прошел вдоль бобрового пруда и ниже него пересек реку. Потом я дошел до большой тропы и по следам определил, что по ней в долину прошло множество всадников. Я пришёл сюда и обнаружил, что ни вас, ни вигвамов нет. Я все осмотрел и не обнаружил ни мёртвых тел, ни каких-нибудь признаков борьбы. Я знал, что вы не смогли бы переместить лагерь с двумя лошадьми. Я всё осмотрел и нашёл ваши тайники – покрытия вигвамов, сёдла, парфлеши. Тогда я понял, что вы тоже обнаружили врага, и вернетесь, как только минует опасность. Я остался прямо там, у второго тайника, спал на шкурах и ел вяленое мясо, которое там было в одном из парфлешей. Вчера утром четверо врагов подъехали сюда, но не достаточно близко, чтобы обнаружить этот лагерь и ваши посевы табака. Подумайте, что было бы, если бы здесь стояли ваши вигвамы!

– Да понятно, что, – сказал отец. – Один из этих четырёх отправился бы за остальными мужчинами в лагерь, остальные до их прибытия наблюдали бы за нами, а потом всех нас уничтожили бы.

– Но мы выжили; боги с нами; моя магия говорит мне, что мы и дальше переживём все опасности. А теперь вы женщины, знаете , что нужно делать. Торопитесь! Сделайте это! Мы хотим жить с комфортом! – выкрикнул Старое Солнце.

Но, конечно, перед тем, как найти свои тайники и поставить вигвамы, все мы должны были пойти в поле и посмотреть на наши посевы, и мы увидели желто-белые головки нах-уак-о-сис, пробившиеся через теплую серую землю. Мы их видели сотни, и это зрелище наполнило нас счастьем. Мой отец поднял руки и поблагодарил богов,попросив их и дальше защищать нас от всех опасностей. А потом мы вернулись к нашей работе, оставив его и Старое Солнце, чтобы они могли спокойно покурить.

Скоро все вигвамы стояли и были обустроены. Солнце было уже высоко, поэтому мы не стали разводить костров и ели вяленое мясо и спинной жир. Мать предложила мне сходить на охоту.

– Я сегодня на охоту не пойду, – сказал я ей. – Я отдохну некоторое время, а потом пойду к водопадам следить за Подводным Человеком!

Была середина дня, когда мы пришли на наше место на склоне каньона. Голубка, я и Длинный Медведь смотрели на водопады через просветы в кустарнике. В поле зрения не было ни одного живого существа, даже птицы. Зато мне показалось, что шум водопадов был громче обычного. Поток с вершины утеса был сильнее, чем прежде. Его брызги почти полностью скрыли от нас черную дыру в утесе, из которой изливалась большая часть реки, пенясь и ревя в глубоком водоеме.

Не раз я клялся, что вошел бы в пещеру и напал бы на Подводного Человека, если бы нашел его там; но теперь, когда настало время это сделать, мое тело стало холодным, как лёд на вершины горы. Я смотрел на мощный поток, вырывающийся из темного отверстия и падающий на усеянное валунами дно; если я поскользнусь, то упаду и на этих камнях разобьюсь насмерть. А если бы я и добрался до пещеры, какие шансы были бы у меня против врага, смотрящего на меня из темноты? При мысли об этом меня бросало в дрожь.

– Почему ты дрожишь? День очень тёплый. Ты болен? – спросила Голубка.

– Больна моя душа! Моя храбрость оставляет меня! – крикнул я. – Я не раз клялся себе, что я вошёл бы в эту черную дыру и напал бы на врага, если бы нашел его там. Но я совершенно не могу этого сделать.

– Вообще не нужно туда ходить! Это слишком опасно! – воскликнула она. – У нас впереди целое лето, чтобы выследить врага в водопадах, а потом мы его уничтожим без риска для себя.

Я не ответил на это, но решил, что мы будем наблюдать за этим местом в течение нескольких дней, и затем, если мы так и не увидим обитателя пещеры, то мне придется преодолеть свой страх и войти в пещеру, чтобы его найти.

Мы долго лежали на солнце, видя только бурлящую воду и слыша только ее рев; выдры и норки, и даже небольшие болотные птички, казалось, покинули водоем, и даже форель не тревожила его поверхности. Наконец солнце приблизилось к своему вигваму на западе. Оноскрылось из вида за большой горой, и на долину опустились первые ночные тени. Пора нам было возвращаться в лагерь. Я собирался это сказать, когда мы увидели большого черного медведя, медленно идущего по дальнему берегу ручья.

Когда он добрался до верхнего края водоема, куда долетали брызги, то резко остановился и поднял что -то(мы не могли сказать что именно)с плоского камня около воды, торопливо прожевал и проглотил это, а потом стал обнюхивать камни в поисках другой пищи. Ничего не найдя, он сел на хвост и обнюхал воздух, потом встал на четыре лапы и начал подниматься по крутому склону на край водопадов. Он прошел через брызги от верхнего водопада, и в сумраке мы почти сразу потеряли его из виду; но тем не менее мы молча продолжали туда смотреть, и немного времени спустя увидели, как он, пытаясь задержаться, скатился в воду с крутой скалы и исчез в черных глубинах водоема. Потом он на некотором расстоянии от места падения появился на поверхности и быстро поплыл к левому берегу, и как только он до него добрался, вылез, стал взбираться по крутому склону каньона и скрылся в соснах наверху.

– Вот! теперь у нас есть достаточное доказательство того, что враг находится в пещере! – сказал я словами и знаками своим товарищам. – Это он напугал медведя!

– Ха! Он поднялся по склону каньона сразу, как только свалился в водоём. Ясно, что он был ужасно испуган, – сказала Голубка.

– Мы останемся здесь ненадолго; теперь враг может выйти, – сказал я.

Но мы так и не увидели его, хотя следили за ним, пока совсем не стемнело, и водопад стал еле виден как тусклое белесое пятно. Тогда мы выползли из нашего убежища, встали на ноги и поспешили домой с такой скоростью, с какой могли пробираться через темный лес. Дорога не была особенно приятной – наши сердца были полны опасения о чем-то, о чем мы и сами толком не знали. Сердитый старый медведь мог напасть на нас; Подводные Люди могли утащить нас; тени давно умерших врагов, возможно, парили вокруг, стремясь вселить в наши тела ужасную, неизлечимую болезнь. Я не могу даже сказать, что мы почувствовали, когда, наконец, увидели перед