влетела прямо в туловище Зеленого Змия, безжалостно кромсая лозы и… попутно откусывая самые сочные, дымящиеся на срезе куски.

Кажется, она не теряла надежды усвоить буйную витальность Леса.

— Приятного аппетита, подруга! Главное — не забудь про соус! — подбодрила её Арли, снимая всё это непотребство с безопасной высоты.

Но Лес не собирался сдаваться. Из чащи, тяжело ухая и сминая кусты, вывалилась тяжелая пехота — Энцефалитные Энты.

Это были гигантские, гнилые, мутировавшие пни, перебирающие узловатыми корнями. Но самым мерзким было даже не их гниение. На их ветках, словно отвратительные плоды, висели раздутые клещи размером с кулак. И сосали они не кровь. Они сосали ману.

Один из энтов с размаху ударил веткой по щиту Элис. Щит треснул. В образовавшуюся брешь прыгнул жирный, пульсирующий фиолетовым светом клещ, целясь прямо в лицо виконтессе.

Титус, стоявший рядом, среагировал мгновенно. С грацией медведя, ловящего лосося, он перехватил клеща обеими руками в полете. Гигант счастливо улыбнулся и уже начал подносить извивающееся, сочащееся эфиром насекомое к своему наморднику-шредеру…

— Ты совсем больной⁈ — Рейна, оказавшаяся рядом, с размаху ударила плашмя мечом по рукам здоровяка. Клещ с чавканьем отлетел в кусты, где его тут же пригвоздило к земле стальное перо.

Кара с высоты довольно каркнула.

— Эй! — обиженно прогудел Титус, потирая предплечья.

— Это же клещ, идиот! Он заразный! — рявкнула наемница. — Ты тут в деревянного зомби превратиться решил⁈

— Но он так аппетитно пульсировал… — с тоской вздохнул гигант. — Как пирожок с маной…

В этот момент в бой вступила тяжелая плазменная артиллерия.

— Разойдись, мясо! — заорала Кира.

Она спрыгнула с крыши грузовика прямо в гущу энтов. Её перчатки загудели, выдавая пиковую мощность. Длинный, ослепительно-белый плазменный хлыст с гудением рассек воздух, оставляя за собой запах озона.

Вжух! Ш-ш-ш!

Один из энтов, попытавшийся наступить на девчонку, лишился ноги по самый ствол. Второй вспыхнул, как сухая спичка, когда хлыст обернулся вокруг его ствола.

— Лесоповал имени Инквизиции объявляется открытым! — радостно вопила Кира, крутясь волчком и оставляя за собой просеку из дымящихся бревен. — Кто заказывал дрова на прожарку⁈ Подходи по одному, всем наваляю!

Лилит, всё это время тихо сидевшая в кузове, осторожно поправила капюшон.

— Мистер Кусь говорит, что эти деревья не пригодны для жизни Семьи, — прошептала она.

Она подняла руку. Рой быстрых жуков-камикадзе (Мистер Кусь благоразумно остался на ладони хозяйки руководить операцией) с мерзким жужжанием сорвался с места. Увернувшись от веток и ледяных осколков, они ювелирно залетели прямо в зияющие дупла и трещины в коре наступающих энтов.

Секунда тишины.

А затем внутри деревянных гигантов раздалась серия глухих, утробных хлопков. Пум! Пум! Пум!

Из всех щелей, из-под коры и из дупел мутантов повалил густой, едкий зеленый дым дефолиантовых бомб. Энты застыли, издали звук, похожий на скрип ржавых петель, и просто… осыпались на землю горами серой, безжизненной трухи.

— Мистер Кусь передает вам экологический привет, — скромно шепнула Лилит, опуская глаза.

Замес достиг своего апогея. Рейна филигранным ударом снесла голову очередной белке-переростку. Арли, издевательски хохоча, развернула над полем боя гигантские неоновые иллюзии бородатых дровосеков с ревущими бензопилами, окончательно дезориентировав противника. Синта дожевывала остатки Зеленого Змия.

