… — не стал я делиться своими измышлениями об Айроне с женой своего брата.

— Значит, ничто не мешает нам отправиться туда… — Лина окинула светлым взглядом нас обоих, — …допустим, через час. И забрать её.