пытаются шифроваться. А у некоторых и вовсе был девиз «Жены стареют, а первокурсницы никогда». Поэтому наличие у старшего принца интрижки на стороне меня ничуть не шокировало. Изумляла лишь простота и откровенность, с которой об этом факте сообщала колдунья.

— Если тебе все же нравится принц Данияр, то не отталкивай его слишком долго. Он легко увлекается женщинами, но быстро перегорает. Хотя щедрый, этого не отнять. Позволь дать тебе совет…

— Не нужно, — торопливо отказалась я. — Разберусь сама.

— Как знаешь, — Грайна обиженно поджала губы. — Но если тебе понадобится подруга — я готова обсудить с тобой все подробности. Твоя служанка подскажет, как меня найти.

Я осталась на дорожке в одиночестве, недоумевая. Что сейчас было? Чего хотела эта странная женщина? Неужели ее и вправду интересовала только потенциальная наложница младшего принца, а не новая Говорящая с духами? Я ничего не понимаю!

— Чего хотела колдунья? — Шушанна приблизилась ко мне с некоторым страхом. — Угрожала? Требовала чего-то?

— Нет, — развела я руками. — Спрашивала, ухаживает ли за мной Данияр.

— И что вы ответили?

— Что это не ее дело.

— Смело, очень смело. И грубо.

— Почему?

— О чем еще разговаривают женщины? — удивилась Шушанна. — О мужчинах, о нарядах, о драгоценностях. Кажется, она хотела подружиться.

— Задав в лоб вопрос, собираюсь ли я спать с младшим принцем? — не поверила я.

— Это был комплимент, сайдэ Шаман! И прекрасное начало беседы! — служанка чуть не плакала. — Сайдэ Грайна буквально предложила вам дружбу. А если бы она назвала имя своего любовника…

— Она назвала, — булькнула я придушенно.

Какой дурацкий мир!

— О-о-о!

— Ладно, — оборвала я стенания Шушанны. — Кто она вообще такая, эта Грайна?

— Колдунья.

— Это я по цвету наряда поняла. А в целом? Что из себя представляет? Чем занимается?

— Любовной магией, — вздохнула служанка. — Гадания, приворотные зелья, противозачаточные амулеты.

— И только? — я фыркнула пренебрежительно. — И чего тогда ее бояться?

— Ну…

— Говори.

— Она еще и проклятья наслать может. Прыщи или хромоту… или даже выпадение волос!

Я закатила глаза. Действительно, и почему колдунью не зовут на Советы и не отправляют на границу? Чем бы она там помогла? Наслала бы на неприятеля облысение? Или нагадала бы долгую дорогу и казенный дом? Даже от меня пользы больше, я могу генерала какого-нибудь проклясть поносом. Правда, сама потом слягу… засяду, в общем.

А все же хорошо было в моем мире. Там женщина за нормального человека считалась. Ее не только за внешность ценили. Жаль, что я слишком поздно это поняла.

— Может, все-таки купаться? — робко спросила Шушанна, и я тряхнула волосами, отгоняя непрошеные мысли. — После встречи с Грайной не помешает.

— Почему?

— Вода смывает зависть и обиды.

— Я вроде никому не завидую.

— Да не вы, а Грайна! Она точно внутри себя пожелала вам всякого… глаз у нее недобрый.

— Не думаю, что она мне завидует, — рассеянно пробормотала я.

— Еще как завидует! Вы же молодая, красивая, да и принц Данияр на вас сразу же внимание обратил. А ей он оказался не по зубам, да оно и понятно, зачем такая зрелая женщина молодому мужчине? Разве что ребенка родить, но младший принц еще не женат, кто будет его детей растить?

— Что? — переспросила я, думая, что ослышалась. — В смысле, «кто»? Сам? Няньки? Мать? Бабушка в конце концов?

— Жена, — улыбнулась Шушанна. — Детей растит жена. Всех детей мужа, которых он ей доверил.

Я прикусила губу, чтобы удержать нехорошие слова, которые мне Шаардан произносить запретил. А вот и подводные камни. Что-то мне уже разонравился Шамхан. Слишком много нюансов. Да, мужчины платят за секс (сомнительный, кстати, плюс при моем воспитании). Да, не делят домашние дела на женские и мужские. Да, готовы осыпать мать своего ребенка драгоценностями. Но копни поглубже, и оказывается, что женщина на самом деле лишь игрушка. А некрасивая и немолодая даже для игры не подходит. Как тут выживают старухи? Не уверена, что хочу это знать.

Мне и в самом деле захотелось искупаться. Смыть с себя это липкое ощущение испанского стыда за всех женщин разом.

Смогу ли я жить по таким правилам?

…

Круглые мраморные бассейны, большие и маленькие, располагались на разной высоте, каскадом. Женщин вокруг было не так уж и много, десятка два. И все невероятно красивые, очень ухоженные. Безупречные лица, идеальные фигуры, длинные густые волосы… и внимательные, оценивающие взгляды.

— Это… местная знать? — шепотом спросила я Шушанну.

— Да. Все они — жены и наложницы знатных мужчин. Вон та рыжеволосая — жена чорбаши Ахтына. А высокая в розовом халате — Фирюза, старшая дочь эмира.

Я скрипнула зубами. Не очень-то хочется в такое высокое общество! Если честно — страшновато. Но Шушанна сказала, что я равна этим дамам по статусу, а значит, тоже могу окунуться в один из бассейнов.

От воды веяло манящей прохладой, под невысокими деревцами, усыпанными розовыми и белыми цветами, стояли каменные лавочки, на которых лежали и купальные халаты, и белоснежные полотенца. Возле некоторых лавочек болтали скучающие служанки в жемчужно-серых платьях. Все ясно. Слышала я, что в древние времена народ собирался у колодца — не столько воды набрать, сколько свежими сплетнями обменяться. Тут тоже явно происходил культурный обмен. И я, очевидно, судя по любопытствующим взглядам, задам новую тему на несколько дней. Что ж, не стану разочаровывать общественность.

— Где можно переодеться?

Шушанна потянула меня в небольшой шатер, где ловко и с явным знанием дела стащила с меня одежду и укутала в тонкий халат из гладкого алого шелка. Интересно, цвет имеет значение? В шатре было очень душно, я мгновенно вспотела, и потому не стала задавать лишних вопросов, выскочив на свежий воздух. На меня, разумеется, никто не смотрел прямо, но косые быстрые взгляды ощущались, как ползущие по спине насекомые — зудом и щекоткой. Выбрав круглый бассейн, где было всего две девицы, я осторожно потрогала воду. Теплая, конечно, почти горячая. Прогрелась на солнце. Не простыну, но не слишком и освежусь. Но отступать было неловко, и я, перешагнув каменный бортик, спустилась по ступенькам чуть глубже — примерно по пояс. Шелк халата тут же безжалостно облепил мои отнюдь не пленительные изгибы, и я в очередной раз пообещала себе делать по утрам зарядку и непременно качать пресс. В очередной раз соврала, разумеется.

Красивые чернобровые девицы с пышной грудью и пухлыми алыми губами (в Шамхане даже купаются накрашенными? Почему меня это не удивляет?) оценивающе оглядели меня ясными голубыми глазами и сладко улыбнулись.

— Сайдэ Шаман, решили искупаться? — пропела та, что повыше.

— Здесь очень красиво, — неопределенно ответила я, ужасно смутившись. Почему