Я стоял в центре этого управляемого хаоса, даже не достав рук из карманов. Мои Нити Души молниеносно сновали в воздухе, отклоняя шальные желуди, подстраховывая Киру и не давая клещам подобраться к грузовикам.

Но главное сражение я вел не здесь.

Я уже погрузился в эфирную сеть Леса. Сигнатура, считанная с первой белки, послужила мне ключом, открывшим дверь в их «локальную сеть». Я чувствовал, как пульсирует ярость грибницы, как она перенаправляет резервы, пытаясь задавить нас массой. Лес был готов биться до последнего листочка.

«Ошибаешься», — холодно подумал я.

Собрав в кулак плотность Седьмой Тени, я подготовил ответ — концентрированный, чистейший импульс, сплетенный из абсолютной, бездушной Логики и отравленный разъедающей энтропией Хаоса.

Импульс содержал ровно одно сообщение, переведенное на язык корневой системы:

«МЫ — ТОКСИЧНЫ».

Эффект превзошел все ожидания.

Это выглядело так, словно кто-то выдернул вилку из розетки огромного механизма. Резкий, неестественный обрыв.

Огромный энт, уже занесший бревно-руку, чтобы размазать увлекшуюся Киру, вдруг замер на месте. Его ветки безвольно опустились. Он тяжело опустился на колени, скрипнул, вкопал корни глубоко в грунт и… притворился обычным, давно засохшим пнем. «Я просто дерево, тут не на что смотреть».

Оставшиеся на ветвях белки разом прекратили огонь. Бронебойные желуди посыпались вниз безобидным дождем. Мутанты моргнули, из их глаз исчезло красное свечение. Раздался абсолютно нормальный, тонкий беличий писк, и пушистый спецназ брызнул во все стороны, мгновенно растворяясь в кронах сосен.

Огрызок Зеленого Змия, вырвавшись из рук Синты, втянул свои обрубленные лозы. Торопливо, как побитая собака, уполз в кусты, оставляя за собой блестящий след из сока.

Тишина обрушилась на нас так внезапно, что зазвенело в ушах.

Небо очистилось. Где-то неподалеку безмятежно запела какая-то пичуга. Вокруг раскинулся идеальный, мирный пейзаж для пикника.

Единственным напоминанием о бойне были глубокие кратеры в земле, дымящиеся куски прожаренной коры, оплавленный плазмой грунт и ледяная крошка, осыпающаяся со щитов Элис.

Ну и Титус, который, так и не добравшись до клеща, с философским видом дожевывал выкорчеванный корень энта.

— Не мясо, конечно, — прочавкал гигант в наступившей тишине. — Но начинка интересная. С хрустинкой.

Остальные тяжело дышали, озираясь по сторонам. Контраст между наступившей лесной идиллией и их внешним видом был разительным.

Мой элитный отряд лесорубов выглядел так, словно их пропустили через гигантскую соковыжималку. Все были густо покрыты липкой зеленой слизью, щепками и трухой. Пахло озоном, палеными листьями и машинным маслом.

— Это что сейчас было? — Рейна утерла пот тыльной стороной ладони, размазав по щеке живописную полосу копоти, и тяжело оперлась на свой меч. — У них что, обеденный перерыв по расписанию начался? Или лесной профсоюз запретил переработки?

Арли, чьи кошачьи ушки нервно подрагивали, ошарашенно уставилась прямо в объектив своей парящей камеры.

— Офонареть… — пропищала марионетка, хлопая огромными глазами. — Кажется, босс только что крашнул сервер Дикого Леса. Пинг ушел в бесконечность, мобы просто зависли и ушли в АФК-режим!

Я выверенным жестом стряхнул случайную пылинку со своего идеально чистого лацкана. Никакой слизи, никакой коры. Статус обязывает держать фасон даже в эпицентре флористического апокалипсиса.

— Я не ломал им сервер, Арли, я просто прислал уведомление от системного администратора, — философски заметил я. — Я популярно объяснил местной грибной нейросети, что наш отряд категорически не вписывается в их пищевую цепочку. И Лес решил, что выдать нам пропуск обойдется гораздо дешевле, чем пытаться нас переварить.

Элис, брезгливо стряхивая со своего некогда белоснежного наплечника