шлем с головы. На лбу у него осталась красная полоса – похоже, он реально выбрал самое скверное из своего оружия и доспехов, странно, что кастрюлю на голову не нацепил и не взял веник вместо меча.

- Зачем ты позвал меня на крышу вчера? Что ты хотел мне сказать?

Между бровей Абигора возникла портящая идеальный лик морщинка.

- Я же говорил – хотел попрощаться. Все, попрощались. Убери свой дурацкий кинжал, отдай тому, у кого взял, или сам используй для братоубийства. Мне его не надо.

- А что тебе надо? – рявкнул Арес.

Он схватил молодого демона за горло, выдернул из кресла и со всей дури впечатал в стену, а потом прижал шею локтем.

- Что тебе надо от меня, Абигор? Тебе не надо моего заступничества, не надо моего кинжала, ты даже вина со мной выпить не хочешь или прирезать наложницу, только сидишь и пялишься, как сыч. Так чего же ты хочешь?

Он слегка ослабил давление, ненамного, чтобы демон мог говорить. Тот судорожно закашлялся, втягивая воздух.

- Решил прикончить меня до того, как это сделает брат? – прохрипел Абигор. – Валяй, я не против.

- Отвечай на вопрос.

- Какая тебе разница?!

Он почти кричал, насколько вообще мог кричать, прижатый к стене лучшим воином земли и небес.

- Если спрашиваю, значит, есть разница.

- Хорошо.

Лицо юного князя Бездны исказилось и стало скорее жалким, чем прекрасным.

- Я такой же, как мать, - выдохнул он.

- Что?!

- Я такой же, как она. Из всего, что есть в жизни, я люблю только боль и смерть. Но у нее хотя бы было оправдание – она вырвалась из царства Эреш, и богиня мертвых оставила на ней свою печать, а со мной что не так?! Единственный день, когда я был по-настоящему счастлив, это тогда, когда ты чуть не прикончил меня в саду Роз и Терний. Каждый раз, когда ты убиваешь женщину в моей спальне, я воображаю на ее месте себя. Это то, что ты хотел услышать? Ну радуйся. Ты услышал. Надеюсь, это информация принесет тебе пользу, когда ты притащишь дровишки к моему погребальному костру.

Он с легкостью оттолкнул опешившего бога войны, подобрал шлем и щит и шагнул к двери. Но не дошел, потому что получил навершием меча Ареса по затылку и мешком рухнул на пол.

Следующие пять минут воитель посвятил тому, что стаскивал с Абигора доспехи и прилаживал к себе, вполголоса поминая ламий Аида, а также горгон, эриний и всю их нечестивую родню. Они с Абигором были примерно одного роста и сложения, Арес разве что пошире в плечах, но пришлось прибегнуть к магии, чтобы переплавить старый гиппоторакс и втиснуться в него. Кинжал он убрал, а свой меч по имени Анафема оставил валяться в кресле, вместо этого препоясавшись убогим, на его взгляд, оружием маркграфа Бездны.

Покончив с этим, он уставился на потерявшего сознание приятеля. Пожалуй, следовало деть его куда подальше с глаз, чтобы не очухался раньше времени и все не испортил, но прежде… что прежде, так и осталось неизвестным, потому что тяжелые узорчатые створки дверей распахнулись, и в спальню сына вступил Бельфегор, Великий Герцог, известный также под именем Короля Кубков.

Выглядел он на редкость паршиво. В темных волосах сверкала проседь, и они поредели, лицо осунулось, острая испанская бородка утратила форму, к тому же Князь Бездны хромал, опираясь на трость. Застыв на пороге, он воззрился на происходящее в спальне. Несколько мгновений Бельфегор впитывал глазами открывшуюся ему картину, а затем во всю глотку расхохотался. От его смеха задребезжали оконные стекла и рамы, подпрыгнула массивная деревянная мебель, весь замок заходил ходуном, а горгульи и гарпии на крыше заорали дурными голосами и захлопали крыльями.

- Все краски Бездны, Марс! Я, конечно, знал, что вы голубки, но что влюблены до такой степени… Ты готов сразиться в поединке с Андрасом вместо моего сына. Похвально, похвально, я в восхище…

Неизвестно, что еще бы успел ляпнуть несдержанный на язык старый демон, если бы в эту секунду Арес не оказался рядом и не воткнул ему в подключичную впадину Шип Назарета по самую рукоять. Брызнула черная кровь. Бог войны, белозубо ухмыляясь, сделал неуловимое движение рукой – и тело Абигора, лежавшее на каменном полу, превратилось в широкий бронзовый кубок. Выдернув кинжал, он подставил кубок под струю, и, когда тот наполнился, отпил большой глоток.

- Что… ты… - просипел демон, сползая вниз, под ноги Аресу.

Тот присел на корточки рядом, по-прежнему с улыбкой вглядываясь в посеревшее лицо Великого Герцога. Губы и зубы его были в черной густой крови.

- Жаль, демон, что ты ничуть мне не доверяешь, - сообщил он, - и я не могу убить тебя этим ножом. Но, когда я разделаюсь с твоим отродьем, ничто не помешает мне вернуться, вырезать язык из твоей смрадной пасти и поджарить себе на завтрак с яичницей.

Бельфегор издал непонятный звук, что-то среднее между хрипом удавленника, бульканьем и кудахтаньем, и лишь через пару секунд стало ясно, что он смеется.

- Как же, вырежет он мне язык, глупец, - прошептал он, стремительно бледнея. – Это Абигор рассказал тебе про кровь демонов? Только мой сынок забыл упомянуть, что для богов это смертельная отрава. Так что попрыгай, Марс, поскачи, ты сдохнешь ровно через сутки, ослепнув, потеряв все силы и исходя кровавой блевотой.

Арес, изменившись в лице, отшвырнул кубок. Тот отлетел, жалобно звеня по плитам пола и расплескивая черную жидкость, и закатился под кровать.

- Ты лжешь, старая сволочь, - прошипел он, вдавливая кулак в открытую рану демона.

Тот содрогнулся, но не смутился.

- Зачем мне лгать? По этому у нас в семье специализируется мой старший сын. Ты и не представляешь, насколько. Ловко он тебя подставил, да, божок? Беги, пожалуйся папке Громовержцу, может, он найдет способ тебя спасти. Недоумок хренов.

Воитель выпрямился, глядя за окно. Там набирал силу новый рассвет, рассвет над полем, усыпанным черными палатками, и вилось над самым большим из шатров черно-белое Воронье знамя.

- Сутки говоришь, старик. Что ж, этого мне хватит, - ответил он, подобрал шлем и вышел из комнаты.

Глава 10. Поединок

Над Террой, а, точнее, над сожженным портовым городом, еще недавно великим, а теперь состоящим из дымящихся развалин, занимался рассвет. Гудвил очень устал. Поэтому, доплетясь до палатки и услышав грандиозные новости, он не