— Прекрасный вечер, — констатировал некромант. — Столько восхитительной женской энергии! Я чувствую себя на двадцать лет моложе. Ах да, я и так выгляжу на сорок. Аларик, мальчик мой, я собрал достаточно векселей, чтобы купить еще один сталелитейный завод.

— Оставьте бюрократию нашему бухгалтеру, дедушка. У нас впереди более интересные события, — Аларик направился к выходу. — Орловский не из тех, кто отступает после первого поражения. Он поймет, что яд и ликвидаторы не работают. Он ударит по закону. Ждем Ревизора.

Змей хищно улыбнулся. Паутина была сплетена безупречно. Столичная богема уже билась в ее шелковых нитях, умоляя о новой дозе иллюзий. Теперь оставалось лишь насладиться зрелищем того, как его враги сами загоняют себя в ловушку, пытаясь бороться с человеком, который не просто нарушает правила, а пишет их заново.

— К машине, барон. Нас ждет завод и подготовка к визиту государственных гостей, — бросил интриган, надевая перчатки. — И не забудьте передать Фантому, чтобы не отсвечивал. Ревизор должен уехать от нас не с пробитой головой, а с подписанным актом о полной непогрешимости рода гада Рус.

Их шаги растворились в тишине особняка. Элегантный «Эфир-Фантом» мягко принял пассажиров в свои кожаные объятия и бесшумно растаял в ночном тумане столицы, увозя с собой тех, кто только что скупил половину империи за несколько унций алхимического крема.

Глава 14

Утро понедельника выдалось на удивление солнечным, словно сама природа решила подыграть идеальной картинке, развернувшейся на территории «Красной киновари». Завод сиял пугающей, почти стерильной чистотой. Бывшие рэкетиры, переодетые в отутюженную униформу службы безопасности, патрулировали периметр с выправкой гвардейского полка. Воздух пах не жженой резиной и серой, а горной лавандой и озоном — побочным эффектом масштабного производства «Слез Афродиты».

Аларик гада Рус сидел в своем роскошном кабинете, наслаждаясь чашкой свежезаваренного колумбийского кофе. Юный князь был облачен в безукоризненный серый костюм-тройку, подчеркивающий его аристократическую бледность. На столе перед ним лежала утренняя газета с кричащим заголовком об отставке пары мелких чиновников, попавшихся на взятках.

В дверь деликатно постучали. На пороге возник Стартер. Модернизированный киборг, несмотря на свои габариты и устрашающий стигийский протез, двигался удивительно тихо.

— Ваше сиятельство, — доложил начальник охраны, вытянувшись по стойке смирно. — У ворот гости. Три правительственных броневика. Взвод имперских гвардейцев в полной боевой выкладке и какой-то сухой хрыч в мундире Финансовой Канцелярии. Требуют немедленно открыть ворота. Говорят, пожаловали с внеплановым аудитом.

Трикстер сделал неспешный глоток кофе и удовлетворенно прикрыл глаза.

— А вот и наш ответный удар от многоуважаемого Канцлера, — интриган аккуратно поставил чашку на фарфоровое блюдце. — Граф Орловский, видимо, всю ночь плакал в жилетку своему покровителю, требуя крови. Впустите их, Стартер. И ради Бездны, улыбайтесь шире. Мы — абсолютно прозрачный, легальный бизнес.

Киборг хищно оскалился, отдав честь, и исчез в коридоре.

Через пять минут двери кабинета с грохотом распахнулись. В помещение чеканным шагом вошли четверо гвардейцев с эфирными карабинами наперевес, следом за которыми вплыл Имперский Ревизор.

Аполлон Ильич Мышкин был идеальным винтиком бюрократической машины. Серый сюртук, жидкие, зачесанные набок волосы, водянистые глаза за толстыми стеклами пенсне и губы, сжатые в тонкую, брезгливую линию. Такие люди не брали взяток золотом, потому что питались чужим страхом и властью, данной им печатью Императора.

