class="p1">В ответ на вопросительный взгляд Ильи пояснил:

— Я дракон. Ладонис, мы пока не знакомы.

— Корвус, Илья, ворон. Да, нас не представили, — мрачно усмехнулся, стрельнув в Венди взглядом, и протянул Ладу руку.

Тот лишь секунду подумал и крепко пожал. Странный темный.

Наклонившись над Лером, дышавшим все тише, Ладонис медленно провел рукой, и зловещие раны покрылись тонкой корочкой, прозрачной как лед. Страшный процесс явно замедлился.

— Этого мало. Венди, ты вытащишь его в Сумерки? Там время идет совершенно иначе. Я займусь пока первым, остальные стабильны.

— Да. Отойди.

Обернулась огромнейшей птицей. Белой, как снег и способной, казалось, быка утащить в своих цепких когтях.

Прозрачные «повязки» Ладона были словно гибкое стекло: вовсе не ледяные и прочные. Осторожно схватив лапами бесценную ношу, Венди соскользнула в глубокие Сумерки с бессознательным грузом в когтях.

Выдержит, сколько понадобится. Никому не отдаст, не отпустит. Пожалуй, ее эта птица была куда разумнее Ди-человека. Тянулась к Гуло все сердцем, всегда была ему предана — до последнего самого перышка.

Отсюда, из глубоких Сумерек, ей было отлично видно, как Корвус обратился в огромного ворона, черного, как сама Тьма. Этот монстр птичьего мира ходил по телам раненых, выклевывая пораженные ткани, отбрасывая целые куски, содрогаясь всем телом, отряхиваясь. Следом шел Лад, заливая страшные раны своей странной магией.

О них словно забыли, а она все держала холодного Лера и слушала дальние отзвуки его мыслей и чувств. Он был еще здесь, рядом с ней. Его сердце билось где-то у нее прямо в перьях. Укрыла широкими крыльями, будто пытаясь согреть.

Вот Лад резко встал, оглянулся.

Звуков здесь не было слышно. Дракон шагнул прямо в Сумерки, еще пара секунд — и он рядом.

— Смогла. Молодец. Дай мне его, и выходим. Ди, просто разожми когти, слышишь? Лекарь вас ждет.

Не смогла отпустить. Из самых последних сил выпала в реальность, бережно уложив могучее тело мужчины на камни. Обернулась, тратя последние силы, и потеряла сознание.

Удержала.

22. Живые и мертвые

— Ди, ты заканчивай с этой манерой: чуть что, — падать в обморок. Не кисейная барышня, — инквизитор из группы оперативного реагирования. Поднимайся, давай.

Венди открыла глаза, еще не понимая, где она и что с ней.

Голова дико кружилась. Госпиталь снова? Больница? В ногах сидел грустный гном Леонид. Он же — Кот. Очень грустный.

— Как там наши, все живы? Не молчи, Лень, я могу ведь и хвост оторвать.

— Ну, это как посмотреть…

Он вдруг ощутимо поежился, и пересел на стул рядом.

— Говори все, как есть.

— Живы — да. Все. Но вот насчет их здоровья… Там как какая-то гадость повылезала, с этим «инферно». Я только подслушал. Сиятельная сьерра Арина рыдает сейчас в кабинете Антона, Лад запретил нам тебя беспокоить. Все мрачные ходят и злые. Аманс сам прилетел аж с Гаити сегодня. Ходит злющий, шипит и плюется.

Что же случилось? Что с Филом? Арина рыдает? Стальная Арина? Где Лер? Лавина вопросов и все — без ответа.

— Они все в Москве уже?

— Да. И мы… тоже. Корвус всех перенес, он вчера чуть не выгорел. Там же лежит, в отделении, Деус — Дивин его усыпил.

Снова этот Илья. Странный темный, родом из древнего племени светлых воронов, желающий стать теперь серым. Парадокс, оксюморон.

— Сейчас-то мы где?

— У Антона. В их с Ладоном холостяцком гнезде. Дракон тебя забрал ночью из госпиталя, меня тут посадил и велел сторожить. Вот я и страдаю.

— Да ты исстрадался. Я есть хочу. И переодеться.

— Все ждет давно. Давай быстренько сделаем из тебя человека и побежали. Я места себе не нахожу, ведьме больно, а ее фамильяр тут сидит — прохлаждается.

Ну да. У ее бренного тела остался несчастненькой гном.

Полчаса на решительный сбор: десять минут дыхательной гимнастики, два энергетика, завтрак — уже на ходу. Пять минут душ, зубы чистила прямо под струями теплой воды. Джинсы, футболка, волосы быстро — в косу.

Мысли прыгали в голове, словно белки в колесе.

Координаты личного стацпортала в кабинете Деус-Дивина она распрекрасненько помнила. Быстро рассчитала вектор, (в уме), начертила на полу круг быстрого ритуала, построив портал — «самозванец». Ее личная разработка, самоуничтожающийся контур, одноразовый. Как только она с Леней выйдут — не останется даже следа. Хлоп, — и как не было переходивших. Магия.

Уже через минуту они выходили у сейфа Антона, прямо в его кабинете. Сидевшая на маленьком диване Арина, уже не рыдала. Но опухшие нос и глаза лишь подтверждали все, Леней сказанное.

— Аве, прекрасные. Что мне расскажете?

Антон, возвышавшийся над рабочим столом, представительной грудой мускулов, обтянутой светло-голубым костюмом хирурга, повернулся к ним, вместе с креслом.

— Аве, Венанди. Все отвратительно. Особенно — женщины. Вы сегодня меня все расстраиваете.

— Так, даже. Арина, братец-то твой, шовинист. — Та в ответ молча пожала плечами. — Изверги, вы так и будете в прятки играть? Что все плохо — я знаю. Может, уже просветите?

Ди была зла, сосредоточена, полна решимости. Проблемы? Это всего лишь задачи. Кроме непоправимого — смерти, она определенно со всем может справиться. Да и со смертью, с некоторых пор, она весьма на короткой ноге. Нет, ей не было страшно.

— В общем… Парней наших сильно помяло.

— Я успела заметить, представьте.

— Нет. Физически они уже почти здоровы. Но есть нюансы…

— Я пожалуй, пойду и сама все узнаю у них, без посредников.

Ди подчеркнуто медленно развернулась к двери.

— Стой. Я понял. Присядь. Лень, не вибрируй у меня за спиной, тоже сядь, ты меня раздражаешь.

Она не села, лишь развернувшись обратно к Антону лицом.

— Быстрее. Я жду.

— В общем… Инферно. Эта гадская штука выжигает и тело и душу. Эмоции, чувства. Тело мы им подлатали. А все остальное… Аманс клянется, что все это лечится. Он ждет вас… обеих к себе, на консультацию. Но перспективы пока… очень — очень туманные.

— Они в сознании? Разум здоров? Память? Способности?

Ди запретила себе сейчас плакать. Нет, слабой быть больше нельзя — ни минуты.

— Да, они потеряли лишь только эмоции. Он так говорит, я сам с ними еще не общался.

Ди развернулась, положила руку на ручку двери.

— Арина, ты со мной? Что ты ревешь, ничего я не услышала тут непоправимого. Жив и отлично. Мы все побывали не раз под воздействиями проклятий, заклятий, ритуалов. Бывает. Идешь?

Арина сползла с дивана, плетясь за подругой. Кот осторожно закрыл дверь за ними, кивнув на прощание главврачу Деус-Дивину.

Тот тяжко вздохнул, с громким хрустом сломав в пальцах простой