выжить смогу, но даже с регенерацией, даже с навыками выживания и крафта — явно без удовольствия.

Нужно было двигаться. Но куда именно?

На юг — к реке, к деревням, о которых говорил Марек. Там можно было бы продать часть добычи, купить снаряжение, переждать зиму. Рискованно — меня могли искать, могли узнать — но выполнимо.

На восток — в неизвестность. Карта из ящика показывала какие-то точки на востоке, возможно — другие хранилища, другие башни… но это не точно. Соблазнительно, но опасно — один, без поддержки, без информации.

На запад — к владениям графа Мирена. Перебор с экстримом, пожалуй. Если граф узнает, что я украл его добычу…

На север — к Крейгам. Ещё большее самоубийство.

Значит — юг. Но сначала — разобраться с добычей.

Кристаллы силы я спрятал. Нашёл укромное место — трещину в скале на краю болота, сухую и незаметную. Обернул кристаллы в кожу, уложил в каменную нишу, завалил камнями. Нужно узнать точно, что это, сколько стоит, кому можно сбыть — или как использовать самому. А пока пускай лежат, есть не просят.

Свиток из главного ящика, его я оставил при себе. Не знаю почему — интуиция? Шестое чувство? Что-то подсказывало, что эта вещь важна. Очень важна.

Остальное — браслеты, шар, мелкие кристаллы, реагенты, механизм, камень с картой, книгу — я разделил на две части. Половину — взять с собой, для продажи или обмена. Половину — спрятать там же, где кристаллы.

Меч — само собой, при себе. Арбалет — тоже, как только найду материал для тетивы.

На сборы ушло ещё три дня. Потом я покинул болото.

Путь на юг занял почти две недели.

Не потому что далеко — километров пятьдесят, может шестьдесят. А потому что осторожно. Двигался только ночью, используя скрытность и слияние с тенями. Днём — отсыпался в укрытиях, которые находил. Избегал троп, обходил открытые места.

Дважды засекал патрули — всадников в цветах, которых не узнавал. Люди Крейга? Графа? Кого-то третьего? Неважно — главное было не попасться.

Лес постепенно менялся. Густой, тёмный бор уступал место более светлым рощам. Появились признаки человеческого присутствия — пеньки от срубленных деревьев, старые кострища, натоптанные тропы.

На двенадцатый день вышел к реке.

Широкая, спокойная, с пологими берегами. На другом берегу — дым. Несколько столбов, поднимающихся к серому небу. Деревня.

Я стоял на опушке леса и смотрел на этот дым, и чувствовал… что? Облегчение? Тревогу? И то, и другое?

Месяц назад я был здесь — ну, не здесь конкретно, но в этих местах. Проходил мимо с экспедицией Марека, направляясь к башне. Тогда я был никем — безымянным охотником, чудом выжившим новичком.

Теперь…

Теперь я был вором, укравшим сокровища у двух враждующих аристократических семей. Убийцей — если считать банду Вакса за людей… а, ещё те охотники, как их там… да насрать. Охотником двенадцатого уровня с набором навыков и способностей, которые делали меня опаснее большинства местных жителей.

И всё ещё — человеком без имени, без прошлого, без понимания того, как я оказался в этом мире и зачем.

Ладно. Философия подождёт. Сейчас — практика.

Нужно было найти место для ночлега, разведать деревню, понять местные расклады. А потом — решить, как жить дальше.

НАВЫК ПОВЫШЕН: ВЫЖИВАНИЕ УР. 11 → УР. 12

ПОЛУЧЕНА СЛУЧАЙНАЯ СПОСОБНОСТЬ: АДАПТАЦИЯ

Вы быстрее приспосабливаетесь к новым условиям — климату, пище, социальному окружению.

Система явно одобряла мой план.

Деревня называлась Броды — судя по переправе через реку, которая и дала ей имя. Три десятка домов, постоялый двор, кузница, что-то вроде рынка на центральной площади. Типичное захолустье, судя по всему — достаточно большое, чтобы здесь можно было затеряться, достаточно маленькое, чтобы чужаков замечали сразу.

Первый день я провёл в наблюдении. Устроился на холме за деревней, изучая распорядок жизни. Кто приходит, кто уходит, кто командует, кто подчиняется.

Деревня принадлежала какому-то мелкому лорду — я видел стражников в одинаковых куртках, патрулирующих улицы. Немного — четверо или пятеро — но для такого места достаточно. Торговля шла вяло — несколько телег в день, в основном местные крестьяне со своим товаром. Постоялый двор выглядел полупустым.

На второй день рискнул.

Спустился к переправе под вечер, когда тени удлинились и народу на улицах стало меньше. Одежда — та же, в которой ходил последние месяцы, потрёпанная и грязная. Оружие — нож на поясе, меч за спиной, арбалет в мешке. Выглядел как типичный бродяга-охотник, каких, наверное, немало в этих краях.

Паромщик — здоровый мужик с сонными глазами — взял медяк за перевоз и не задал ни одного вопроса. Хороший знак.

Постоялый двор названия не имел, зато мог похвастаться вывеской с тремя кривоватыми рыбинами. Внутри — полутьма, запах пива и жареного мяса, несколько посетителей за столами. Типичная таверна из фэнтези-игр, только без квестодателя в углу.

Хотя… кто знает.

Подошёл к стойке. Трактирщик — тощий тип с хитрыми глазками и крючковатым носом — оценил меня взглядом, и только что не потер руки, для полноты образа.

— Чего желаете?

— Комнату на ночь. И поесть.

— Три медяка за комнату, два — за ужин с пивом.

Я выложил грубо отрубленную половинку серебряной монеты — одну из тех, что нашёл в карманах убитых людей Вакса ещё тогда, в первые дни. Вроде бы, целая серебрушка — дюжина меди официально и до полутора — по ситуации и от состояния. С половинками тоже есть моменты, в общем всё сложно, но вроде бы хватает. Во всяком случае, трактирщик не возражал.

— Что вообще происходит в округе? Новости там, слухи какие?

Трактирщик хмыкнул.

— Любопытный, значит. — Он наклонился ближе, понизив голос. — Слухов много. Каких именно желаете? И как вас величать?

Я помедлил. Имени у меня по-прежнему не было — ни настоящего, ни выдуманного.

— Охотник, — сказал я наконец. — Просто Охотник.

— Просто Охотник, значит. — Трактирщик кивнул, будто это было в порядке вещей. — Ладно, садитесь, несу ужин. И информацию — на десерт.

Ужин оказался неплохим — мясная похлёбка, хлеб, кружка тёмного пива. После месяца на подножном корме это казалось пиром.

Экспедиция графа Мирена погибла. Официальная версия — нападение неизвестных бандитов, все участники убиты или пропали без вести. Граф объявил траур и поклялся найти виновных. И повысил налоги в своих землях, третий раз, чтобы набирать новую экспедицию. Уже третью, если считать ту, в которой участвовал я. Ну, удачи, чо.

Я же жевал и