Мы с Франни остались единственными сотрудниками «Сладкого волшебства». Потом, когда война в колониях немного поугасла, стало полегче, мы Гарта вот взяли, потом девочек… Но этого по-прежнему не хватает, чтобы наладить работу именно как волшебная кондитерская. Я ведь слабо разбираюсь в колдовской науке. Молодых ребят некому учить, и работать им не на чем. И я, и еще мой предшественник писали вашему отцу с просьбами поспособствовать развитию заведения, но он либо не отвечал вообще, либо говорил, что денег нет, мы должны справляться сами. И пока не наступила война, это было еще как-то возможно, ну а сейчас…

Он развел руками.

Откинувшись на спинку, я обвел взглядом четыре смущенных лица и одно сердитое — Гарта. По крайней мере, что-то начало проясняться.

К сожалению, сказанное Партинсом звучало очень похоже на моего отца, так что верилось в это легко. Также утром доводы о нехватке магов, сам не зная о том, подтвердил Харвел.

Было заметно, что в зале кто-то слегка оживил интерьеры после моего первого визита — на столы вернулись скатерти, в витринах появились тыквы и небольшие композиции из осенних листьев как напоминание о скором Дне всех святых. Зря все-таки я срывался на сотрудников. Что заведение моей матери развалилось, не их вина. В их ситуации любой бы опустил руки, а они вон все же старались, что-то делали. Кто-нибудь другой просто украл бы сок и продал втридорога, а эти всерьез принялись ставить эксперименты с выпечкой. Пусть пока неудачные, ну так и я не каждый свой бой выигрывал.

Оставался лишь вопрос со щедрым предложением Феймана.

Он человек предприимчивый, привык держать руку на пульсе, так что наверняка знал о ситуации в «Сладком волшебстве» и либо бывал здесь сам, либо отправлял в разведку кого-то из сыновей. Он понимал, что оборудование, которое для нас выглядит как хлам, на самом деле несложно восстановить, как ту вытяжку. То есть кафе со всей «начинкой» стоит гораздо дороже, чем думали мы с Харвелом.

Только вряд ли бы здесь нашлось вытяжек и прочего поварского барахла на столько тысяч толлеров, чтобы предложение оправдало себя.

Я пристально оглядел зал, но не нашел в нем никакого подвоха. Вряд ли облупившуюся позолоту на розовых стенах можно считать ценностью.

— Покажите мне кухню, — я вновь поднялся из-за стола, опираясь на трость. — И все «сломанные» магприборы, которые у вас есть.

Витавшие в воздухе пар ы, насильно причиняющие тебе счастье, как иногда шутили в моем отряде, уже выветрились. Взмахом руки я закрыл почти все окна, чтобы помещение окончательно не выстудилось, и следом за Партинсом отправился в святая святых поваров.

Вытяжка все еще работала, доказывая, что Гарт где-то ошибался со своими заявлениями насчет зарядки. Я медленно шел за шеф-поваром, слушая его болтовню. Большая ее часть, увы, ни о чем мне не говорила. Сотейники там какие-то, фритюрницы… Между ними разве есть какая-то разница? Но поскольку я уже опозорился сегодня, то помалкивал и глупые вопросы не задавал.

Мне показали обычную хлебопекарную печку, которая тянулась вдоль всей стены и внешне имела мало общего с домашними печками и каминами. Я придирчиво ее осмотрел, однако это явно было не то, что могло заинтересовать Феймана, к тому же не содержало ни капли магии.

Вторая — магпечка — оказалась интереснее. Она напоминала хлебопекарную «соседку», только была у же и имела больше отверстий на металлической поверхности, которая называлась плитой.

— Сердце «Сладкого волшебства»!.. — гордо объявил Партинс и кисло улыбнулся. — …Было лет тридцать назад. Б о льшая часть ее функций давно не работает. Я надеялся, что защитный слой, который бы не пропустил ядовитые пары, еще цел, но похоже, и он теперь дырявее старых носков, если вообще не развеялся.

Я склонил голову набок и удивленно приподнял брови. Выглядела эта штуковина так, словно на ней отряд боевых магов срывал злость.

— У нас в академии железные мишени, на которых стихийники закрепляли навыки разрушения, целее были, — сказал я, проведя ладонью по металлу, покрытому сколами и глубокими трещинами.

— Кулинарная магия не так проста, как может показаться магам других специальностей, — буркнул Гарт откуда-то из-за спины шеф-повара.

— Либо этой вещью пользуются непрофессионалы, которые не понимают, что делают, — отрезал я.

— Гарт, мне кажется, ты тесто ставил, — мягко намекнул Партинс. — Может, проверишь, как оно?

Долговязый силуэт недовольно испарился. Я сделал вид, будто не заметил, что из-за шкафчика выглядывают еще два: один округлый, принадлежащий Минни, и второй в розовом фартуке, со вздернутым носиком. Пусть смотрят. Девчонки, по крайней мере, не мешали.

Я сосредоточился на магпечке. Сбоку нашлись три кристалла, которые помогали чарам продержаться достаточно долго без полного обновления. Немного энергии там еще оставалось. Наверное, ребята относились к барахлящему сердцу пекарни уважительнее, чем к вытяжке, и старались хотя бы изредка вливать туда силу. Значит, магпечка действительно сломана или элементарно износилась от ежедневного использования в течение трех десятков лет.

Можно было просто пройти мимо и дальше поискать, ради чего Фейман решил так потратиться на «Сладкое волшебство», однако меня посетила лихаческая мысль: а что если у меня получится заставить «сердце» вновь биться? С вытяжкой сработало же. В этом случае задача будет посложнее, но что мне мешает хотя бы попробовать?

Я широко расставил руки, коснулся кирпичной кладки с обоих боков печки, закрыл глаза и сконцентрировался. Магические потоки невозможно было увидеть, зато почувствовать — легко. Они ощущались так же, как тепло от костра или хлесткий порыв ветра. Чем сильнее и опытнее маг, тем лучше он улавливал потоки и взаимодействовал даже с самыми слабыми из них.

В магпечке едва заметно вибрировал целый узел разных чар. Меня обрадовало, что все они стихийные, то есть хотя бы в теории мне под силу справиться с любым из них. И огорчило, что дело на сей раз действительно не разрешится так же просто, как с вытяжкой. Некоторых колдовских плетений в наборе явно не хватало — должно быть, магпечка успела постоять какое-то время полностью разряженной, и они растаяли. Их я вряд ли восстановлю, поскольку не знаю, как они должны выглядеть. Некоторые узоры порвались, и с этим работать уже было легче — достаточно соединить правильные потоки между собой. А часть всего лишь истончилась, и это я мог без проблем поправить.

Убрав руки, я повернулся обратно к шеф-повару.

— Дня за три починю, но не всё. По меньшей мере заслон точно могу сделать — он еще не полностью развеялся, хотя и держится на честном слове.

Он пораженно уставился на меня.

— Ваше