Красный каштановый янгэн, говорите. При жизни бабушки – редкость в «Хвавольдане». Этот фирменный десерт перестали продавать с тех пор, как ее здоровье ухудшилось.

«Какой же он был вкусный…»

Иногда она готовила его и для меня. Помню, мне нравилось, как сладость, характерная для янгэна, соединялась с тонким, таинственным ароматом леса. Просить бабушку сделать еще я ни разу не осмелилась. Лишь теперь вспоминаю, что мама и папа тоже очень любили тот самый янгэн.

«Может, рецепт есть в тетради?»

Там нашлись рецепты янгэна только с зеленым чаем и обычными каштанами, но именно красного каштанового янгэна не было. А без рецепта сделать такой десерт практически невозможно. Как правило, янгэн готовят из красной фасолевой пасты чокангым, но на самом деле ее цвет ближе к черному, и изменить его – задача не из простых. Сколько ни добавляй светлого красителя в массу, цвет все равно останется тусклым.

Для ярких, насыщенных оттенков нужно использовать пэкангым – светлую фасолевую пасту. Янгэн с зеленым чаем, например, тоже готовится на основе пасты пэкангым, куда для получения выраженного зеленого цвета добавляют маття. Однако в самом низу страницы с рецептом янгэна было четко указано:

Для каштанового янгэна использовать темную фасолевую пасту.

Чокангым и пэкангым практически не отличаются по составу, но, как утверждалось в рецепте, именно чокангым лучше всего сочетается с каштаном.

Итак, мне заказали фирменный красный каштановый янгэн от «Хвавольдана», и при этом из пасты чокангым. Такое необычное лакомство способна приготовить только моя бабушка, его создательница. Этот секрет она мне не передала.

И правда, как много всего я не знаю. Как было бы прекрасно, если бы всякий раз, когда возникает вопрос, тебе тут же подсказывали правильный ответ.

С надеждой я пристально уставилась на контакт Саволя. Хотя стояла глубокая ночь, я подумала, что он, наверное, еще не спит. Он единственный, кто мог бы мне помочь. Но можно ли обращаться к нему в такое время?

– Мяу!

Кошка вдруг подскочила и задела мой палец. Я нечаянно нажала кнопку вызова.

Растерявшись, я хотела было тут же сбросить звонок, но сигнал уже пошел. Даже если я сейчас его отменю, в списке вызовов все равно останется пропущенный. И что мне сказать? Извините, это кошка случайно набрала? Глупо, но ведь все так и было!

– Алло? – раздался голос.

Теперь уже было поздно оправдываться – пришлось делать вид, будто я и впрямь собиралась позвонить. В конце концов, резко повесить трубку посреди ночи, не сказав ни слова, было бы еще более странно.

– Чего трезвоните в такой час?

– Я сейчас в «Хвавольдане».

– И что?

Саволь намеренно скрывал от меня несколько вещей. Например, он знал, где находится это, упоминаемое в завещании бабушки, – и все равно не сказал мне. Временами его молчание меня бесило, но тем сильнее становилось упрямое желание докопаться до истины. Хотя я вовсе не из числа упрямых.

– На самом деле на кнопку вызова нажала кошка.

– Вы что, бредите во сне?

Я как наяву увидела выражение полного недоумения на лице Саволя. Я прочистила горло и, перебирая страницы тетради с рецептами, попыталась подобрать слова:

– Поступил заказ от покойного, но десерт сложный. Не уверена, что с ним справлюсь. Вот и подумала, вдруг вы что-то знаете?

– А что за десерт?

– Фирменный красный каштановый янгэн. Вы знаете, как можно использовать пасту чокангым, но при этом получить ярко-красный цвет?

– А-а, тот самый янгэн, который придумала ваша бабушка. Да, приготовить его трудно.

Саволь явно знал, о чем речь. Я достала ручку и приготовилась записывать.

– Трудности меня не пугают, просто дайте скорее рецепт.

– А рецепта я и сам не знаю. Знаю только, где взять ингредиенты.

– И где же?

В короткой тишине слышались лишь тиканье часов и мягкие шаги кошки, которая устремилась прочь из «Хвавольдана».

– В храме Хонсокса.

Неожиданный ответ заставил меня отбросить ручку и схватиться за телефон обеими руками.

– Кто же собирает ингредиенты для янгэна в храме?

– Ваша бабушка.

Я бездумно ходила туда-сюда и вдруг заметила у ворот стопку счетов, торчащих из почтового ящика. Электричество, вода, всевозможные квитанции – все это тихо стучалось в дверь, пока я ничего не подозревала. Хозяйка умерла, но оставленная ею лавка продолжала жить и расходовать деньги. На кассе все еще лежала кепка, которую я получила в благодарность за упокоение ребенка. Только сейчас я осознала:

– Выходит, у меня нет выбора.

Неважно, за деньгами или за рецептом красного каштанового янгэна, но мне предстоит туда отправиться. Кто знает, может, это не я иду в храм, а он зовет меня к себе. Саволь отреагировал моментально:

– Пойдемте вместе. У меня тоже есть там дела.

– Хорошо. Тогда до встречи.

На этом наш разговор завершился.

Хотя Саволь и вызвался составить мне компанию, облегчения я не почувствовала. Скорее всего, я волновалась напрасно, но сама мысль, что снова придется идти в храм, вызывала тревогу. Очередная непонятная задача. Я закрыла лавку и в одиночестве отправилась домой.

Там я сразу же приняла душ и уснула. И впервые после смерти бабушки мне приснился кошмар. Раздался громкий сигнал клаксона, и окровавленная, неразличимая тень обвивала меня, бормоча странные слова. Сны принадлежат не тому, кто их видит, а тому, кто их разворачивает. Этим сном словно управляла не моя, а чужая рука. Как ни старайся – убежать было невозможно.

Той ночью я проснулась с насквозь мокрой спиной.

* * *

Три дня я готовила обычный каштановый янгэн. Пусть это не фирменный красный, но на вкус он все равно получился вполне достойным. Я упаковала десерт в прозрачную коробочку, чтобы угостить монаха из Хонсокса и Саволя, и положила его в небольшой шопер вместе с бутылкой воды и влажными салфетками.

Вскоре появился Саволь. Сегодня его силам не требовалась особая поддержка, потому что вместо традиционного наряда он был в обычной повседневной одежде. Я протянула ему каштановый янгэн.

– Это еще что?

– Съешьте дома с холодным зеленым чаем.

– А чего он такой формы? Результат неудачного эксперимента?

– Ну конечно, вы же шаман – сразу меня раскусили.

– Значит, просто утилизируете лишнее.

– Не нравится – отдайте обратно, сама съем.

– Нет-нет. Я возьму, спасибо. Он так смешно выглядит.

Саволь пробурчал что-то себе под нос, видно было, что к подаркам он не привык. Он вел себя по-ребячески, но это скорее умиляло, чем раздражало.

Пешком путь до храма занял бы много времени, зато на машине до него было рукой подать. Встретились мы уже за полдень: если не