class="p1">Навык ремесла двенадцатого уровня — это, скажу я вам, читерство.

Не в том смысле, что руки сами всё делают, нет. Но понимание — как рубить, как вязать, как подгонять брёвна друг к другу — приходило интуитивно, без долгих раздумий и проб-ошибок. Я видел материал — и знал, что с ним делать.

На плот ушло три дня.

Выбрал место: небольшая заводь, защищённая от основного течения. Срубил несколько подходящих деревьев — не слишком толстых, чтобы можно было обработать, не слишком тонких, чтобы держали вес. Очистил от веток, связал верёвкой — сначала временно, наметил. Покупной. Потом, когда нашёл подходящие лианы — намертво.

Результат — плот метра три в длину и полтора в ширину. Не красавец, но плавал. И даже не тонул, когда я залез на него со всем барахлом.

НАВЫК ПОВЫШЕН: РЕМЕСЛО УР. 12 → УР. 13

— Охотник-ремесленник-кораблестроитель, — оттолкнулся шестом от берега. — Чего только не узнаешь о себе в этой жизни.

Плот вышел на течение, и лес по берегам поплыл назад.

Сплав по реке оказался предельно расслабляющим и, не побоюсь этого слова, чиловым времяпровождением. После двух недель постоянного напряжения — ходьбы по земле, где в любой момент может напасть опасная тварь, лазанья по деревьям, где каждая ветка потенциально ядовитая, ночёвок вполглаза — просто сидеть на плоту и плыть по течению было почти курортом.

Почти. Потому что река, как выяснилось, тоже была не без подвохов. И не в этом смысле… вроде бы.

Первый сюрприз — пороги. Не смертельные, но достаточные, чтобы я вымок до нитки и чуть не потерял мешок с припасами. После третьего такого приключения научился распознавать опасные участки заранее — по шуму воды и характерной ряби на поверхности — и причаливать, чтобы обнести плот по берегу.

Вторая неожиданность — местная фауна. Рыба в реке водилась, это правда. Много рыбы, разной. Большая часть — безобидная, годная в пищу. Я смастерил примитивную удочку из ветки и лианы, соорудил костяной крючок и ловил ужин прямо с плота. Но были и другие рыбовые.

РЕЧНОЙ КЛЫК

Хищная рыба среднего размера. Охотится стаями. Не нападает на крупную добычу, но привлекается кровью. Опасна для раненых или ослабленных существ.

ДОННАЯ ТЕНЬ

Крупная придонная рыба. Засадный хищник. Может атаковать с поверхности воды, утаскивая добычу на дно. Избегать мелководья с илистым дном.

Река была полноценной экосистемой, и, как любая экосистема, имела своих хищников. К счастью, плот был достаточно большим и прочным, чтобы ни один из них не рискнул атаковать. Но руку в воду я больше не совал — от греха подальше.

Третий сюрприз был самым странным.

Это случилось на пятый день сплава.

Я дремал на плоту — днём, под тёплым солнцем, убаюканный плеском волн. Охотничий инстинкт работал в фоновом режиме, но ничего опасного не фиксировал. Расслабился, позволил себе по-настоящему отдохнуть впервые за… да хрен знает, за сколько.

И тут услышал пение. Женский голос. Красивый, мелодичный. Откуда-то с берега, слева по ходу движения.

Открыл глаза, приподнялся на локте. Берег был пустым — деревья, кусты, никого живого.

Но пение продолжалось.

Охотничий инстинкт молчал. Никаких сигнатур в том направлении, вообще никаких. Это было неправильно. Очень неправильно. Если кто-то поёт — он живой. Если живой — у него есть сигнатура. Если же нет…

— Нахуй, — я схватился за шест.

Оттолкнулся от дна, направляя плот к противоположному берегу. Подальше от источника звука, подальше от того, что там могло быть.

Пение стало громче. Ближе. Будто следовало за мной.

Не оглядывался. Работал шестом, вкладывая все силы. Плот двигался медленно — слишком медленно, течение было против меня на этом участке.

Голос звал. Не словами — я не понимал слов, да и были ли там слова? — но смыслом. Приди. Останься. Отдохни. Здесь хорошо. Иди ко мне. Здесь…

— Отъебись, — прорычал я.

И, будто в ответ, пение прекратилось.

Резко, мгновенно. Просто исчезло, будто выключили радио.

Я продолжал грести ещё полчаса, пока не оказался достаточно далеко. Потом — позволил себе остановиться и перевести дух. Руки тряслись. Не от усталости, как минимум, не только от неё, но и от ощущения, что я только что избежал чего-то очень, очень плохого.

ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: ОТСЕКАЮЩИЙ НЕСЛЫШИМОЕ

Не обладая специализированными навыками и талантами, вы противостояли психическому воздействию, направленному на привлечение жертвы. Ваш разум оказался сильнее, чем казался.

НАГРАДА: МЕНТАЛЬНАЯ СТОЙКОСТЬ

Сопротивление психическим воздействиям умеренно повышено.

— Блядская Одиссея…

Спать в ту ночь не мог. Лежал на плоту, смотрел на звёзды и думал о том, сколько ещё сюрпризов приготовил для меня этот мир.

Река вилась через лес ещё неделю.

За это время я убил трёх речных клыков, которые всё-таки решили попробовать меня на зуб (зубы у них, кстати, были — ого-го какие, сантиметров по пять каждый). Нашёл на берегу ещё одни руины — на этот раз просто старое кострище и остатки лагеря, никаких зловещих дневников. Дважды слышал пение с берега — оба раза уходил на противоположную сторону, не реагируя. Чуть не влетел в водопад — спасло только то, что шум услышал заранее, успел причалить. Дважды повысил навык стрельбы, охотясь с плота на птиц (арбалет оказался отличным инструментом для этого).

НАВЫК ПОВЫШЕН: СТРЕЛЬБА УР. 5→ УР. 6

СПОСОБНОСТЬ: ТВЁРДАЯ РУКА

Стрельба с нестабильной поверхности и в движении не сказывается на точности.

И, наконец, выплыл к чему-то, чего совсем не ожидал.

Озеро. Огромное, как море — противоположный берег терялся в дымке, и я не мог определить, насколько оно велико. Вода была тёмной, почти чёрной, но прозрачной — видно было дно на несколько метров вглубь. Река впадала в озеро широким устьем, разливаясь и замедляясь. Течение здесь было почти незаметным. И — самое главное — берег озера был застроен. Не руины. Не заброшенные развалины. Настоящие постройки — деревянные дома, причалы с лодками, дым из труб. Поселение. Живое поселение, посреди дикого леса, в сотнях километров от ближайшей цивилизации. О котором, отдельно нужно отметить, представители оной цивилизации не знали… или не сочли нужным поделиться информацией.

Охотничий инстинкт фиксировал сигнатуры — много, десятки. Человеческие. Живые. Занятые своими делами. Люди. Настоящие люди, не монстры, не твари, не разумные растения. Первый контакт с разумными существами за… сколько? Три недели? Больше? Это могло быть хорошо. Могло быть плохо. Могло быть как угодно — я не знал, кто они, откуда, чего хотят. Но выяснить стоило.

Меня заметили, когда до берега оставалось метров сто. Крик