ожидал большего! Чуть позже обещают переслать и фотографии, и их анализ, пока же только текст и данные…

Итак, первое – американцы не убегают. Потихоньку ползут на север, и о зализывании ран в порту, видимо, не помышляют. Американцев много. Севернее сейчас вот-вот начнется серьёзная драка, пошли первые обмены ударами, стягивают всё, что только могут. Вот и по нашим кораблям весь расклад, цени, Бабай, доверие! Частоты для связи, если приспичит, но жёстко указано – не мешать. Под это дело наши и «Легенду» запустили. Интересно, сколько спутников? Ладно, отставить! Интереснее другое. Что ему, Бабуеву, теперь делать? Можно уже идти восвояси или ещё нет? Запросить штаб? Если штаб не прислал новых распоряжений, то значит, продолжаем выполнять старое. В зарубе севернее ему участвовать нечем. И его «Киров» слишком дорогой корабль, чтобы быть просто уловителем ракет. Пусть мичманы рисуют отметки теперь: шифровка большая, со всей оперативной обстановкой чуть ли не до Гренландии. Посмотрим-поприкидываем, сколько от того, что происходит наверху, может на нас ссыпаться. Что к добру, что не к нему…

Но как же не хочется с пустыми погребами из-под «Гранитов» лезть дальше на запад… Да, на эскадре есть ещё много гостинцев для американцев, но главную ударную мощь мы уже израсходовали. Теперь только психологическую поддержку можем оказывать, да притягивать к себе ракеты и самолёты.

А что, разве плохая идея? И адмирал принялся диктовать радиограмму-запрос. Не хотите нас отзывать домой – и не надо! Дайте в распоряжение К-503, она всё равно без дела тут болтается. Прошу прикомандировать, в целях успешного выполнения ранее полученного приказа и во избежание… а также… Чуть не упомянул, как в довоенных рапортах, руководящую и направляющую роль и Вечно Живого, но перебор будет. Вставить ещё про «обеспечение предусмотренных ударных возможностей» (это про то, что изначально им подлодку не придали, хотя полагалась), и отправляем! А сам потихоньку начну разбираться с американской АПЛ.

Николаев что-то подозрительно суетится… Адмиральский детектор в голове у Николая Михайловича сразу распознал ненормальную оживлённость. Пара уточняющих вопросов… Так и есть, Николаев попал пальцем в небо, посылая вертолёты туда, где американской подлодки не было. Ошибся где-то. Лодка находилась на 30 километров восточнее, и если бы наши подводники не вышли на связь, то, скорее всего, и не нашли бы её. Решив, что подумает над этим позже, адмирал вопросительно посмотрел на командира «Кирова»: «Какие варианты у подчинённого?»

А вариантов было немного. Подправляем курс вертолётов и отправляем туда «Окрылённого»[54]. Пусть бежит, шумит, держит в напряжении командира американской подводной лодки и увеличивает время поиска нашим вертушкам. Пусть американец затаится, надеясь переждать. А когда Ка-27 долетят, тебе, американец, крышка. Что до остальных кораблей… Эх, видимо, придётся. Что, мы действительно собираемся жить вечно? И, скрепя сердце, адмирал дал новую команду. Корабли, построившись в ордер ПЛО, снова взяли курс на запад. Ход – пока 20, чтобы «Окрылённый» смог догнать. Если бы Николаев не ошибся, то «Окрылённый» сейчас шёл бы в ордере, и шли бы они узлов 30.

Тяжело на сердце. И тяжело не то, что тяжело. Просто если тебе тяжело – то интуиция перестаёт работать. А работать она должна. Такие массивы информации, какие сейчас пропускает мозг, одной логикой не расколоть. Логике надо указывать, на чём сосредоточиться в этот момент, а что отбросить. А когда совестью мучаешься – интуиция молчит. Обрабатывает душевные терзания, а не информацию. А ей бы… Вот, например. Да-а-а! Адмирал понял, что у него свербит. Почему Николаев ошибся? Так-так-так, ну-ка, ну-ка… Точки, откуда могли долететь американские «Гарпуны», сможет вычислить и школьник, владеющий циркулем. А место американской АПЛ, доложенное с К-503, – ну совсем не эти точки, напрочь. Да, ракеты шли на пределе. Да, парочка даже упала, не долетев около трёх километров. Но почему они вообще стали оттуда стрелять? Получается, что наш ордер прошел мимо них? Американец мог выйти в торпедную атаку на прущий на полном ходу ордер, но почему-то этого не сделал? Что за хрень! Ждал ещё час и только потом принял участие в безрезультатной ракетной атаке? Ну… Ох-х б…ть…

– Николаев!

– Я, товарищ адмирал!

– А ведь ты, Николаев, не мудак. Ты дважды мудак. И знаешь почему?

Понятно, что вопрос был риторический. Командир БЧ-3 не считал себя мудаком, но уже смирился, что в вопросе вычисления местоположения американской АПЛ он облажался. Так ошибиться… Но обиделся, явно. Вообще, Николаев – интересный продукт так называемого «перестроечного мышления». Его уже и особист на заметку брал. Фрондёр, которого адмирал иногда до войны встречал на берегу в «варенках» самого агрессивного пошиба, как-то на праздновании в Доме офицеров (кажется, день Северного флота), ляпнул тогда ещё капитану первого ранга Бабуеву интересную мысль, явно почерпнутую из «вражьих голосов». Мол, мы тут все, товарищ каперанг, нанятые своим народом на некую работу исполнители. А раз так – не хрен никого оскорблять, все равны как в бане. Мы не вертикаль, мы горизонталь. Николай Михайлович подозревал, что от таких разговоров дамы млели не хуже, чем от «варёнок».

– Да потому что, Николаев, лодку ты вычислил правильно. Просто… Их, б…ть, ДВЕ!

Возгласы недоумения, вот кто-то охнул, поняв, что имелось в виду. Начали разбираться. Адмирал устал, и требовалось хоть пару часиков покемарить, потому был краток. Не мог Петренко слышать «нашу» АПЛ. Потому что пришло четыре ракеты, это совершенно точно посчитано. А по его докладу, запусков было восемь. Не могли четыре ракеты потеряться. И пуск по времени, зафиксированному Петренко, тоже не бьётся. Пять минут разницы с нашим расчетным. Это не так уж и мало, чтобы пренебречь. Стреляла ещё одна АПЛ. Видимо, не по нам. На какой глубине шла К-503? Если кралась на запад, то метров 200. Термоклин мог не дать услышать «нашу» АПЛ, услышал он другую. Ну-ка, сводку из Штаба свеженькую… А, вот и на карте отметки появились. Точно, вот оно что! Севернее наши схватились с другим оперативным соединением, вот туда и била вторая лодка. В двадцать часов двадцать минут (адмирал глотал строчки, вычленяя главное), ага, сходится по времени, вот наши только что отбивались на 400 км севернее. Её К-503 и услышала. В Атлантике у американцев два флота – Четвёртый и Второй. И вот та, вторая АПЛ явно из Второго, а мы дубасимся с ребятами из Четвёртого. Между собой, как выясняется, не любят взаимодействовать не только наши штабы.

Николаев радостно дернулся к вертолетчикам.

– Куда?! – Бабуев уже не мог говорить, он просто орал.

– Так вертолеты обратно отправить, до