В руках ревизор сжимал папку с гербовой бумагой.

— Князь Аларик гада Рус! — голос чиновника скрипел, как несмазанная дверная петля. — Именем Его Императорского Величества и по личному распоряжению Канцлера Империи! Ваше предприятие подлежит немедленной проверке, а все финансовые счета — заморозке до выяснения обстоятельств. Вы подозреваетесь в незаконной некромантии, теневом обороте алхимических веществ и неуплате податей!

Гвардейцы угрожающе сдвинули брови, ожидая сопротивления, магии или попытки побега.

Бывший криминальный гений не сдвинулся с места. Он лишь элегантно закинул ногу на ногу и ослепительно, искренне улыбнулся, словно встретил старых, любимых родственников.

— Доброе утро, Аполлон Ильич. Присаживайтесь, прошу вас. Не желаете кофе? Или, быть может, свежих круассанов? Мой камердинер только что доставил их из лучшей пекарни столицы.

Ревизор поперхнулся заготовленной речью. Он ожидал паники, угроз, истерики — чего угодно, только не радушного гостеприимства.

— Я здесь не чаи гонять приехал! — рявкнул чиновник, покраснев от возмущения. — Вы понимаете серьезность обвинений⁈ Где ваши черные книги? Где некромантские алтари⁈ Я перерою этот завод от чердака до подвалов, и если найду хоть каплю незаконного эфира, вы отправитесь в казематы!

— Ваше рвение делает честь Империи, — Аларик плавно поднялся из-за стола, опираясь на Трость Мефистофеля. — Я всецело поддерживаю стремление Канцелярии к прозрачности. К тому же, мне абсолютно нечего скрывать. Мы производим элитную косметику и восстанавливающие лосьоны. Можете осмотреть каждый цех, каждую пробирку. Я лично проведу для вас экскурсию.

Юный князь жестом пригласил ревизора к выходу. Мышкин, подозрительно щурясь, сделал знак гвардейцам следовать за ним.

Экскурсия началась с верхних ярусов. Цеха, где когда-то бандиты вымогали деньги, теперь сияли хромированными котлами. Рабочие в белоснежных халатах следили за перегонкой розового масла и экстракта лунной орхидеи. Никаких криков измученных душ, никаких брызг крови на стенах. Только стерильность и аромат роскоши.

Ревизор злился. Он заглядывал в чаны, требовал накладные, сверял печати на бочках с реагентами. Всё было безупречно. Бухгалтерия сходилась до копейки, лицензии на алхимию оказались заверены по высшему разряду, а налог с продаж — уплачен авансом на месяц вперед.

— Это декорации, — прошипел Аполлон Ильич, вытирая платочком вспотевший лоб. — Канцлер получил точные сведения. Вы скрываете подпольную лабораторию. Покажите мне нижний ярус! Сектор Ноль!

— Как скажете, господин ревизор, — легко согласился манипулятор. — Однако, правила безопасности категорически запрещают нахождение вооруженного конвоя в стерильных зонах тонкой алхимии. Эфирные карабины ваших гвардейцев могут вызвать резонанс с чувствительными препаратами. За последствия я ручаться не могу — полквартала взлетит на воздух. Вы же не хотите писать отчет о разрушении государственного имущества?

Гвардейцы невольно переглянулись и крепче перехватили оружие. Мышкин скрипнул зубами. Бюрократические инструкции были для него священны.

— Ждите здесь, — бросил он солдатам. — Я пойду с князем.

Они спустились по винтовой металлической лестнице в подвальные помещения. Воздух здесь был значительно прохладнее. Тяжелые гермодвери разошлись в стороны.

Лаборатория Аристарха Львовича встретила их тишиной. Самого некроманта внутри не оказалось — дедушка предусмотрительно удалился в свои покои, чтобы не нервировать проверку своим «иностранным» происхождением и помолодевшим видом. Каркас убер-нежити был спрятан за