Черри, женщина, которая сводит меня с ума с каждой ее запинкой в кустах, каждым вскриком боли, когда она царапает ступни о корни, камни и палки — вот на кого я нацелен этой ночью.

Роща декоративных деревьев ведет к тропинке в лес, и она направляется туда.

Я знаю эту тропу и точно знаю, куда она ведет.

Но если эта маленькая ведьма доберется до Колони-Хилл, места концентрации особенно сильных ведьм, я — мертвый оборотень. Я не могу позволить ей зайти так далеко.

Как только мы оказываемся под покровом густого леса, я перестаю играть в «кошки-мышки» и мчусь на полной скорости.

Черри начинает уставать: тропа ведет к подъему примерно в десятой доле мили (прим. пер. около 160 м) вглубь леса. Она делает неправильный выбор и сворачивает с основной тропы, по проторенной дорожке в круче, в еще более густые заросли.

Без особой долгой погони я оказываюсь у нее над головой.

Она в панике и дрожит подо мной. Ее прическа растрепана. Макияж размазан по лицу, и она быстро дышит.

Я не могу решить, укусить ли, или сделать хуже.

Глава 2

Черри

Я ЗНАЛА, что не стоило выходить сегодня вечером.

Надо было взять любимую еду навынос и сесть вязать крючком перед телевизором, как я всегда делаю после моей пятничной смены в магазине свечей.

В Нью-Йорке в это время я обращаюсь внутрь себя. Наслаждаюсь видами осени, невероятной сменой цветов на деревьях в Центральном парке.

В этом году, проведя месяцы, не заведя ни одного знакомого моего возраста в новом городе, я решила бросить осторожность на ветер. И готова знакомиться и что-то менять.

Надо было прислушаться к своим чувствам. Вместо этого наспех сварганила защитное заклинание. Потрудилась все это провернуть и потратила драгоценные редкие сушеные травы — которые теперь ношу в саше в сумочке — вместо того чтобы просто остаться дома.

Еще у меня был вариант остаться на работе, попытаться завести разговор с нашим лучшим покупателем, Тимбером Хокинсом. Вот уж кто знает толк в белой магии. Это видно по тому, как быстро у него уходят белые свечи. Он появляется и исчезает из магазина так быстро, иногда не сказав ни слова.

— Зачем одному-единственному мужчине так много белых свечей? — часто размышляет после его ухода моя начальница.

— Может, он очень увлечен защитными заклинаниями, — всегда отвечаю я.

Тимбер милый и вообще. Высокий и крепкий, с темной бородой и шоколадно-карими глазами. Джинсы, фланелевые рубашки, треккинговые ботинки. Любит природу — прямо мой вайб. Но кокетничать с покупателем кажется неправильным. Совершенно неправильно — лезть в нашу клиентскую базу, чтобы узнать о нем больше. Но если бы он попытался заговорить со мной, пришлось бы поддержать разговор. Это же просто хорошее обслуживание клиентов.

И все же я пообещала себе попытаться познакомиться с другими одинокими людьми, а самый простой способ — через приложения знакомств.

Кто такой Тоби Кук, я поняла, как только у нас случилось совпадение. Мне показалось классным, что кто-то такой влиятельный в моем новом городе захотел со мной встретиться, вместо того, чтобы смахнуть влево.

Но это оказалось катастрофой.

А потом Тоби оказался мертв. Кажется.

Знай я, каким он оказался мерзавцем, я бы никогда не пошла с ним на свидание.

Я не желаю ему смерти. В худшем случае мое искреннее пожелание Тоби — крепкий пинок под яйца и глубокая саморефлексия под руководством квалифицированного специалиста. Пожалуй, годик-другой тюремного срока за почти сексуальное нападение. Но не смерть.

И вот я, похоже, собираюсь умереть от тех же зубов, что свалили бедного, бесполезного Тоби.

Смотрю в лицо моему новому противнику. Чертово дикое животное, из всех возможных.

Огромная морда зверя свирепа, волчья, обнаженные зубы — длинные, смертельно опасные клыки, гримаса в рычании прорезает глубокие борозды на клыкастой морде с чудовищными чертами.

Что, черт возьми, собирается со мной делать эта бешеная псина?

Он рычит, фыркает, обливает меня слюной.

Какая-то больная, извращенная шутка, если уж мне суждено умереть вот так.

Похоже, зверь играет со мной, пытаясь решить, как именно предпочитает меня убить.

Единственное, что я могу сейчас — это сопротивляться.

Но зверь зафиксировал меня под собой. Мои руки прижаты к земле над головой.

В абсолютной панике после того, как я увидела, как монстр вонзил клыки в Тоби, я упустила пару деталей, которые замечаю теперь, когда мы нос к носу. На этом существе свитер и джинсы — все разорвано в клочья. Будто он вошел в полный режим Невероятного Халка и одежда разорвалась. Только вместо того чтобы позеленеть, парня понесло в другую сторону.

Я не смею об этом думать. Потому что это нереально.

Глаза темнеют. Почти черные.

Но нет. Разум отвергает эту мысль.

Поскольку я ведьма и знаю, что Берчдейл — дом для разной нечисти. Вампиры, демоны и прочие существа, что таятся и кусают, творят зло и сеют хаос. Но не это. Не… оборотни.

Это прям… «монстр недели».

Но еще страшнее.

Чего он ждет?

И почему я не кричу? И тут меня накрывает странное ощущение: даже если бы я не была прижата, я бы не убежала.

Я не хочу убегать.

Погодите. Почему я не хочу сбежать?

Мысленно возвращаюсь к защитному заклинанию, которое я сделала перед свиданием. А потом — к заклинанию, которое попыталась прочитать в последнюю секунду, когда Тоби не отставал. Должно быть, я где-то напортачила с магией. Должно быть, что-то дало обратку, превратив меня в ухмыляющуюся дурочку.

— Все в порядке, — говорю я тихо. — Я не буду с тобой бороться. Знаю, ты не причинишь мне вреда.

Я говорю это, хотя логическая часть мозга не верит.

Но, думаю, часть меня надеется, что человечность, которую я вижу в его глазах, даст мне шанс сбежать.

Вместо этого получеловек-полуволк наклоняется и обнюхивает мое горло.

Прикосновение его мокрого носа к коже посылает дикие вспышки необъяснимого удовольствия вниз, к самому лону.

А потом он меня облизывает.

Не совсем как кот.

И не совсем как собака.

Он высовывает язык, и медленно проводит широкой, влажной, плоской полосой по моей шее. Прямо по тому месту, где, если бы он укусил, его клыки вошли бы прямо в сонную артерию. Нет, совсем не страшно.

Длинный, медленный один-единственный облизывающий взмах согревает меня до самых кончиков пальцев ног. Он вызывает во мне ощущения, которых я не понимаю.

В этом существе все смертельно опасно, и все же сейчас я совсем не боюсь.

Его глаза. Я